в  защиту  политзаключенных
«For Will to Freedom!»
против  политических  репрессий
«Наша воля к победе не должна иметь границ,
пока мы в неволе...»
«ЗА ВОЛЮ!»-в защиту политзаключённых-против политических репрессий
События   |   Публикации   |   Подшивка газеты   |   Авторы   |   Рубрики   |   Newspaper in English
 События    Суббота, 18 ноября 2017, 05:07 
Главная
  • Узники режима
  • Практическая информация
  • Кто был
  • ЗэКаТворчество
  • Книга - лучший подарок
  • Фото
  • Гостевая книга
  • Помощь юриста на сайте
  • Ссылки

  •  
    от Flexum.ru

    Подписка на рассылку:
     
     
    Голосование

    05-10-2014

    Борис Стомахин в ИК-10 Пермского края: «склонен к побегу, суициду, неповиновению, "Э" - экстремист»

    для печати  


    Борис Стомахин в ИК-10 Пермского края: «склонен к побегу, суициду, неповиновению, "Э" - экстремист» Зона строгого режима в Пермском крае Чусовского района, прилегающая к поселку Всесвятский, выглядит как область жуткого гуманитарного бедствия, случившегося то ли вследствие ядерного удара, то ли из-за падения метеорита, подобного Тунгусскому. Сразу видно: "здесь птицы не поют, деревья не растут". За толстым забором с колючей проволокой простирается словно выжженная территория: щебень да убитая почва. Пресловутая лагерная пыль так и клубится под колесами грузовиков, под ногами зэков в черных куртках и кепках и их конвоиров. Зелени совершенно не видно. Повсюду стоят грязно-белые и серые бараки, торчат по периметру лагеря вышки с вооруженными вертухаями, раздраженно брешут то и дело овчарки.
    Поселок Всесвятский, расположенный впритык к этому неприятному месту, резко контрастирует с ним по виду и настроению. Непосредственно среди елок разбросаны уютные домики. Этот обитаемый лес простирается живописным массивом вдаль, до горизонта, а сбоку от него - пустынная дорога. Как мы узнали позже, ведет она в две две зоны - особого режима и общего. Пермский край вообще славится такими заведениями. В этих местах мотали срок Владимир Буковский и Сергей Ковалев. Теперь вот Борис Стомахин принял от них эту историческую эстафету, будучи этапированным из московского СИЗО "Медведь" сюда, в ИК-10, с месяц назад.
    К нему-то на свидание мы и приехали из Москвы: Регина Леонидовна Стомахина, Максим Чеканов и я. На плечи Максима легла вся тяжесть транспортировки собранной для политзека "дачки".
    Здесь же, подле зоны, расположена и спецгостиница ИК-10, в которой мы остановились. Родственников заключенных в эти выходные прибыло невероятно много. В комнате для ожидающих свидания народ довольно быстро перестал помещаться, большая толпа образовалась на холоде, на улице. Прошло полдня, а собранные заявки все еще не были подписаны начальством. Несколько раз я звонила в корпус для свиданий, поторапливала тянущих эту волокиту, за что была резко осуждена другими ожидающими. "Не надо злить администрацию, - сказали мне они, - все равно они сделают так, как хотят. А потом еще и отыграются на узниках".
    Такая реакция людей не была для меня сюрпризом, конечно. Система берет у них близких в заложники, и они готовы терпеть любые унижения и издевательства - и никак не бороться, чтобы, не дай бог, "не сделать хуже". Мазохизма нашим несостоявшимся гражданам не занимать: им так комфортнее живется, увы.
    Мне, кстати, моя активность нисколько не навредила. Довелось мне идти бумажку подписывать к местному замначальника колонии. Назвалась я сестрой Бориса. "Нам известно, - заявил мне этот замначальника, посверливая меня профессиональным взглядом, - что у Стомахина ни братьев, ни сестер нет". Я пояснила, что являюсь узнику двоюродной сестрой и сопровождаю его маму, у которой больное сердце. Не знаю уж, какой довод подействовал, но бумажка была подписана.
    Борис глазам своим поверить не мог, когда увидел меня рядом с Региной Леонидовной в комнате для встреч, а не через стекло с общением по телефону: ведь допуск возможен только для самой близкой родни. К тому же радикальный публицист столкнулся с таким прессингом в лагере, что поблажек для себя не ждал. Он, правда, не учел, что иной раз родственники могут так "запрессовать" заключенного, уговаривая его слушаться начальство, чтобы "хуже не стало", как и у подосланных "ссученных блатных" не всегда получится...
    За Стомахина в этом "исправительном" заведении взялись сразу, с задором. Поставили его на "профучет" как неблагонадежного и начали применять свою особую "профпрофилактику".
    "Профилакторий" начался еще в пересыльной тюрьме, в Перми. Борис писал в письме, что к нему приходили оперативники, пытались "поговорить". Один молоденький опер все его фотографировал, а также запугивал - мол, сидеть он будет под особым, неусыпным приглядом. Обещал еще одно дело на него состряпать (это уже четвертое, видимо, по счету). Выспрашивал, собирается ли политзек соблюдать тюремный режим. Все эти разговоры были неспроста.
    Едва Стомахин вышел из карантинного барака, как в него вцепились местные оперативники. Велели Борису ходить и отмечаться к дежурному на вахту каждые два часа. Всего восемь раз в день, поскольку у него, видите ли, выявлена склонность к побегу. Борис оторопел. Но вспомнил ничего не значащий, как ему тогда казалось, обмен репликами с каким-то из любителей "разговоров по душам" в погонах. Тот спросил его недавно, что он думает о побеге из этого заведения. Борис ответил, что порадуется за любого, кому это удастся. Только вот ему самому это не светит: перелом ноги и отростков позвонка не дают такой возможности. Добавим к сказанному, что Борис пользуется при ходьбе тростью.
    Сотрудники пермского ГУЛАГа поставили Стомахина на "профучет" не только из-за "склонности к побегу". Но еще и выявили у него с каких-то пирогов склонность к суициду, а также к неповиновению, в связи с чем пометили его шконку красной полосой. А еще буквой "э" украсили, что означает "экстремист". Для "профилактики" теперь вертухаи являются к нему даже по ночам, чтобы проверить, достаточно ли благонамеренно он спит, не замышляет ли чего во сне.
    В таких условиях терпение быстро лопнет у любого, даже самого закаленного зэка. Борис отказался наотрез ходить и расписываться в журнале каждые два часа. Тогда ему стали подсовывать журнал вечером, чтобы он за весь день "оптом" расписывался. Борис отклонил и это заманчивое предложение. Тогда его отправили на 15 суток в ШИЗО, где собачий холод, кормят одной сечкой да перловкой, а постель уносят в пять утра. Сидеть можно только на табуретке, а прилечь запрещается категорически.
    Едва Борис отбыл это наказание и вернулся в отряд, как к нему опять с журналом: отмечайся, как положено! Он начал возражать, тогда ему пригрозили новым сроком в ШИЗО, а затем и в СУСе. СУС - это такие строгие условия содержания в отдельном бараке, где не разрешают свободное перемещение и прогулки по лагерю, где усиленный надзор, а свидание раз в году. "Дачка" - тоже.
    В таком вот противостоянии один на один с этой гнилостной и фашистской системой мы и застали Бориса Стомахина. Естественно, он был расстроен, но совершенно непреклонен: "Ничего им подписывать не буду. Отмечаться ходить - тоже!" И уговоры Регины Леонидовны никакого действия тут не возымели...
    В Перми есть свои правозащитники из ОНК. Мы им писали, предупреждали, что везут в их края политзаключенного из Москвы. Они посетили колонию не так давно, радикальный публицист даже стоял перед ними в общем строю тогда. Но слона-то они, как говорится, и не приметили. Развернулись и ушли, ничего не спросив. Печально.
    Очень бы хотелось, чтобы и московская ОНК все-таки отреагировала на бурную деятельность склонных к "профпрофилактикам" полицаев с их журналами и спецусловиями для отдельно гнобимых политзэков. Зона-то здесь скорее "красная", "сучья", то есть стукаческая. Местные уголовнички, сотрудничающие с администрацией, уже начали наезжать на Бориса в связи с участившимися у них шмонами. "Это из-за тебя нас шерстят, - сказали уголовнички, - ходи и расписывайся, как велят, а не то мы с тобой разберемся".


    Вера Лаврешина

     
    блог Грани.Ру

    [ НАЗАД ]
  • Комментарии (1)
  •  
     
    Публикации
    01-02-2015 Жалоба о нарушении права осужденного Ивана Асташина на переписку
    24-01-2015 Владимир Акименков – об оказании помощи политзаключенным и преследуемым
    03-11-2014 Норильская ИК-15 препятствует Ивану Асташину в обращении в международные судебные инстанции
    02-11-2014 О деле и об оказании помощи политзаключенной Дарье Полюдовой
    02-11-2014 «Вечный штрафник» (о политзаключенном Борисе Стомахине)
    05-07-2014 Владимир Акименков: После Майдана Путин бешено закручивает гайки
    23-06-2014 Алексей Макаров: "Сердце моё - в Украине..."
    19-06-2014 Политзаключенный Иван Асташин (АБТО) о российской тюрьме
    24-05-2014 Дело Краснова и других: националисты, антифашисты и теракт на бумаге
    11-01-2014 Кто здесь самый главный политзек?

    События
    17-03-2016 Крымские узники Афанасьев и Кольченко в пыточных условиях колоний ИК-31, Коми, и ИК-6, Копейск
    13-03-2016 Избиение и фабрикация нового уголовного дела в отношении Сергея Мохнаткина
    13-03-2016 Борис Стомахин находится в состоянии сухой голодовки
    13-02-2016 Анонс пикета в защиту политзаключенных «Хватит фабриковать дела!»
    13-02-2016 Избит гражданский активист Евгений Куракин, преследуемый властями за защиту жилищных прав граждан
    26-12-2015 О ситуации политзаключенного Богдана Голонкова, дело АБТО по письму от 08.12.2015
    26-12-2015 Дайджест политрепрессинга декабря 2015 года
    18-12-2015 По политической 282-й начато преследование алтайского музыканта Александра Подорожного
    17-12-2015 Новый фигурант Болотного дела Дмитрий Бученков: политическая биография
    12-12-2015 Ильдар Дадин – первый осужденный «по уголовке» за несанкционированные мирные протесты

    Мнение читателей:
    17-11-2017  t9214071367  Гостевая книга
    14-11-2017  t9214071367  Гостевая книга
    10-11-2017  t9214071367  Гостевая книга
    08-11-2017  nexans millimat 150  Травля историков Александра Барсенкова и Александра Вдовина
    05-11-2017  t9214071367  Гостевая книга


    © «За волю!»
    Андрей Бабушкин Максим Громов Российский Тюремный Журнал
    Rambler's Top100 Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования