в  защиту  политзаключенных
«For Will to Freedom!»
против  политических  репрессий
«Наша воля к победе не должна иметь границ,
пока мы в неволе...»
«ЗА ВОЛЮ!»-в защиту политзаключённых-против политических репрессий
События   |   Публикации   |   Подшивка газеты   |   Авторы   |   Рубрики   |   Newspaper in English
 Практическая информация    Среда, 22 ноября 2017, 00:30 
Главная
  • Узники режима
  • Практическая информация
  • Кто был
  • ЗэКаТворчество
  • Книга - лучший подарок
  • Фото
  • Гостевая книга
  • Помощь юриста на сайте
  • Ссылки

  •  
    от Flexum.ru

    Подписка на рассылку:
     
     
    Голосование

    Ухудшение положения заключенных под стражу и осужденных в Российской Федерации в 2004-2006 годах

    для печати  


    (предварительный доклад)

    Памяти безвременно ушедшего из жизни правозащитника

    Александра Михайловича Любославского, народного заступника

    и борца с несправедливостью, посвящается

    Борис Еремеевич Пантелеев,

    Руководитель Санкт-Петербургского отделения

    организации “Комитет за гражданские права”,

    член экспертного совета при Уполномоченном по правам человека в РФ

    Андрей Владимирович Бабушкин,

    Председатель Комитета за гражданские права

    Справка.

    Решение о составлении настоящего доклада было принято 20 мая 2006 года.

    Проект предварительного доклада был издан тиражом 70 экз. и роздан правозащитникам, журналистам и представителям УИС для критической оценки.

    В августе 2006 года тиражом 300 экз был напечатан и распространен предварительный доклад.

    1. Нарушение прав человека

    уголовно-исполнительным законодательством и законодательством о содержании под стражу, ведомственными нормативными актами.

    Со времени введения в 2001 году нового Уголовно-процессуального Кодекса РФ проблема переполнения камер подозреваемыми и обвиняемыми, содержащимися в следственных изоляторах (СИЗО), постепенно решается. Однако для ряда категорий заключенных, например женщин, эти условия продолжают быть крайне тяжелыми. Во всяком случае, в правозащитные организации уменьшился поток жалоб заключенных на то, что катастрофически не хватает спальных мест, и людям приходится спать по очереди в три смены. Становятся менее острыми и проблемы ограничения в принятии продуктовых передач заключенным от родственников. Однако жалобы на плохое качество питания продолжают поступать с прежней частотой.

    Уголовно-исполнительное законодательство подверглось значительной либерализации. Тем не менее оно нуждается в дальнейшей детализации, так как некоторые его нормы несут в себе такую правовую неопределенность, что осужденные не могут воспользоваться своими правами, защитить свои законные интересы и правильно исполнить свои обязанности. Уголовно-Исполнительный Кодекс РФ, зачастую, не только не конкретен, но местами даже противоречив. Это, в свою очередь, дает возможность издавать подзаконные акты, прямо противоречащие федеральному законодательству.

    Так например, в соответствии с приказами Министерства юстиции РФ №№ 189 и 264 (от 14. 10. 2005 года) в передачах для подследственных и подсудимых запрещено получать продукты и вещи (сыры мягких сортов, чай в пакетиках, гранатовый сок, сгущенное молоко, вафли, цветное постельное белье, туалетную бумагу и многое другое) заведомо не представляющих угрозы здоровью заключенных или режимным интересам учреждений. Этими же инструкциями установлены правила, выполнение которых влечет унижение человеческого достоинства заключенных и их родственников, реальное ущемление их прав и законных интересов: работникам бюро передач, например, вменено в обязанность ломать сигареты, резать овощи и фрукты у ВСЕХ, БЕЗ ИСКЛЮЧЕНИЯ граждан, делающих продуктовые передачи. Идя по пути наименьшего сопротивления, авторы таких нормативных документов нарушают один из важнейших принципов - принцип презумпции невиновности. Кроме того, по отзывам освобождающихся, основной поток запрещенных предметов и веществ поступает не через передачи, а через коррумпированных сотрудников учреждений уголовно - исполнительной системы.

    Правилами внутреннего распорядка ИУ определен такой порядок просмотра телепередач (телевизор разрешается приобретать только для коллективного пользования и смотреть в местах, определяемых администрацией), который меняет смысл ч. 3 ст. 94 УИК РФ, устанавливающей, что “осужденные и группы осужденных могут приобретать телевизионные приемники и радиоприемники за счет собственных средств через торговую сеть либо получать их от родственников и иных лиц”. Таким образом, если Федеральный Закон предусматривает как коллективное, так и индивидуальное приобретение телеприемников и не исключает использование телеприемника для коллективного пользования, то Минюст России, явно выходя за пределы предписания ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, устанавливает 2 дополнительных запрета: 1) телевизор не может быть предметом индивидуального пользования, 2) телевизор нельзя установить и смотреть в местах, не определенных администрацией. При этом указанные Правила не содержат требований о том, что места, определяемые администрацией для установки телеприемника, должны быть доступны для осужденных, что позволяет администрации ряда учреждений ( например ЮК-25/6 УФСИН РФ по Оренбургской области) устанавливать телевизоры вне жилых камер для осужденных. Подобное иезуитское ограничение делает почти невозможным пользование телеприемником. Среди многочисленных негативных последствий данной нормы следует отметить и следующее: при наличии среди “участников коллективного пользования телеприемника” лиц, которые в силу своего интеллектуального уровня, образования, религиозных взглядов или иных предпочтений не желают просматривать телепередачи, интересные большинству других осужденных, и хотели бы посмотреть интересующую их телепередачу, не смогут реализовать свое конституционное право на доступ к значимой для них информации (ст. 29 Конституции РФ).

    Утяжелить или ухудшить срок наказания и режим отбывания наказания любого гражданина может только суд своим последующим решением. Это вытекает и из Конституции РФ. Но УИК РФ позволяет осужденных, жалующихся на действия/бездействия должностных лиц местной администрации колонии в вышестоящие органы государственной власти, подвергать регулярному водворению в штрафной изолятор (ШИЗО), сроки содержания в котором до 15 суток определяются не судом - а исключительно администрацией колонии, без предварительного расследования самого факта нарушения порядка отбытия наказания, без приглашения адвоката или доверенного лица в качестве защитника, без обязательного ознакомления обвиняемого с документами, подтверждающими позицию администрации, без участия свидетелей, без личного участия обвиняемого в процедуре разбирательства, и без права на самозащиту при вынесении постановления о водворении в ШИЗО. Очень часто, особенно в так называемых красных зонах, основанием для водворения в ШИЗО является рапорт членов самодеятельных организаций. То есть, таких же, как и обвиняемые в нарушении порядка отбытия наказания, осужденных. Принципы допустимости доказательств, презумпции невиновности и др. в таких случаях или не применяются вообще или трактуются исходя из представлений сотрудников учреждений УИС. Нам известны многочисленные случаи, когда водворение в ШИЗО происходит в связи с личными неприязненными отношениями между водворяемым и сотрудниками колонии или членами актива, либо для того, чтобы повлиять на поведение осужденного, который часто жалуется, беспокоит спецчасть, стремится изменить условия отбытия наказания, приблизив их к требованию законодательства.

    Системный анализ принятых в 2005 году Правил внутреннего распорядка СИЗО приводит к выводу о наличии в этих Правилах, как минимум, следующих нарушений:

    Норма

    Какую опасность влечет

    Предложения

    1. П. 7 о том, что при помещении в СИЗОР женщины с ребенком до 3 лет, не имеющей документов, подтверждающей принадлежность ребенка матери, помещение ребенка матери производится по письменному указанию следователя, прокурора суда

    Создает опасность для оказания давления на подследственную со стороны указанных лиц

    Предусмотреть, что ребенок до 3 лет помещается в СИЗО вместе с матерью по письменному указанию следователя, прокурора суда, только в том случае, если имелись обоснованные сомнения в принадлежности ребенка матери

    2. П. 12 Лица, нуждающиеся по заключению врача в срочном стационарном лечении, которое не может быть оказано в СИЗО. При доставке из ИВС конвойными подразделениями, в СИЗО не принимаются

    Такое лицо может быть возвращено в ИВС и не получить там необходимой медицинской помощи

    Предусмотреть, что о доставке таких лиц и об отказе их приема в СИЗО уведомляется прокурор

    3. П. 15 На период оформления учетных документов на срок до 2 часов могут помещаться в одноместные боксы, оборудованные искусственным освещением и местами для сидения

    1. Помещение в такие боксы лиц, страдающих клаустрофобией, может привести для них к психотравмирующей ситуации;
    2. Не предусмотрено наличие в боксах принудительной вентиляции

    Предусмотреть, что лица, страдающие боязнью ограниченного пространства в боксы не помещаются. Боксы оборудуются вентиляцией.

    4. П. 18. Несовершеннолетние размещаются по камерам по согласованию не только с опер работником, но также - и с инспектором по воспитательной работе и психологом

    Для снижения риска конфликтных, психотравмирующих, криминогенных ситуаций, инспектор по воспитательной работе и психолог должны принимать участие в покамерном размещении также и взрослых подозреваемых и обвиняемых

    Изменить редакцию п. 18, предусмотреть участие инспектора по воспитательной работе и психолога в покамерном размещении заключеных под стражу, не зависимо от возраста

    5. раздел 2: не предусмотрены улучшенные материально - бытовые условия и специальное оборудование камер для размещения инвалидов

    Инвалиды испытывают при помещении в СИЗО особые страдания, подвергаются повышенному риску усиления инвалидизации или смерти

    Дополнить п. 22-1 о том, что инвалиды помещаются в камерах с улучшенными материально - бытовыми условиями, а также оборудованных с учетом их потребностей в передвижении и реабилитации (реабилитационных камерах)

    6. 25. К запрещенным предметам отнесены, как предметы, представляющие опасность для жизни и здоровья, так и не включенные в Перечень предметов, которые подозреваемые и обвиняемые могут хранить при себе

    Ст. 25 ФЗ “О содержании под стражей…” устанавливает иные критерии отнесения предметов к числу запрещенных: “Предметы, вещества и продукты питания, которые представляют опасность для жизни и здоровья людей или могут быть использованы в качестве орудия преступления либо для воспрепятствования целям содержания под стражей, запрещаются к передаче подозреваемым и обвиняемым.” Таким образом под перечень предметов, веществ и продуктов питания, установленный ПВР СИЗО, подпадабт такие, которые не могут быть признаны таковыми на основании ст. ст. 25,36, 40 ФЗ

    Привести редакцию п. 25 ПВР СИЗО в соответствие с требованиями федерального закона

    7. П. 26 Если предметы, находящиеся при подозреваемом или обвиняемом , не разрешены к хранению, либо выходят за пределы установленного ассортимента, то такие предметы принимаются на хранение либо уничтожаются

    Отсутствует критерий, на основании которого принимается решение об уничтожении вещей; данная норма может повлечь нарушение имущественных прав подозреваемых и обвиняемых, а также способствовать росту коррупции среди сотрудников

    Установить, что предметы, вещи и продукты уничтожаются только в том случае, если не может быть обеспечено их хранение

    8. П. 29. В исключительных случаях по указанию начальника СИЗО или его заместителя досмотр вещей производится в отсутствие их владельцев при дежурном по камере

    Создает условия для порчи, хищения, пропажи вещей, необоснованного отнесения вещей к числу запрещенных

    Предусмотреть, что досмотр вещей в отсутствие владельца производится только в случае, если присутствие владельца обеспечить невозможно

    9. П. 30. Не предусмотрено право подозреваемого или обвиняемого собственноручно внести в протокол свои замечания

    Создаются условия для того, чтобы не отразить в протоколе досмотра замечания обвиняемого, исказить его позицию при производстве досмотра

    Дополнить п. 30 соответствующей нормой

    10. П. 33 Изъятые у подозреваемых или обвиняемых ценности, изделия из и драг металлов, деньги зачисляются на лицевой счет без права пользования

    В исключительных случаях ( например, тяжелое заболевание близкого родственника) осужденный не вправе продать или передать указанные ценности или деньги

    Предоставить начальнику СИЗО вправо в исключительных случаях разрешать использование соответствующих денег и ценностей

    10. П. 40 Из содержания пункта вытекает, что обвиняемый обеспечивается 1 полотенцем, а выдаваемая ему посуда и столовые приборы не являются индивидуальными

    Нарушает правила гигиены, не учитывает культурные традиции российского общества, создает условия для развития грибковых, желудочных и иных заболеваний

    Предусмотреть обеспечение содержащихся под стражей, не менее, чем 2 полотенцами, а также индивидуальной посудой и столовыми приборами

    11. П 45 . Помывка производится не реже 1 раза в неделю под душем не менее 15 минут

    Частота помывки не учитывает температурные особенности камерных помещений, а также доступа к душу в летний период; не указано, что каждый содержащийся под стражей должен получить доступ к индивидуальному душевому агрегату, так как имеют место случаи, когда под одним душем моется 5 человек

    Изменить п. 45: предусмотреть возможность помывки не реже, чем 1 раз в 3 дня, а в летнее время - 2 дня; обеспечение каждого сод12. щегося под стражей индивидуальным душем

    12. П. 59 Указывается, что материальный вред, причиненный подозреваемому или обвиняемому по вине администрации СИЗО, возмещается в соответствие с законом

    Выделяется только 1 вид вреда, ничего не говорится о возмещении морального вреда или вреда здоровью

    Исключить слово “материальный”

    13. П. 76. Посылки, поступившие в адрес лиц, находящихся в карцере, вручаются им только после освобождения из карцера

    Создает опасность порчи продуктов, ввиду не своевременного получения заключенными под стражу медикаментов и витаминов

    Дополнить “кроме продуктов, которые могут в этом случае прийти в негодность, медикаментов, витаминов, запасных комплектов нижнего белья, предметов личной гигиены

    14. П. 78 предусматривает, что администрация СИЗО не несет ответственности за потерю содержания посылок и передач и товарного вида вложений

    Не предусматривает ограничений для должностных лиц, производящих досмотр,

    на порчу вложений посылок и передач

    Дополнить записью о том, что досмотр должен производиться таким образом, чтобы по возможности избежать повреждений содержимого

    Системный анализ принятых в 2005 году Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений приводит следующим выводам:

    1. Ряд норм Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений представляют значительный шаг вперед по сравнению с ранее действовавшими Правилами. Правозащитники оценивают как позитивные следующие нормы:

    • п. 8 об участии в комиссии по распределению осужденных по отрядам ( камерам) представителей психологической и социальной служб;
    • п. 10 об уведомлении посольств или консульств о поступлении для отбытия наказания граждан соответствующих иностранных государств или лиц без гражданства, постоянно проживавших в этих государствах;
    • п. 11 о праве осужденных на психологическую помощь, о праве осужденных распоряжаться личным временем без нарушения при этом распорядка дня;
    • п. 15, запрещающий осужденным играть с целью извлечения материальной или иной выгоды;
    • п. 31 предусматривающий контроль начальником учреждения или уполномоченным им лицом за исполнением решений по результатам личного приема осужденных руководством колонии;
    • п. 37 предусматривающий проверку наличия осужденных в колониях - поселениях путем их явки до 4 раз в месяц к оперативному дежурному учреждения;
    • п. 65, предусматривающий отправление обращений в общественные объединения не позднее, чем в 3 - суточный срок;
    • п. 49 предусматривающий установку почтовых ящиков, почта из которых вынимается ежедневно, кроме выходных и праздничных дней;
    • в п. 51 сохранилась норма об отправке корреспонденции по новому месту убытия осужденного в 3 - дневный срок;
    • п. 53 Правил предусматривает недопустимость цензуры корреспонденции , направляемой в общественную наблюдательную комиссию

    2. Однако ряд норм Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, по нашему мнению, представляют существенную опасность для соблюдения прав, свобод и законных интересов личности.

    Норма

    Какую опасность содержит

    Предложения

    1. П. 4 не предусматривает, что во время приема осужденных работники администрации учреждения принимают жалобы, возникшие у осужденных при перевозке к месту отбытия наказания, а мед работники - жалобы на состояние здоровья.

    Не позволяет выявить нарушнарушения прав осужденных при при перевозке, а также расстройства здоровья, не очевидные при наружном телесном осмотре

    Дополнить п. 4 положением о том, что во время приема осужденных работники администрации учреждения принимают жалобы, возникшие у осужденных при перевозке к месту отбытия наказания, а мед работники - жалобы на состояние здоровья.

    2. П. 5 предусматривает, что вещи и предметы, которые осужденным запрещено получать или хранить, обнаруженные при обыске вновь поступивших осужденных передаются на хранение или уничтожаются по решению начальника учреждения

    Создает опасность уничтожения ценных либо субъективно значимых для данного осужденного вещей, произвольного и необоснованного принятия решений об уничтожении, присвоении вещей под видом их уничтожения сотрудниками колонии

    Изложить в редакции: вещи и предметы, продукты питания, которые осужденным запрещается иметь при себе, получать в посылках, передачах, бандеролях либо приобретать (приложение N 1)*(4), изымаются в установленном порядке, передаются на хранение, а в случае их изъятия из гражданского оборота или невозможности их хранения - уничтожаются по решению начальника исправительного учреждения, о чем составляется соответствующий акт.

    3. П. 11 предусматривает, что осужденные вправе получать юридическую помощь, как от адвокатов, так и от иных лиц, имеющих право на оказание юридической помощи

    Закон не устанавливает круга лиц, имеющих право на оказание юридической помощи, фактическая наделяя таким правом любое лицо, имеющее соответствующие юридические познания

    Изложить в редакции: пользоваться услугами адвокатов, а также других лиц, оказывающих юридическую помощь, по своему выбору

    4. П. 15 запрещает осужденным дарить, принимать в дар и отчуждать в пользу иных осужденных продукты питания, предметы и вещества, находящиеся в личном пользовании

    Противоречит такой цели наказания, как исправление, а также конституционному праву распоряжаться своей собственностью, так как добровольная безвозмездная передача другому лицу своих вещей свидетельствует о развитии таких качеств, как готовность к взаимопомощи, сострадание и т.д.

    Сохранить только запрет на покупку или продажу имущества осужденных за наличный расчет, а также обмена вещами

    5. п. 15 не предусматривает запрета играть с целью возложения на осужденных каких - либо обязанностей или запретов

    В этом случае проигравший может стать объектом притеснения, сексуального насилия и т.д.

    Дополнить соответствующей нормой.

    6. П. 15 запрещает осужденным употреблять жаргонные слова, присваивать клички

    Граница между литературным языком и тюремным жаргоном настолько подвижна, что в ряде случаев для решения вопроса об отнесении слова к жаргонному требуется лингвистическая экспертиза; кроме того использование жаргонных слов и кличек является элементом традиционной культуры

    Выделить указанный запрет в отдельный пункт 15-1 : “Осужденным не рекомендуется: …”

    7. П. 15 запрещает осужденным выносить продукты питания из столовой без разрешения администрации

    Создает опасность наложение на осужденного взыскания и его водворения в ШИЗО и ПКТ за малозначительное нарушение

    Выделить указанный запрет в отдельный пункт 15-1 : “Осужденным не рекомендуется: …”

    8. П. 15 , содержащий 21 запрет на совершение осужденными определенных действий, включает в себя, как существенные нарушения ( например, нарушение границ территории исправительного учреждения), так и малозначительные нарушения ( размещение предметов культа на тумбочках, наличие на объектах работы продуктов и т.д.)

    Нарушает принцип дифференциации взысканий, ставит в одинаковое положение лиц, допустивших существенное нарушение и незначительный проступок

    Дифференцировать нарушения, подразделив их, например, на 1) существенное нарушение, 2) нарушение, 3) проступок с тем, чтобы отделить более опасные нарушения от менее опасных

    9. П.п. 16-17 Правил не разрешают осужденным и сотрудникам называть друг друга по имени и отчеству либо в соответствии с возрастом только по имени

    Препятствует формированию уважительного отношения сотрудников к осужденным, осужденных к сотрудникам, осужденных друг к другу

    Предусмотреть, что указанные лица вправе называть друг друга по имени и отчеству либо в соответствие с возрастом - только по имени

    10. П. 46, так же, как и п. 5 предусматривает возможность уничтожения изъятых у осужденных запрещенных предметов, если эти предметы не относятся к ценным

    Создает опасность присвоения таких вещей работниками колонии, а также уничтожения предметов, имеющих важное личное значение для осужденного

    Как и в п. 5 предусмотреть, что уничтожению подлежат только предметы: 1) изъятые из гражданского оборота, 2) не пригодные для хранения в учреждении

    11. П. 49- 53 в нарушение законодательства о почтовой связи не предусматривает право осужденного получать на руки квитанцию об отправке заказного письма или телеграммы

    Может привести к утрате почтовых отправлений, невозможности для осужденного доказать отправку обращения в суд или иную инстанцию, для обращения в которую установлены фиксированные сроки

    Дополнить п. 52-1 о том что осужденные вправе получать на руки квитанции об отправке заказных писем и телеграмм не позднее следующего дня после их отправки

    12. П. 75 предусматривает, что свидание с осужденным, не являющимся родственником, предоставляется, если по мнению администрации, такие свидания не будут отрицательно влиять на осужденного

    Понятие “отрицательного влияния на осужденного” носит произвольный характер и создает условие для злоупотреблений

    Конкретизировать понятие “отрицательного влияния на осужденного”, как препятствующее достижению целей наказания, предусмотреть, что об отказе в предоставлении свидания начальник учреждения выносит мотивированное постановление, которое может быть обжаловано в вышестоящий орган уголовно - исполнительной системы, прокуратуру или в суд

    13. пункты 85-90 не предусматривают доступа осужденных к Интернету , а также их право на отправку электронных сообщений

    Препятствует доступу осужденных к электронным правовым и иным базам данных, отправке ими наиболее быстрого вида сообщений - электронного сообщения, что противоречит духу и букве ст. ст. 15 и 91 УИК РФ

    Предусмотреть, что при наличии в колонии технических возможностей под контролем сотрудника колонии осужденные вправе пользоваться услугами Интернета для получения информации правого и иного социально значимого характера, а также отправлять электронные сообщения в органы и учреждения, указанные в п.п. 62 и 63 Правил, а по разрешению начальника учреждения - и частным лицам.

    14. П. 98 устанавливает, что периодичность получения посылок, передач и бандеролей определяется, как частное от деления 12 месяцев на количество соответствующих отправлений ( поступлений)

    Не учитывает реальные материально- финансовые возможности родственников осужденного и потребности самого осужденного

    Установить, что по просьбе осужденного ему может быть разрешено получение посылок, передач и бандеролей в рамках установленного для него лимита посылок, передач и бандеролей на год, если с момента получения последнего поступления не прошел указанный выше срок.

    15. П. 125 предусматривает оплату дополнительной медицинской помощи за счет собственных средств с лицевого счета

    Создает возможность требовать с осужденного оплату услуг из базового перечня, в том числе и по витальным показаниям, так как отсутствует определение того, какие услуги являются дополнительными

    Указать, какие виды помощи могут быть отнесены к дополнительным видам

    16. П. 126 предусматривает, что стоимость медицинских услуг не может превышать сумму, имеющуюся у осужденного на лицевом счету

    Препятствует использованию осужденным для получения дополнительной помощи средств, которые поступят после заключения договора на оказание дополнительных медицинских услуг, а также которые осужденный не смог получить по не зависящим от него причинам.

    Дополнить словами “как правило”

    17. П. 127 предусматривает прием мед препаратов, доставляемых родственниками или приобретаемых осужденными только по рекомендации лечащего врача

    Создает значительные проблемы, как в связи с загруженностью или обидами за преследование за критику со стороны лечащего врача, так и в силу того, что данный порядок распространяется на заболевания, требующие немедленной лекарственной помощи.

    Предусмотреть, что:

    • при отказе лечащего врача дать разрешение на прием медикаментов такое разрешение может дать начальник медицинской службы учреждения;
    • устанавливается перечень медикаментов, которые осужденный вправе иметь при себе без разрешения врача по жизненным показаниям.

    18. П. 123 предусматривает проведение планового приема больных осужденных в установленные часы работы по предварительной записи

    Подобная формулировка позволяет проводить прием больных реже, чем необходимо, в неудобное для больных осужденных время

    Установить минимальную частоту приема и удобный для пациентов

    график приема, а также дежурство во внеурочное время дежурного врача

    19. П. 124 предусматривает понятие дополнительной лечебно - профилактической помощи, оплачиваемой за счет собственных средств

    Создает опасность отнесения к платной медицинской помощи такой, которая ранее оказывалась бесплатно

    Конкретизировать понятия дополнительной медицинской помощи, которая оказывается на платной основе , и основной (базовой) медицинской помощи, которая оказывается бесплатно

    20. П. 126 предусматривает, что стоимость медицинских услуг, указываемых в договоре, не может превышать суммы, имеющейся на лицевом счету осужденного с учетом удержаний, предусмотренных законодательством

    Может повлечь лишение осужденного права на медицинскую помощь, если он не имеет достаточного количества средств на лицевом счету, однако такие средства могут быть направлены иными лицами; кроме того целевые средства, направленные на лечение осужденного, могут быть направлены на оплату питания, жилищно- коммунальных услуг и иные цели, что нарушает конституционное право на охрану здоровья

    Дополнить норму о том, что стоимость услуг, как правило, не может превышать сумму услуг по договору; целевые средства, направленные на лечение осужденного, и зачисленные на его лицевой счет, не могут быть направлены на иные цели.

    21. П. 129 предусматривает, что прием медикаментов может быть осуществлен только по рекомендации лечащего врача

    Ставит жизнь и здоровье осужденных в зависимость от добросовестности и компетентности лечащего врача, который нередко знает о лечении болезни меньше, чем сам больной

    Предусмотреть, что на заявление осужденного о выдаче ему рекомендации на направление необходимых медикаментов, в случае отказа врач выносит мотивированное заключение.

    Предусмотреть утверждение Правилами списка медикаментов, направляемых при наличии некоторых заболеваний без рекомендации лечащего врача

    22. Пункт 132 устанавливает, что длительные свидания осужденным, находящимся на лечении в лечебно - профилактических учреждениях не предоставляются, а могут быть перенесены на период после выписки из больницы, либо заменены краткосрочными

    Является дискриминацией больных осужденных и их родственников, не вытекает из медицинских показаний, противоречит, как целям наказания, так и целям лечения, а также смыслу ст. 89 УИК РФ

    Изложить пункт в следующей редакции: длительные свидания осужденным, находящимся на лечении в лечебно-профилактических учреждениях, не предоставляются, в случае, если их проведение может повлечь опасность распространения инфекционных заболеваний; такие свидания могут быть заменены краткосрочными, либо перенесены на период, следующий за выпиской из больницы.

    23. Пункт 134 не предусматривает возможность предоставления внеочередного свидания, если такое свидание может положительно повлиять на состояние здоровья осужденного

    Не позволяет использовать психотерапевтическое воздействие свиданий с родственниками

    Дополнить словами: а также, если свидание может положительно повлиять на выздоровление осужденного

    24. В п. 136 говорится о возможности использования всех мер взыскания в отношении осужденных, находящихся в ЛПУ, если их немедленное применение не влечет угрозы для жизни и здоровья осужденного

    Понятие “угроза жизни и здоровью” в данном контексте является юридически неопределенным и носит эмоциональный характер

    Заменить слово “угрозы” словом “ухудшения”

    25. Пункт 145 предусматривает, что при водворении в строгие условия отбытия наказания осужденные на учебу не выводятся, им предоставляется возможность самостоятельной подготовки и консультаций с преподавателями

    Нарушает право на образование, так как прохождение практики при профессиональном образовании невозможно, кроме того большинство осужденных, находящихся в СУОН, не способны получать образование путем самоподготовки

    Данное ограничение отменить

    26. Пункт 148 не предусматривает право осужденного брать с собою в штрафной изолятор табачные изделия. Пункт 152 запрещает осужденным , водворенным в ШИЗО, курение ( для соблюдения пожарной безопасности и санитарно - гигиенических требований)

    Принудительное воздержание от употребления табачных изделий посягает, как на частную жизнь лица, так и на его благоприятное морально - психологическое состояние. Никаких особых санитарно - гигиенических требований и правил пожарной безопасности для помещений штрафных изоляторов не установлено

    Предусмотреть право осужденных, водворенных в ШИЗО, брать с собою табачные изделия, снять данное ограничение, как надуманное

    27. Пункт 154 предусматривает ограничения для осужденных, переведенных в ПКТ

    В некоторых учреждениях УИС начальники учреждений стремятся распространить указанные ограничения и на осужденных, проживающих в помещениях камерного типа в связи с нахождением в строгих условиях отбытия наказания

    Дополнить словами: в качестве взыскания

    28. Пункт 156 не предусматривает ограничений на беспрерывное водворение осужденных в ШИЗО, ПКТ и ЕПКТ

    Создает условия для злоупотребления своими правами со стороны администрации учреждений в отношении осужденных, преследуемых за критику, а также нарушения прав осужденных на свидания, получение посылок и т.д.

    Установить, что одно и то же лицо не быть водворено в ШИЗО, ПКТ или ЕПКТ сразу же после отбытия взыскания в ШИЗО, ПКТ или ЕПКТ. Такое водворение может иметь место не позднее, чем через 3 суток после отбытия соответствующего взыскания

    29. Пункт 162 предусматривает возможность установление администрацией ИУ дополнительных обязанностей дежурного по камере ПКТ, ЕПКТ или ШИЗО

    Создает возможность наложения на дежурных избыточных обязанностей, создания конфликтных ситуаций

    Данную норму исключить

    30. Отсутствует список лекарств и витаминов, которые осужденные вправе хранить при себе без разрешения врача для оказания себе экстренной медицинской помощи

    Приводит к росту смертности среди осужденных, нарушению права на жизнь

    Дополнить Правила приложением № 1 - 1, предусматривающие Перечень лекарств и витаминов, которые осужденные вправе хранить при себе без разрешения врача для оказания себе экстренной медицинской помощи.

    31. П. 22 приложения № 1 устанавливает запрет на хранение одежды или обуви неустановленных образцов

    Создает проблему обеспечения осужденных одеждой, так как имеют место случаи необеспечения осужденной одеждой или обувью установленного образца или необходимого им размера, не позволяет менять одежду по мере необходимости, создает условия для наложения взысканий за малозначительное нарушение, как правило, не связанное с причинами и условиями совершения преступления

    Либо конкретизировать понятие одежды установленного образца и предусмотреть право на ношение одежды неустановленного образца в том случае, если осужденный не обеспечен или не по своей вине лишился одежды установленного образца, либо расширить понятие одежды “установленного образца”, например, как одежды и обуви темных тонов.

    32. Примечание 2 к приложению № 1 Правил предусматривает, что осужденным, водворенным в ПКТ, ЕПКТ, одиночные камеры ИК строго режима, строгий режим в тюрьмах запрещено приобретать и хранить чай и кофе

    Данное ограничение не основано на целях наказания, не ведет к исправлению наказуемого, влечет к развитию конфликтных ситуаций, так как носит иррациональный характер, направлено на озлобление личности

    Исключить данное ограничение

    33. Пункт 5 примечаний к приложению № 1 Правил предусматривает, что телевизоры и радиоприемники могут устанавливаться только для коллективного просмотра в местах, определяемых администрацией

    Позволяет администрации учреждения произвольно определять места для установки радиоприемников и телевизоров, нарушая право осужденных на получение информации

    Конкретизировать понятие мест, определяемых администрацией, установить, что эти места для осужденных должны быть доступны

    34. Пункт 6 примечаний к приложению № 1 Правил предусматривает, что ношение спортивных костюмов и обуви возможно только во время спортивно - массовых мероприятий

    Не разрешает ношение спортивной одежды и обуви во время индивидуальных занятий спортом

    Предусмотреть возможность ношения спортивной одежды и обуви во время индивидуальных занятий физкультурой, спортом, прогулок, оздоровительных мероприятий

    Ряд норм Правил 2005 года стал, как ни странно, серьезным шагом назад по сравнению с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденными приказом Минюста РФ от 30 июля 2001 г. N 224. Это хорошо видно на примере запрета на использование магнитофонов и плееров. Так, в соответствии с п. 18 приложения № 1 к Правилам, утвержденным новым приказом, в перечень вещей и предметов, продуктов питания, которые осужденным запрещается иметь при себе, получать в посылках, передачах, бандеролях либо приобретать, включены фотоаппараты, фотоматериалы, химикаты, кинокамеры, видео-, аудиотехника (кроме телевизионных приемников, радиоприемников), средства связи и комплектующие к ним, обеспечивающие их работу. Таким образом в число запрещенных для передачи и хранения осужденными предметов попадают магнитофоны, плееры, DVD- проигрыватели, игровые приставки. Между тем, десятки заявителей, обратившихся в правозащитные организации после принятия новых Правил указывают на то, что многие осужденные приобрели перечисленную выше аудио и видеотехнику, однако после выхода новых Правил их имущество было у них изъято и помещено на склад. В некоторых случаях администрации колоний ( например ИК - 5 УФСИН РФ по Вологодской области для осужденных к пожизненному лишению свободы) в связи с вновь введенным запретом обращались в вышестоящие органы управления уголовно - исполнительной системы, пытаясь доказать необоснованность и непродуманность данных запретов, однако результат рассмотрения обращений был отрицательным. Очевидно, что рассматриваемый запрет был принят в нарушение требований ч. 3 т. 55 Конституции РФ, согласно которой права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. В соответствие с ч. 2 ст. 10 УИК РФ, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Из этой нормы вытекает важный вывод: Правила внутреннего распорядка не могут лишать осужденного некоего права или уменьшать объем реализации этого права, если иное не установлено Кодексом. Пределы регулирования прав осужденных Правилами внутреннего распорядка состоят в том, что эти Правила могут лишь устанавливать порядок и процедуру реализации права либо реализации законодательно установленного запрета. Однако никаких ограничений на использование аудио и видеотехники УИК РФ не устанавливает. Никаких оснований полагать, что использование осужденными магнитофонов, плееров, DVD- проигрывателей, игровых приставок может нарушить конституционный строй, нравственность, здоровье, права и законные интересы других лиц, обеспечение обороны страны и безопасности государства, не имеется. Кроме того данное ограничение все равно повсеместно нарушается. По негласному распоряжению многих начальников колоний более льготный режим пользования такой техникой (после отбоя, во время проверки и т. д.) предоставляется членам самодеятельных организаций, завхозам, бригадирам и даже лицам принадлежащим к отрицательно настроенным группировкам.

    Особенно болезненным стало ограничение минимального размера оплаты труда 100 рублями. Как известно, ст. ст. 123, 125, 127 УИК РФ привязывают суммы, которые осужденные, отбывающие в колониях строгого и особого режима, вправе тратить со своего лицевого счета на приобретение продуктов питания или предметов первой необходимости к минимальному размеру оплаты труда. При этом до 2005 года картина выглядела следующим образом: только в колониях 5 субъектов РФ МРОТ принимался за 100 рублей, в остальных такой МРОТ принимался за 800 рублей. При этом администрация Управлений и колоний справедливо исходила из того, что в данном случае необходимо руководствоваться ст. 3, а не ст. ст. 4 и 5 Федерального закона от 19 июня 2000 г. N 82-ФЗ "О минимальном размере оплаты труда" (с изменениями от 29 апреля, 26 ноября 2002 г., 1 октября 2003 г., 22 августа, 29 декабря 2004 г.), так как сумма средств, которую вправе расходовать осужденный, направляется на нужды потребления и, следовательно, производна от размера оплаты труда, как основного источника финансовых средств, направляемых на потребление, а не от размера стипендии или штрафа. При отсутствии у осужденного работы и заработной платы сумма, которую осужденный вправе тратить со своего лицевого счета выступает аналогом заработной платы, так как является важным источником приобретения осужденным предметов первой необходимости. Ограничение суммы, которые осужденные, находящиеся в колониях строгого или особого режима в обычных условиях отбытия наказания, вправе расходовать со своего лицевого счета, 200 рублями, не позволяет этим осужденным приобрести предметы и вещи, в которых они нуждаются для своего развития, поддержания своих привычек, обеспечения своих интересов, ставят их в унизительное положение, заставляют их выбирать - на что потратить деньги: на приобретение продуктов питания и сигарет или на выписку периодической печати и приобретение конвертов.

    Законодательное установление по инициативе ФСИН России данной суммы в размере 300 рублей также не решает проблемы доступа осужденных к приобретению ими предметов первой необходимости.

    Следует отметить, что до октября 2005 года размер денежных средств, которые могли тратить осужденные, находящиеся в тюрьмах и колониях особого режима составлял 720 руб.- минимальный размер оплаты труда. Однако с октября 2005 года согласно указанию 18/60/101 от 18.08.05 и.о. начальника УФСИН России по ЦФО полковникам В.А. Бранта размер МРОТ стал определяться, как 100 рублей, что повлекло существенное снижение покупательной способности осужденных.

    Указанный анализ свидетельствует о несоответствии ведомственного нормотворчества требованию статьи Уголовно - исполнительного Кодекса РФ, согласно которому “…уголовно-исполнительное законодательство должно основываться на принципах гуманизма, демократизма, законности, равенстве всех перед законом…”.

    2. Нарушения в системе ИВС.

    Для более детального понимания ситуации поясним порядок перемещения гражданина Российской Федерации, взятого под стражу. Этот порядок содержит следующие этапы:

    - Подозреваемых в нарушении административного законодательства или в совершении уголовного преступления, доставляют в отделение милиции, где в течение 3 часов устанавливается личность гражданина, оформляется протокол совершения административного правонарушения; данные лица, эти лица, как правило, содержатся в камерах административно задержанных ( в простонародье именуемых аквариумами или обезьянниками); в случае, если административно задержанный может быть за вмененное ему правонарушение, подвергнут административному аресту или выдворению за пределы России, то его до рассмотрения его дела судом можно содержать в отделении милиции до 48 часов.

    - При наличии оснований признать лицо подозреваемым или обвиняемым, задержанного перемещают в изолятор временного содержания (ИВС). Как правило, ИВС имеется в каждом районном отделении милиции ( в Москве 1 ИВС обслуживает 5 - 7 отделов). Нередко он располагается в подвальном помещении. В ИВС содержатся как граждане, признанные судом виновными в совершении административных нарушений и отбывающими административный арест сроком до 15 суток, так и подсудимые, которых доставили из СИЗО для участия в судебно -следственных действиях. Здесь же, в закрытых камерах, содержатся граждане, по 3 - 5 человек в каждой, которым предъявлено обвинение в совершении преступления. Известны многочисленные случаи, когда для того, чтобы арестованный признал свою вину и дал нужные следствию показания, он содержится в ИВС до 10 суток и подвергается допросам. Помещения ИВС находятся в ведении МВД и именно здесь, в стадии предварительного следствия, сотрудники милиции и оперуполномоченные широко и повсеместно практикуют изощренные способы и методы недозволенных методов ведения следствия, в том числе и пыток. Так, в г. Новопавловске Ставропольского края, по имеющимся данным, был схвачен Владимир Чумаков, которого избивали в ИВС, пытали, заставили признаться в убийстве старой женщины и третий год судят.

    - Из ИВС арестованного перевозят в СИЗО - следственный изолятор.

    Следует также отметить одно из многих противоречий существующих в уголовном законодательстве. Поступающие в камеры административно задержанных и изоляторы временного содержания граждане фактически лишены законных прав подозреваемых и обвиняемых - при том, что многие из них являются всего лишь задержанными. Кормят их, как правило, раз в сутки, а в некоторых камерах для административно задержанных (уже упоминавшиеся обезъянники) не кормят вовсе. Про матрасы, помывку в бане, радио, газеты эти лица часто могут просто забыть.

    Например, из многочисленных обращений заключенных под стражу, содержащихся в ИВС г. Сарапула, видно следующее. Более месяца заявители не могли помыться в бане. В камерах ИВС царила антисанитария, камеры грязные, сырые, доски пола прогнили, заключенным под стражу досаждали насекомые, в камерах было жарко летом и холодно зимой. Матрасы и постельное белье не выдаются, заключенным под стражу приходилось спать на голых досках. Освещение камер очень тусклое. Обвиняемым запрещено пить чай. Умывальники и водопровод в камерах отсутствуют. Вместо унитаза в камере установлен бачок для опорожнения, при этом он не отгорожен от обзора всех сокамерников. 30 мая 2005 года в камеру к одному из заявителей - Шавкунову Д.В. было помещено лицо, которое воздействовало на него физически, принуждая Шавкунова к даче показаний и самооговору. Такому воздействию Шавкунов подвергался до 6 июня 2005 года. Проверки, проведенные Прокуратурой Удмуртской Республики по жалобам заключенных под стражу, подтвердили сведения об условиях содержания в ИВС УВД г. Сарапула. В связи с тем, что многочисленные представления прокурора - вначале об устранении нарушений, а затем о закрытии ИВС и привлечении должностных лиц к ответственности исполнены не были, в мае 2006 года Прокурор города Сарапула обратился в суд с заявлением о принятии к виновным должностным лицам предусмотренных законом мер.

    3. Нарушение прав и законных интересов личности в следственных изоляторах (СИЗО).

    Камеры следственных изоляторов, как правило, оборудованы лучше, чем камеры ИВС. Так в них установлены унитазы, в них нормальное, по сравнению с ИВС, освещение, заключенных под стражу раз в неделю водят в баню.

    При поступлении в колонию осужденному разрешается то, что было запрещено в СИЗО - ношение часов, шнурков на обуви, ему может быть разрешено также и содержание домашних животных. Таким образом нормативно - правовыми актами создается ситуация при которой, чем ближе человек к реальному лишению свободы, тем больше у него появляется прав.

    После вынесения приговора осужденный остается в СИЗО до вступления приговора в силу. Известны случаи, когда кассационная инстанция неоднократно отменяла приговор и назначала повторное судебное рассмотрение. При этом нередко вопрос об изменении меры пресечения, рассматривался кассационной инстанцией формально и не был направлен на то, чтобы восстановить право на свободу обвиняемого, попавшего в СИЗО в результате судебной ошибки, что было бы логично само по себе и соответствовало сути нового законодательства.

    На круглом столе “Соблюдение прав человека в СИЗО г. Москвы”, который состоялся в Доме общественных организаций Правительства г. Москвы ( 13 февраля 2006 года ) были выявлены следующие проблемы соблюдения прав заключенных под стражу в следственных изоляторах Москвы и Московской области:

    СИЗО № 1 (Матросская Тишина)

    1. В комнате приема передач не хватает столов для посетителей;
    2. Заявление о приеме передач пишется в один день, а сами передачи принимаются только на следующий день, якобы для борьбы с продажей очереди;
    3. При доставке передач нарушается товарное соответствие передачи ( продуктов смешиваются с предметами гигиены и т.д.);
    4. Происходит подмена продуктов, поступающих через магазин, на более дешевые; продукты, поступающие через магазин, почему- то режут;

    СИЗО № 2 (Бутырская тюрьма)

    1. По информации адвокатов Соколова, Егорцевой, для встречи с подзащитными с них. Кроме ордера и удостоверения адвокатов требуют разрешение судебно - следственных органов;
    2. Имеют место случаи вывоза в суд осужденных, которые по состоянию здоровья не могут участвовать в судебных действиях, так, 16.12.05 был вывезен в судебное заседание обвиняемый Мазин, у которого была температура 39, 2 градуса;
    3. Обвиняемому Носкову не дают разрешения на обследование лечащим врачом;
    4. Поступившие передачи передаются через 2-3 дня после поступления;
    5. График приема не соответствует действительности: часто вместо одних лиц прием осуществляют другие, после обеда прием часто не ведется;
    6. Отсутствует телефон для связи с руководством;
    7. В передачах не принимаются картофельное пюре и сухое молоко;
    8. Признанный невменяемым Галкин содержится в общей камере;
    9. Плохо организован вывоз подсудимых в суд: их поднимают в 3 - 4 часа утра, а доставляют обратно в час ночи.;
    10. В автозак набивают до 40 человек; при этом помещенные в машину иногда ждут там про полтора часа, пока идет пересменка;
    11. Если в день отоваривания в ларьке или помывки в бане осужденных вывозят на судебно - следственные действия, то возможность помыться или произвести закупки после возвращения им не предоставляется;
    12. Нет специально отведенных мест для курения адвокатов;
    13. Туалет для посетителей так и не работает;
    14. Автомат с напиткам не работает;
    15. При направлении лиц, признанных нуждающимися в принуд лечении в ПБ № 5, им в обязательном порядке вводится галоперидол.

    СИЗО № 3 (Красная Пресня).

    1. В объявлении о приеме посетителей администрацией не указано время начала и окончания приема;
    2. Не принимаются консервы, подсолнечное масло, картофельное пюре, требуют, чтобы эти товары приобретали через магазин;
    3. Ломаются сигареты, в то время, как сигареты в магазине СИЗО дороже.

    Положительные стороны:

    1. Прием передач организован по накопительной системе.

    СИЗО № 4 (Медведково).

    1. Имеют место жалобы на то, что на прием не приходят представители администрации;
    2. Имеют место случаи, когда заключенным под стражу не выдают книги.

    СИЗО № 5 (Водный стадион, именно здесь содержатся несовершеннолетние мальчики).

    Отрицательные моменты:

    1. В комнате приема передач вывешены выдержки из правил внутреннего распорядка только с пункта 51 по пункт 58.
    2. Лекарства принимаются только по справкам о хронических заболеваниях ( в отличие от СИЗО № 2);
    3. Во время морозов в некоторых камерах была пониженная температура.
    4. Не налажена заблаговременная запись на свидания, в связи с чем очередь на свидание приходиться занимать с 6 утра; оборудовано только 7 кабинок для свиданий; нет графика смен проведения свиданий;
    5. Пониженная температура в помещениях для лиц, прибывших на свидания;
    6. Нерегулярное поддержание ассортимента в магазине;
    7. Заказы передают в камеры только через 2 - 3 дня;
    8. Поступают жалобы на педикулез и вшей в камерах;
    9. Отмечены случаи преследования за критику; так, после жалобы матери осужденного Овсянникова, тот был избит, водворен в бокс, где всю ночь стоял босиком; передачи от 7 и 9 декабря 2005 года; перечисленные матерью деньги обещали перевести на счет, но по состоянию на 13.02.06 не поступили
    10. Не исправны телефоны в переговорных кабинках;
    11. В магазине приходится занимать очередь в 5-6 часов утра; за день проходит по 50 человек, в связи с чем все желающие, чаще всего, пройти не могут;
    12. В магазине плохой выбор сигарет ( в отличие от СИЗО-3);
    13. Отмечаются случаи подмены новых вещей на старые (для борьбы с этим целесообразно указывать, какие вещи передаются - новые или б/у);

    Положительные моменты:

    1. Соблюдается график работы стола заказов;

    СИЗО - 6 (женский изолятор в районе Печатники).

    1. Маленькое помещение для приема передач; нет весов; плохое освещение;
    2. Очередь в стол справок за бланками заказов; свободного доступа к бланкам нет;
    3. В комнате свиданий 9 кабинок, однако свидания производятся только в 2 смены: утром и после обеда;
    4. Не принимают в передачах картофельное пюре быстрого приготовления, и пряники с повидлом под предлогом, что данные продукты есть в магазине; также не принимают мандарины, халву, зеленый чай;
    5. Не принимается туалетная бумага ( несмотря на то, что туалетная бумага выдается в СИЗО, потребность в ней не удовлетворена);
    6. В магазине имеют место случаи, когда к подходу очереди кончается товар;

    СИЗО № 9 УФСИН Московской области (Капотня)

    1. Прогулки проводятся нерегулярно;
    2. Помывка содержащихся под стражей проводятся нерегулярно;
    3. В некоторых камерах разбиты стекла;
    4. С августа по январь 2006 года в СИЗО не работал магазин;
    5. Отмечаются случаи, когда больным выдается от различных заболеваний аспирин;
    6. Поступают жалобы на заместителя начальника по оперативной работе Грошева;
    7. В день принимается 25 передач, в связи с чем родственники вынуждены занимать очередь с ночи;
    8. В комнате приема передач нет телефона для связи с руководством СИЗО, № телефонов администрации;
    9. Не вывешен перечень разрешенных продуктов;
    10. Священники допускаются для совершения религиозных обрядов только с разрешения следователя или прокурора ( данное нарушение обусловлено требованием Правил внутреннего распорядка СИЗО).

    Положительные моменты:

    1. В ассортименте магазина - около 300 наименований товаров;
    2. Неделю назад начался прием лекарств;
    3. Вывешен график приема юристом для выдачи доверенностей;
    4. Хорошие условия созданы для осужденных , находящихся в отряде хозяйственной обслуги

    Участники круглого стола выявили общие проблемы всех обследованных ими следственных изоляторов:

    1. Затруднена возможность молиться в камерах из-за постоянно работающего телевизора; в вязи с этим предлагается изучить возможность при покамерном размещении учитывать потребность подозреваемых и обвиняемых в молитве либо предусмотреть возможность вывода осужденных из камеры на непродолжительное время для молитвы.
    2. В комнатах приема передач отсутствуют дежурные офицеры, у которых посетители могу навести справки по интересующим их вопросам.
    3. Телеграфные переводы зачисляются на лицевые счета осужденных через месяц - два после отправки;
    4. Жалобы на решения Комиссий следственных изоляторов по формированию этапов, направленные в прокуратуру, пересылаются во ФСИН;
    5. Нет канала для получения родственниками информации о находящихся в СИЗО, их направлении в ИК, состоянии их здоровья;
    6. Медикаменты принимаются только 1 день в неделю по четвергам; сдать медикаменты в другие дни практически невозможно.

    Были приняты предложения о том, чтобы:

    1. Рассмотреть данную информацию на совещании начальников СИЗО и на Общественном Совета УФСИН по г. Москве и Московской области;
    2. Провести совместное посещение СИЗО руководством СИЗО и представителями правозащитной общественности;
    3. Провести рабочие встречи ( круглые столы) по вопросам:

    • о соблюдении прав личности при направлении осужденных к месту отбытия наказания;
    • о соблюдении прав личности при конвоировании для проведения судебно- следственных действий;
    • об обеспечении своевременности поступления денежных переводов лицам, содержащимся в СИЗО;
    • проблемы нотариального заверения документов для вступления в брак подощреваемых и обвиняемых.

    1. Провести совещание в Гос. Думе ФС РФ по вопросу обеспечения доступа священнослужителей для отправления религиозных обрядов.

    К сожалению, никакой реакции на данные предложения со стороны УФСИН г. Москвы на момент составления настоящего доклада не последовало.

    В сложном положении находятся лица, которым судом назначено принудительное лечение в психиатрических стационарах, не имеющие паспорта и гражданства России. Так, в ИЗ 77/2 не могут попасть в больницы свыше 40 таких лиц, многие из которых ждет отправки в больницу более года. Например гражданин Таджикистана Игонин Денис Викторович, признанный недееспособным постановлением Басманного суда г. Москвы в июне 2005 года, был направлен в больницу № 7 для вывоза в Таджикистан только через 13 месяцев после вынесения постановления судьи в июле 2006 года. При этом Тверской суд г. Москвы по месту нахождения СИЗО № 2 г. Москвы в нарушение требования ч. 2 ст. 102 УК РФ о том, что “лицо, которому назначена принудительная мера медицинского характера, подлежит освидетельствованию комиссией врачей-психиатров не реже одного раза в шесть месяцев для решения вопроса о наличии оснований для внесения представления в суд о прекращении применения или об изменении такой меры” так и не рассмотрел ходатайство Игонина Д.В. о прекращении ему лечения, направленное в июне 2006 года.

    Имеют место случаи произвольного ограничения ассортимента принимаемых передач. Так, 26 июня 2006 года сотрудница Комитета за гражданские права Беляева Г.К. прибыла в комнату приема передач для передачи осужденному сока, картофельного пюре быстрого приготовления, соленных палочек, нарезки сырокопченной колбасы, сигарет. Однако данные продукты у нее приняты не были, как якобы запрещенные к передаче в СИЗО. Между тем, данные продукты питания не отнесены к числу запрещенных приложением № 1 к Правилам внутреннего распорядка СИЗО, утвержденных Приказом МЮ РФ № 189 от 14.10.05.

    В июне 2006 года Комитет за гражданские права обратился к руководству УФСИН г Москвы в интересах Кивотова Дмитрия Сергеевича, 1983 г.р., проживавшего в 1-комнатной квартире по адресу Москва, ул. Северодвинская, 13 кв. 19, инвалида инвалидом 2-й группы по онкологии, болен лимфагранулимаозом и раком позвоночника, в СИЗО ему был откачан гной. В своем обращении правозащитники отмечали, что “врачи СИЗО № 1 спасли в реанимации жизнь Дмитрия. Однако Кивотов нуждается в квалифицированном и высококачественном лечении”. Выражая опасение, что в местах лишения свободы Кивотов может погибнуть, правозащитная организация просила 1) направить в государственную медико - социальную экспертную комиссию документы для установления Кивотову Д.С. группы инвалидности; представить Кивотова Д.С. к освобождению от наказания по болезни в порядке ст. 81 УК РФ; опросить Кивотова Д.С. по обстоятельствам утраты им жилой площади и направить материалы в прокуратуру о возбуждении уголовного дела. Однако ни одна из этих просьб исполнена не была. В ответе ФСИН по г. Москве на данное обращение говорится о том, заявление об установлении Кивотову группы инвалидности не поступало, Кивотов направлен к месту отбытия наказания в удовлетворительном состоянии, а вопросы утраты жилой площади не входят в компетенцию медицинских работников. Такое формальное отношение к обращениям правозащитников в интересов людей, нуждающихся в особой социально - правовой защите в последнее время становятся повсеместным явлением. Справедливости ради следует отметить, что начальником УФСИН г. Москвы В.А. Давыдовым, который вступил в свои обязанности незадолго до проведения данного круглого стола, предпринимаются меры по устранению этих недостатков и наведение порядка.

    К марту 2004 года в 7 из 10 следственных изоляторов УИН по Московской области были открыты учебно - консультационные пункты, где получают образование свыше 200 несовершеннолетних. В 2000 году после 8 - летнего перерыва получили доступ к образованию и несовершеннолетние мальчик, которые на этот период отбывали и наказание в СИЗО № 5 на Водном стадионе. Тем не менее продолжает поступать информация о том, что нарушение право на получение информации по прежнему имеет место в отношении не только всех заключенных под стражу взрослых, желающих получить образование, но также и в отношении ряда несовершеннолетних, находящихся в особых условиях. Например, в СИЗО Москвы лишены доступа у образованию несовершеннолетние, содержащиеся в больнице ИЗ 77/1, и психически больные, находящиеся в ИЗ 77/2 (Бутырская тюрьма). Практически не известна практика, чтобы успехи несовершеннолетнего в учебе в период содержания под стражей использовался судом в качестве критерия для назначения наказания.

    Как справедливо отмечает в своих выступлениях директор ФСИН России Калинин Ю.И., по прежнему острой остается проблема длительного нахождения обвиняемых под стражей. При этом ряд таких заключенных страдает тяжкими заболеваниями. Так, по состоянию на июль 2006 года около 2 лет находился под стражей в СИЗО № 1 г. Кемерова Сусин Евгений Анатольевич. Сусин Е.А. перенес туберкулез, хронический обструктивный бронхит с астматоидным компонентом, болен эмфиземой легких, диффузным пневмосклеерозом и рядом других заболеваний. Как отмечалось в обращении на имя начальника УФСИН, нахождение в камере, отсутствие возможности свободно выйти на улицу причиняет Сусиону Е.А. страдания, которые отделимы от уголовного наказания. Сусин пишет, что даже в обычных условиях ему дышать очень тяжело. Даже в таких явных случаях нарушения права на рассмотрение дела в разумный срок механизмы освобождения заключенных под стражу отсутствуют, поскольку сложилась практика, когда суд, вновь рассматривающий вопрос о санкционировании заключения под стражу лица, уже взятого под стражу, как правило, подтверждает ранее вынесенное судебное решение. При этом вышестоящие суды не требуют обращать особое внимание на лиц, нахождение которых под стражей приобрело затяжной характер.

    Сложной остается проблема передачи медикаментов для осужденных. Этому способствуют, как чрезмерно бюрократические правила передачи медикаментов, установленные ПВР ИУ, так и творчество руководства некоторых управлений ФСИН. Так, летом 2005 года Комитет за гражданские права был вынужден обратиться к руководству ИЗ 77/2 в связи с нарушением прав Форсова Николая Александровича, 1964 г.р., инвалида 1 группы, перенесшего инсульт, больного эпилепсией, в течении полутора лет находившегося в больнице. Однако несмотря на это супруге заключенного Зайцевой Маргарите Григорьевне отказывали в приеме медикаментов для мужа, отсутствовавших по месту содержания под стражей.

    Принятие в 2005 году новых Правил внутреннего распорядка вызвало ряд трудностей в их трактовке со стороны администрации СИЗО. Так, хотя согласно п. 1 приложение № 2 к Правилам “подозреваемые и обвиняемые могут иметь при себе, хранить, получать в посылках, передачах и приобретать по безналичному расчету продукты питания, кроме требующих тепловой обработки, скоропортящихся с истекшим сроком хранения, а также дрожжей, алкогольных напитков и пива. Перечень продуктов питания может быть ограничен по предписанию санитарно-эпидемиологической службы. Общий вес продуктов питания, которые подозреваемый или обвиняемый может хранить при себе, не должен превышать 50 кг.”, при посещении ИЗ 77/5 было обнаружено, что вывешенными в комнатах приема передач правилами не предусмотрен прием таких продуктов питания, как мандарины и иные фрукты, вафли и иные кондитерские изделия, картофельное пюре, вермишель и иные продукты быстрого приготовления, соль и т.д., так как в перечне был указаны не продукты питания, запрещенные к передаче, а продукты, которые можно было передавать.

    В том же ИЗ 77/5 был установлен запрет на получение несовершеннолетними в посылках и передачах спортивных костюмов, что являлось дискриминацией по возрасту. При этом администрация СИЗО, по видимому, исходила из нормы приложения № 2 к правилам о том, что спортивный костюм могут получать осужденные, кроме получившие одежду установленного образца. Между тем, Правила не устанавливают какие группы заключенных должны получить одежду установленного образца.

    Среди других рекомендаций для СИЗО -5 г. Москвы участники посещения отметили, что

    • Следует увеличить количество сидячих мест для посетителей;
    • Выдержки из ПВР СИЗО необходимо снабдить ссылками на источник.

    4. Переполнение в СИЗО. Плохие условия содержания. Жестокое обращение при доставке для производства судебно - следственных действий.

    Несмотря на то, что, как отмечалось выше, наметилось некоторое улучшение ситуации, переполнение жилых помещений по-прежнему остается острой проблемой, особенно в СИЗО. Жалобы на переполненность и плохие условия содержания заключенных в следственных изоляторах тюремного типа продолжают поступать в массовом порядке.

    Приводим один из примеров. Шарохимов Ш.Ш., содержащийся в СИЗО 77/1 (Матросская тишина) г. Москвы пишет: “За продолжительное время, что я здесь нахожусь, в отношении меня систематически допускаются правонарушения со стороны работников СИЗО 77/1. В камере на 12 человек содержаться 40 человек, на одной койке спят в три смены, естественно нормального сна быть не может. В камере очень душно. Бельё нам не меняют, поэтому приходится стирать в камере, от чего воздух становится ещё хуже. Подследственные болеют очень часто кожными заболеваниями, чесоткой. Распространен туберкулез. Медицинская передача бюрократическим аппаратом СИЗО фактически запрещена и медицинского обслуживания здесь кроме осмотра нет. Так что при утрате здоровья восстановить его негде и подобное содержание не дает мне возможности правильно осуществить свою защиту от предъявленных мне обвинений. Питание также не соответствует действующим правилам, а качество пищи не соответствует санитарным нормам. Передачи продуктовые принимаются в течении 2-х суток. В передаче действуют надуманные противозаконные ограничения в ассортименте не принимаемых продуктов. А если передача принимается без ограничений, то оплачивается через магазин СИЗО и по очень завышенным ценам. Продукты в магазине просроченные, и некачественные, мало того, их доставляют в течении 2 - 3-х недель. Начальник СИЗО не выполняет закон в котором говорится, что передача должна быть вручена в течении суток. Это не только нарушение моих моральных прав, эта ситуация доставляет мне как физические, так и моральные страдания, что в силу действия Европейской Конвенции определяется как применение пыток, что запрещено любыми правовыми международными нормами. Также в камерах часто производятся несанкционированные обыски, как в ночное, так и в дневное время суток без присутствия оперативного работника. В результате чего возникают конфликтные ситуации между арестантами и работниками СИЗО. Сами понимаете, что при разрешении конфликтной ситуации, работники СИЗО всегда оказываются правы, а я водворяюсь в карцер без какого-либо разбирательства, так как начальник СИЗО подписывает любое написанное постановление о водворении в карцер. В карцере на стенах “шуба”, что ещё больше провоцирует заболевание туберкулеза легких. Также там очень много крыс и другой кровососущей живности, что способствует развитию кожных, гнойных заболеваний на теле. Лечения от которых, не знают даже местные врачи. Также имеет место быть применение спецсредств и применение необоснованно грубой физической силы со стороны работников СИЗО”.

    А вот отрывок из обращения гражданки Германии г-жи Грубер Людмилы Ивановны, сын которой находится в учреждении ИЗ-77/2 (“Бутырка”): “Уже неоднократно наша семья и адвокаты обращались в органы Генеральной прокуратуры и МВД по поводу бесчеловечной перевозки нашего сына из тюрьмы в суд и обратно. Перевозка длится по 3-4 часа в один конец, герметически закрытый кузов без света (дневного) и набит до отказа другими заключенными. Несмотря на гарантии Генеральной Прокуратуры, данные при экстрадиции нашего сына правительству Германии, продолжается дальнейшее физическое и моральное унижение нашего сына и всей нашей семьи. В апреле 2004 года наш сын, Глущенко Антон Юрьевич, был экстрадирован из Германии по просьбе Генеральной Прокуратуры в Москву.” То есть даже обязательства, данные Российской Федерацией на высоком международном уровне, не соблюдаются. Таковы условия содержания в тюрьмах Москвы. В регионах, нередко, дело обстоит еще хуже (см. приложение № 2). Хотя что такое “еще хуже” - трудно представить.

    По-прежнему в российских СИЗО нередко нарушается право заключенных на непрерывный, восьмичасовой сон. Сотрудники изоляторов поднимают (готовя к суду или этапу) заключенных на 2-3 часа раньше установленного распорядком дня времени подъема. Служебная целесообразность и личные интересы в ряде случаев явно превалируют над нормами федерального законодательства. По этой же причине системными являются следующие нарушения - сокращение времени прогулок, отсутствие горячего питания (или полное его отсутствие) при доставке в суд, неоказание медицинской помощи нуждающимся.

    Ввиду закрытости от общества оперативные сотрудники СИЗО нередко злоупотребляют служебным положением. Перевод из камеры в камеру того или иного заключенного часто происходит без всяких на то объективных причин. Например, известны случаи, когда заключенных переводили в другую камеру по 30 - 40 раз в месяц! Никакими режимно - оперативными соображениями подобные издевательства объяснить невозможно. Зато доподлинно известны истинные причины таких блужданий. Это и попытки (далеко небезуспешные) оказать психологическое давление на то или иное лицо с целью вынудить его дать нужные показания или усмирить непокорного: ведь каждый раз в новой камере осужденный вынужден объяснять сокамерникам, почему его направили в эту камеру. Оперативные работники не могут не знать: перевод из камеры в камеру - это сильнейший психологический стресс. Практикуются подобные переводы также и для собственного обогащения. Схема такова. Вначале заключенный осуществляет за свой счет ремонт камеры, максимально ее благоустраивает. А спустя какое-то время всех находящихся в ней “разбрасывают” по другим камерам. И в обустроенную камеру оперативный сотрудник “заселяет” тех, кто имеет возможность его отблагодарить. Что, впрочем, не мешает последнему повторить, спустя какое-то время, эту операцию, разрывая негласный контракт с теми, кто уже заплатил ему.

    Подчиненные оперативников - младший инспекторский состав - не отстают от своих коллег. Например иногда имеет место такая форма вымогательства. При поступлении арестованного в СИЗО он попадает в так называемую сборку - сборное отделение учреждения где должен пройти дактиласкопирование, медосмотр и т. д. В том числе проводится обыск его личных вещей на предмет возможного обнаружения запрещенных предметов (в этом случае в очередной раз тюремщиками демонстрируется недоверие к своим коллегам-милиционерам, обязанным также производить подобный обыск доставляемых в ИВС и отправляемых из них в СИЗО). Под надуманными предлогами (якобы не положено, истек срок хранения и т. д.) у людей, находящихся в стрессовом, в связи с арестом, состоянии и не способных в связи с этим к какому-либо противодействию изымаются даже разрешенные к хранению предметы.

    Таким образом нормы закона, направленные на то, чтобы обеспечивать лишь тайну следствия и защиту потерпевшего, используются сотрудниками СИЗО в собственных целях. Пользуясь ими по своему усмотрению, оперативники добиваются полной и абсолютной закрытости этих учреждений от гражданского общества. При этом по СИЗО чуть ли не свободно ходят мобильные телефоны, наркотики, иные запрещенные предметы, однако представители стороны защиты, семьи и гражданского общества испытывают намного больше трудностей для общения с подозреваемыми и обвиняемыми, чем преступный мир.

    По прежнему много жалоб связано с осуществлением перевозки подозреваемых и обвиняемых из СИЗО в суд. Автомашины для перевозки не утеплены и в зимних условиях люди замерзают и простывают. Летом же в таких металлических коробках наоборот жарко. Людей набивают в эти машины, как сельдей в бочку. Можно привести выдержку из обращения исполнительного директора ООД “За права человека” Л. А. Пономарева к Генеральному прокурору РФ В. В. Устинову по поводу сфальсифицированного уголовного дела в отношении гражданки Изаровой М.Ф., где, в частности, указывается и на нарушения при ее этапировании: “…для проведения наркологической экспертизы в Москве администрацией следственного изолятора была незаконно выдана арестованная Изарова М.Л., которая на протяжении нескольких часов находилась в необорудованном для перевозки людей автотранспорте. В виду этого состояние здоровья Изаровой М.Л. вызывает опасение ввиду обострившейся гипертонической болезни после многочасовой поездки…”.

    Основы поступившие в адрес правозащитников в 2005-2006годах жалобы таковы.

    К этапируемым применяются и другие незаконные методы воздействия. Так, в Бутырском следственном изоляторе при подготовке на этап в спецбольницу, осужденных признанных невменяемыми, “накачивают” психотропными препаратами до состояния полной прострации.

    Во время следования на дальних этапах не соблюдаются следующие нормы:

    - почти никогда (за исключением спецэтапов или проплаченных вариантов) в одном купе не содержится то количество людей которое предусмотрено действующими нормативами - оно превышается, как минимум, вдвое;

    - вывод в туалет и выдача кипятка производятся, чаще всего, один раз в сутки;

    - обыски осужденных производятся в издевательской манере (могут заставить тех кто прошел обыск забираться на третий ярус, предназначенный для вещей, отнять понравившуюся вещь под предлогом ее, якобы, запрещенности к хранению, повторить обыск за малейшую провинность);

    - часто имеет место неоказание медицинской помощи;

    - конвойные, пользовались абсолютной бесконтрольностью, и то, что ситуация носит сложный, а зачастую и психотравмирующий характер, находятся в зависимом от них положении, часто занимаются вымогательством личных вещей и продуктов, принадлежащих осужденным и заключенным. Этому также способствует и то, что конвоирами “трудятся” солдаты срочной службы. Молодых парней, еще не имеющих достаточного жизненного опыта, и самих находящихся под давлением “стариков”, наделяют почти неограниченной властью над людьми, среди которых есть и люди преклонного возраста. Нравственные принципы у таких конвоиров еще не сформировались или наоборот уже приобрели форму тяги к вседозволенности и стремления к неукротимому личному обогащению. Когда вместо солдат срочной службы в конвоях стали нести службу контрактники, то ситуация ухудшилась еще больше. Если раньше за выполнение той или иной просьбы солдату давали пачку сигарет или банку сгущенки (много ли надо молодому, голодному парню?), то теперь некоторые контрактники перевели подобные отношения на истинно рыночные рельсы. Существует твердая такса в полновесной российской валюте. За получение кружки кипятка - плати 100 рублей. За вывод на оправку - 500 рублей.

    - этапируемых заставляют передвигаться от вагона до автозака бегом или на корточках, могут натравить овчарок или избить за малейшее возражение.

    5. Нарушения прав человека при отправке к месту отбытия наказания. Незаконные переводы осужденных в другие колонии.

    Повсеместный характер носит нарушение требований частей 1 и 2 ст. 73 УИК РФ, требующих направления осужденного для отбытия наказания в регионе проживания осужденного или в близлежащий регион от того, где он жил. При этом ФСИН, оправдывая направление осужденного для отбытия наказания в отдаленный от места жительства регион, как правило, ссылается на то, что в ближайших от места жительства осужденного колониях, не имелось свободных мест.

    Направление осужденного в регион, физически и в силу материальных причин не доступный для посещения его родственниками, друзьями и адвокатами, как правило, приводит к следующим последствиям:

    • создаются неустранимые препятствия для реализации норм Уголовно - исполнительного Кодекса о количестве свиданий, посылок и передач, право на которые имеет осужденный;
    • ослабляются, а иногда и разрушаются социально - полезные связи, родственники и друзья теряют возможность оказывать положительное влияние на положение осужденного;
    • в поведении осужденного нарастают негативные проявления, связанные с невозможностью поддерживать родственные и иные социально значимые связи, попаданием в иные климатические, а иногда и регионально- культурные условия; усиливается зависимость осужденного от оперативных служб и криминального мира;
    • выхолащивается право осужденного на получение правовой помощи; только очень состоятельные осужденные могут позволить себе пользоваться услугами тех адвокатов, которые защищали их по делу;
    • осложняется решение вопросов, связанных с подготовкой осужденных к освобождению: не удается установить контакт с потенциальными работодателями, выехать к месту предполагаемого трудоустройства; нередко выданных для проезда к месту жительства денежных средств оказывается недостаточно для того, чтобы и приобрести билет, и оплатить питание; известны многочисленные случаи, когда это обстоятельство толкает осужденных к совершению нового преступления.

    По мнению авторов доклада, отправка осужденных для отбытия наказания в регионы, недоступные или труднодоступные для посещения родственниками и иными лицами, следует рассматривать, как жестокое обращение, так как доставляет осужденному страдания, которые могут и должны быть отделены от наказания.

    Наиболее известные, но, к сожалению, далеко не единственные примеры - этапирование в Читинскую область осужденного москвича Ходорковского Михаила Борисовича, направление в колонию Ямало - Ненецкого автономного округа осужденного Платона Лебедева, направление в колонию - поселение при ИК - 13 г. Нижний Тагил Свердловской области осужденного москвича Михаила Трепашкина. Конечно можно предположить, что после многочисленных просьб родственников, защиты, общественности об оставлении Ходорковского в Московской или близлежащих областях ФСИН РФ не смог найти ни одного места ни в Орловской, ни в Липецкой, ни во Владимирской ни в Ярославской областях Центрального, Северо-Западного и Южного округов НИ ОДНОГО СВОБОДНОГО МЕСТА, и оно нашлось только в Краснокаменске - городе почти приграничном с Китаем, в колонии, куда можно добраться с большим трудом. Однако намного проще предположить, что в данном и во многих других случаях директор ФСИНа выполнял политический заказ: я , мол, отправляю на край земли не любезного Вам Ходорковского М.Б., а Вы отдаете мне не растерзание столь поднадоевших мне правозащитников и закрываете глаза на мои методы “перевоспитания” зеков. Теперь же нашим властям придется объяснять свои загадочные мотивы не только защите Ходорковского, но федеральному Уполномоченному по правам человека РФ В.П. Лукину и даже Сенату США, обратившему на это внимание в специальной резолюции.

    Как правило, эффективной реакции на ходатайства общественных организаций о выполнении требований ст. ст. 73 и 81 УИК РФ относительно направления осужденных для отбытия наказания в ближайший субъект Федерации не наступает.

    Так, осужденный москвич Кузнецов Алексей Михайлович, состоящий на учете в ПНД, проживающий вместе с безработной матерью и сестрой, был направлен для отбытия в ИК УФСИН Архангельской области. В переводе Кузнецова А.М. и его матери, и правозащитной организации было отказано.

    Более года шла переписка о переводе в Саратовскую область осужденного к 19 годам лишения свободы Антипова Сергея Федоровича из колонии Сахалинской области, где ему угрожали другие осужденные, в ИК Саратовской области (согласно последним данным Антипов С.Ф. переведен в СИЗО г. Хабаровска: возможно его все - таки решили перевести по месту жительства матери).

    В течении многих лет пытается добиться перевода в тюремный край России - г. Нижний Тагил Свердловской области, где проживает его семья, осужденный Малышев Евгений Гаврилович, отбывающий наказание в колонии г. Абакана Республики Хакасия. Осужденный Дубровин Евгений Николаевич после осуждения в г. Томске просил направить его в колонию Красноярского края, так как в Красноярском крае проживали его жена и дочь, он был направлен в ИК - 7 УФСИН края. Однако затем, без объяснения причин, его переводят в Иркутскую область, куда родственники Дубровина приезжать не могли.

    В 2003 году в колонию Архангельской области был направлен студент Грозненского нефтяного института Шимаев Хасу Айдинович, 1982 г.р., осужденный с многочисленными ошибками и нарушениями по ст. 205 УК РФ, родственники которого живут в Грозном и выезжать в Архангельскую область не могут.

    В ИК Удмуртии за 1200 километров от места жительства был направлен осужденный в 2003 году по ч. 1 ст. 132 к 6 годам 6 мес лишения свободы москвич Бубнов Андрей Николаевич, 1982 г.р., который до осуждения проживал вместе с матерью и отцом, у которых является единственным ребенком. Мать Бубнова А.Н. Валентина Григорьевна работает на Ракетно - космическом заводе им. Хруничева. Страдает гипертонией 2-й степени и ишемической болезнью сердца. Бубнов А.Н. страдает открытой формой туберкулеза обеих легких, которую приобрел во время нахождения в местах лишения свободы по данному делу. За 3 года, что Бубнов А.Н. находится в Удмуртии мать смогла навестить сына всего лишь 3 раза, так как каждая поездка к сыну ей обходится более, чем в 12 тысяч рублей, что больше месячного размера зарплаты Бубновой В.Г. 72- летняя бабушка осужденного Семенова Е.Я. не смогла посетить своего внука ни одного раза.

    За полторы тысячи километров от места жительства был направлен осужденный по ст. 186 УК РФ к 9 годам 6 мес лишения свободы Замота Константин Анатольевич, направленный отбытия наказания Замота К.А. был направлен в ИК - 29 Кировской области, то есть на значительное расстояние от места жительства - г. Сергиева Посада. Хотя Замота К.А. болен рядом тяжких заболеваний, в том числе циррозом печени, печеночно - клеточной недостаточностью, портальной гипертензией, гепатитом С, пахо - мошенночной грыжей справа, но ни в колонии, ни в пос. Сорда не имеется врачей по профилю лечения его заболеваний, а мать и тетя Зомоты являются пенсионерками, просьба об его переводе к месту отбытия наказания, доступному для родственников, удовлетворена не была.

    Хотя в центральной России ощущается острый дефицит исправительных учреждений, в 2005 -2006 году была закрыта единственная расположенная на территории г. Москвы колония в г. Зеленограде, где отбывало наказание свыше тысячи жителей Московского региона. Осужденный Лебедев В.А., 1987 г.р., отбывавший наказание в учреждении УУ-163/2 г. Зеленограда был после закрытия данной колонии переведен в колонию Ульяновской области. Осужденный Денис Зотов из той же колонии № 2 УФСИН по Московской области, расположенной в г. Зеленограде, в нарушение требований ст. 81 УИК РФ, согласно которой “…осужденные к лишению свободы должны отбывать весь срок наказания, как правило, в одной исправительной колонии, тюрьме или воспитательной колонии, а перевод осужденного для дальнейшего отбывания наказания из одной колонии в другую того же вида или из одной тюрьмы в другую допускается в случае болезни осужденного либо для обеспечения его личной безопасности, при реорганизации или ликвидации исправительного учреждения, а также при иных исключительных обстоятельствах, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении…”, был переведен в ИК - 17 Кировской области.

    Таким образом решение вопроса о месте отбытия осужденными наказания либо о переводе осужденного из одного учреждения в другое принимается без учета доступности колонии для родственников осужденного, а также иных лиц, способных оказать на осужденного положительное влияние. Направление для отбытия наказания в учреждения, в которых не возможна реализация права осужденного и его семьи на получение свиданий и иных способов поддержания прямых и непосредственных социальных контактов, является одним из факторов утраты осужденными социально полезных связей, нестабильности поведения, неэффективности воспитательного воздействия, и как неизбежное следствие - поддержания высокого уровня рецидивной преступности.

    Следует отметить, что подобная практика полностью противоречит российской тюремной традиции, развитие которой привело в конце 19 века к выводу о том, что осужденные должны отправлять в “места не столь отдаленные”, ставшие полтора века назад синонимом слова “тюрьма”.

    Основными причинами направления осужденных в отдаленные от места их проживания местности является:

    • формализм при рассмотрении вопросов о месте отбытия наказания;
    • непонимание ценности социально - полезных связей, важности их сохранения, характера и глубины их влияния на цели отбытия наказания;
    • попытка оказать давление на осужденных, являющихся нарушителями порядка отбытия наказания, либо замеченных в активном противодействии нарушению прав заключенных, либо ведущих активную переписку по своему делу;
    • попытка оказать давление на лиц, осужденных по политическим мотивам;
    • реально существующие оперативные соображения, связанные с необходимостью изоляции членов ОПГ; к сожалению, последний мотив все реже оказывает влияние на процесс принятия решений о направлении осужденного в отдаленный регион;
    • наличие ограниченного числа колоний для осужденных несовершеннолетних девочек, для пожизненно осужденных, для лиц, которым смертная казнь заменена лишением свободы.

    Перевод из учреждений, расположенных по месту жительства осужденного, в отдаленные учреждения уголовно - исполнительной системы применяется, как метод давления и неформального наказания осужденных, конфликтующих с администрацией либо активно критикующих нарушения администрацией прав человека.

    Широкую известность получил перевод за тысячи километров от дома осужденных из ИК - 3 г. Льгова Курской области, активно участвовавших в событиях лета 2005 года, когда несколько сот осужденных совершили акт членовредительство в знак протеста против действий администрации колонии. Одним из таких осужденных был Селенин Сергей Владимирович. В мае 2005 года Комитет за гражданские права обратился к прокурору Курской области в связи с тем, что находившийся на свободе друг детства Селенина Лыков Р.Ф. сообщил, что Селенин в ИК - 3 г. Льгова подвергается избиениям со стороны сотрудников учреждения, которые наносят ему удары деревянными палками, угрожают его “опустить”. После событий в Льговской колонии года Селенин С.В., 1 июля 2005 года, как человек, активно пишущий жалобы на действия администрации колонии, в нарушение требований ст. 73, ч. 2 ст. 81 УИК РФ, был переведен для дальнейшего отбытия наказания в ИК г. Челябинска, то есть более, чем за 2000 километров от своего дома. Таким образом при отсутствии правовых оснований для перевода Селенина С.В. из одного исправительного учреждения в другое, предусмотренных ч. 2 ст.81 УИК РФ, в частности отсутствия “ иных исключительных оснований” для такого перевода, Селенин С.В. стал объектом преследования со стороны администрации учреждения, что выразилось в незаконном направлении в местность, находящуюся вне пределов доступности родственников осужденного.

    6. Иные нарушения права на поддержание связей с родными и близкими.

    Все чаще поступают жалобы на то, что стоимость проживания в комнатах длительных свиданий существенно превышают размер средств, зачисляемых на лицевые счета осужденных, в связи с чем слабо обеспеченные осужденные, родственники которых также живут ниже уровня бедности, фактически оказываются лишенными права на получение длительных свиданий. При этом администрация колоний лишена права снизить размер оплаты за пользование комнатами длительных свиданий или вовсе освободить осужденного и его родственников от соответствующей оплаты, поскольку согласно ведомственному нормативному акту пользование комнатами свиданий должно оплачиваться, как пользование гостиницами 3 категории.

    Лишены права на длительные свидания и большинство осужденных, отбывающих наказание в отрядах хозяйственной обслуги СИЗО, всего - более 10.000 осужденных, так как следственные изоляторы не оборудованы комнатами дополнительных свиданий.

    7. Сохранение практики преднамеренного негуманного обращения.

    В сознании большинства сотрудников УИС укоренилось мнение о том, что при любом конфликте с администрацией заключенный всегда виноват. В 2004-2006 годах происходил активный возврат пенитенциарной системы к практике ломки характера заключенного, разрушения сформировавшейся у него нормативно - ценностной ориентации, социальных, нравственных и культурных установок. При этом главная опасность подобной практики заключалась в том, что новая ценностная и культурная доминанта поведения, приемлемая в обществе, куда осужденный должен был попасть после освобождения, у осужденного не формировалась.

    Апрельские (2004 года) и июньские (2005 года) голодовки, а затем и волнения в колонии ИК - 3 г. Льгова и протесты в исправительных учреждениях Иркутской, Челябинской, Ульяновской, Пензенской, Саратовской и других областей произошли, согласно полученным нами данным, из-за произвола администраций колоний и бездействия органов прокуратуры, надзирающих за этими учреждениями. В качестве примера мы даем подборку писем и заявлений осужденных и их родственников (см. приложение № 1).

    Среди примеров жестоких методов обращения - приседание в нагом виде, с целью поиска запрещенных предметов ( может быть, мобильных телефонов!?), помещения в камеры в ПКТ с единственной лампочкой, находящейся за решеткой в нише над дверью, запрет курения не только в штрафных изоляторах, но и в жилых помещениях камерного типа осужденных, находящихся в строгих условиях отбытия наказания колоний особого режима. Источником этих методов обращения являются не причины объективного характера, а сама система исполнения наказаний, содействующая возгоранию конфликтов в местах лишения свободы с целью ужесточения режима отбытия наказания.

    Причем, логика тюремной администрации своеобразна: так как заключенные, находящиеся в исправительных учреждениях, несмотря на режим, продолжают бастовать, вскрывать себе вены, резать животы и горло, объявлять голодовки и акции протеста против произвола, значит надо ужесточать режим, более часто вводить в зоны подразделения спецназа, жестоко подавлять выступления заключенных.

    В ИК № 3 пос. Горный УФСИН по Смоленской области для осужденных, водворенных в ШИЗО и ПКТ установлен отдельный распорядок дня, камеры оборудованы специальными “отсекающими перегородками”, из-за которых подойти к окну камеры ближе, чем на 0,6 метра осужденный не может, осужденным запрещают одевать спортивные костюмы и обувь во время прогулок под предлогом того, что спортивная одежда и обувь могут использоваться осужденными только во время спортивно - массового мероприятия, в то время, как для тех, кто водворен в ШИЗО и ПКТ спортивно - массовые мероприятия не предусмотрены. Между тем, все особенности содержания осужденных в штрафных изоляторах устанавливаются разделом 23 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденным приказом Минюста РФ от 3 ноября 2005 г. N 205, которые не предусматривают отдельный распорядок дня для данной группы осужденных. Физическая зарядка не может, по своему смыслу, не являться спортивно - массовым мероприятием, так как в силу направленности на физическое развитие человека является мероприятием спортивным, а в силу своей обязательности для каждого осужденного, проведения одновременно с большими группами лиц, является массовым. Только в условиях, когда решение вопроса о том, делать или нет физическую зарядку становится вопросом частной жизни человека, а сама зарядка делается лицом в выбранном им месте в выбранное им время, физическая зарядка перестает быть спортивно - массовым мероприятием. В связи с этим спортивная одежда и обувь во время физ зарядки может носиться осужденными беспрепятственно. Ст.118 УИК РФ, не предусмотрено никаких ограничений на участие лиц, водворенных в ШИЗО И ПКТ, в спортивно - массовых мероприятиях. Неверно и утверждение руководства УФСИН по Смоленской области о том, что прогулка, как самостоятельное мероприятие распорядка дня, не может сопровождаться спортивно - массовых мероприятий, так как: а) порядок организации и проведения спортивно - массовых мероприятий ни УИК РФ, ни ПВР ИУ не определен, в связи с чем такие мероприятия могут организовываться и самими осужденными, поскольку запрета на это законодательство не содержит; б) нормы о том, что спортивно - массовые мероприятия не могут проводиться во время прогулок в УИК РФ и ПВР ИУ не содержится; прогулка, как нахождение лица на открытом воздухе в свободное время, является формой мероприятия, в то время, как его спортивно - массовый характер, является содержанием мероприятия, указывающим на вид деятельности во время прогулки. Наличие отсекающих перегородок, расположенных на расстоянии 0, 6 метра от стены камеры, не направлено на обеспечение безопасности осужденных, недопущение совершения ими новых правонарушений, а является правоограничением, не вытекающим из предписаний федерального закона. Чьи права и законные интересы таким образом защищаются, из ответа не ясно. Почему осужденный, находящийся в камере ШИЗО или ПКТ не может подойти к окнам, как данный запрет увязан с требованиями ст.118 УИК РФ из ответа понять не возможно. Отсекающие перегородки затрудняют использование осужденными для чтения и письма солнечного светом, а также возможность подойти к окну и подышать свежим воздухом. Не имеется и самостоятельной возможности открыть или закрыть окно.

    9.3. В течении более года Комитет за гражданские права вынужден вести переписку по осужденному Нархову С.В., отбывающему наказание в исправительной колонии № 11 г. Ставрополя. На обращения правозащитников УФСИН России по Ставропольскому краю ответил, что хотя осужденный в 1990 году перенес тупую травму живота, удаление селезенки, затем был прооперирован по поводу спаечной болезни желудка, а в 1994 году - по поводу язвы желудка, в местах лишения свободы ему установлен хронический гастрит культи желудка в стадии обострения, железодефицитная анемия легкой степени, однако в установлении группы инвалидности Нархову якобы было отказано. Одновременно с ответом УФСИН поступил ответ о том, что с 2001 года Нархов С.В. освидетельствования в бюро не проходил. Нархов С.В. утверждает, что при его обращении к начальнику медсанчасти колонии с просьбой направить его на ГМСЭ для получения группы инвалидности начальник МСЧ Нициевская С.В. отказала ему в этом. Администрация колонии после направления Нарховым жалоб стала оказывать на него давление: на Нархова стали составляться рапорта о якобы совершаемых им нарушениях. Нархов пытается объяснить, что не может выносить бочки из столовой, убирать территорию, так как постоянно испытывает слабость и головокружение, на протяжении 2 недель ходит в туалет с кровью, однако вместо того, чтобы принести ему извинения за издевательства администрация ИК водворила его в ШИЗО, а затем на 6 мес перевела его в ПКТ. При этом первоначально инвалидность Нархову не оформлялась в связи с тем, что тот не имел паспорта нового образца. Однако уже после того, как Нархов получил паспорт, администрация колонии стала утверждать, что по тяжести имеющихся у него заболеваний Нархов не может быть признан инвалидом. При этом Нархов постоянно находится в ПКТ, добиться обследования независимыми специалистами - медиками не может.

    В январе 2006 года в Комитет за гражданские права обратился осужденный по ч. 2 ст. 105 УК РФ Черепанов Андрей Андреевич, 1977 г.р., который сообщил о следующих нарушениях прав осужденных со стороны сотрудников учреждения ВК 240/5-5: 1) к осужденным сотрудники колонии обращаются на “ты”, часто допускают грубость и хамство; 2) Осужденные, входящие в секцию дисциплины и порядка, заставляют других осужденных передвигаться бегом, обращаться к членам секции дисциплины и порядка, как к представителям администрации, работать на работах по благоустройству ежедневно, а не 2 часа, как это предусмотрено ст. 106 УИК РФ; 3) Осужденных заставляют принимать пищу из общей посуды, при этом вместе смешивается посуда здоровых и лиц, страдающих туберкулезом и иными инфекционными заболеваниями; в то те время осужденным не разрешается закреплять за собой индивидуальные столовые принадлежности, мотивируя это отсутствием возможности для сан. обработки такой посуды; 4) Помещение отряда для лиц, находящихся на строгих условиях отбытия наказания, не предназначено для проживания; осужденные находятся в камерах; отсутствуют комнаты политико - воспитательной работы и приема пищи; не организован ежедневный просмотр телепередач, что нарушает право осужденных на доступ к информации, гарантированный им ст. 29 Конституции РФ; более того, в камерах ПКТ и ШИЗО отсутствуют радиоточки; 5) Вода из крана не пригодна для питья, в то же время в камерах ШИЗО и ПКТ отсутствуют электро розетки, а приносимая в камеры кипяченная вода, явно недостаточна для удовлетворения потребностей в воде; 6) Вновь прибывших осужденных и осужденных, отбывающих наказание в СУОН, заставляют выполнять работы на запретной полосе. К сожалению, ответ на обращение о проверке и устранении указанных нарушений, направленный в ГУФСИН края, получен не был.

    В 2005 году в правозащитную организацию обратился осужденный Путин Виктор Ефимович, который отбывает наказание в ПКТ ФГУ ИК - 1 пос. Майма Республики Алтай. Из письма Путина В.Е., подтвержденного ответом прокуратуры по надзору видно, что размер прогулочного составляет лишь двора 46, 8 м. кв. ( то есть 5 на 9 метров), что по мнению прокурора достаточно для прогулки осужденных, содержащихся на строгих условиях. Подобная позиция прокуратуры не учитывает, что такой размер двора не позволяет заниматься игровыми видами спорта, бегать, общаться в узком кругу своих товарищей. Другая жалоба В. Путина была связана с тем, что осужденным, находящимся в строгих условиях отбытия наказания запрещается курить. По мнению прокуратуры, данное произвольное ограничение права осужденных на неприкосновенность частной жизни не является нарушением законности. Между тем, так как курение является видом зависимости, при принуждении лица в недобровольном порядке отказаться от курения лицо испытывает сильные физические и психологические страдания. Следовательно курение может быть запрещено только в силу соображений безопасности или защиты здоровья лица, а не в качестве наказания, поскольку осужденный не должен испытывать страдания, если такие страдания отделимы от наказания.

    В апреле правозащитная организация была вынуждена обратиться в Генеральную Прокуратуру в связи с сообщением осужденного Банденко Вадима Васильевича, отбывающего наказание в колонии № 3 г. Льгова Курской области о том, что обыске в СИЗО г. Курска, сержант Куценко В. при изъятии супинаторов в 2 местах проколол подошву обуви Банденко В.В. Когда заявитель заявил свои возражения против незаконных действий Куценко В.В., его заставили раздеться и приседать в течении 10 минут. Когда Банденко потребовал предъявить ему норму закона, позволяющую подобное издевательство, то ему заявили, что 10 минутное приседание необходимо для того, чтобы убедиться, что он не проглотил деньги. Когда Банденко потребовал, чтобы прибыл ДПНК, то при помощи наручников и веревки ему сделали ласточку. Когда Банденко написал заявление в прокуратуру, то его вызвал заместитель по БИОР, который потребовал забрать заявление и пообещал заменить ему туфли. После того, как Банденко отказался забрать свое заявление у него в личном деле появился незаконное взыскание, объявленное на основании рапорта Куценко. При этом Банденко обращает внимание на то, что его никто не вызывал и никаких объяснений по рапорту он не давал.

    Серьезные проблемы порождает и практика круглосуточного видеонаблюдения за осужденными.

    Так, осужденный по ч. 1 ст. 166 УК РФ Лисаев Евгений Юрьевич, 1981 г.р., отбывающий наказание в ИК - 3 г. Льгов Курской области сообщает, что и после комплексной проверки, проведенной в ИК -3 по результатам выступления осужденных летом 2006 года, радикального изменения в соблюдении прав и законных интересов личности в колонии не произошло. Так, зявитель утверждает, что нчальник медсанчасти Костебелов М.А. уклоняется от оказания необходимой осужденным медицинской помощи: заявителю в течении полу года требуется проведение операции по удалению грыжи, однако после всякого заявления Лисаева с просьбой провести ему операцию, он водворяется в штрафной изолятор, а Костебелов говорит, что грыжа у Лисаева там пройдет. В ШИЗО в холодное время года температура ниже 16 градусов, батареи не работают, часть окон не имеет стекол. Лисаев водворяется туда, несмотря на то, что в его мед карте указано о наличии у него хронического бронхита и гастрита. Лисаев также утверждал, что бывший начальник колонии, который попустительствовал и организовывал избиения, в настоящее время стал заместителем начальника УФСИН области. При проверке последнее подтвердилось. В связи с изложенным Комитет за гражданские права просил директора ФСИН разрешить членам Общественного Совета при МЮ РФ посещение ФГУ ИК - 3 для знакомства с условиями соблюдения прав человека в указанном учреждении. Ответ на данное обращение получен, к сожалению, не был.

    В июне 2006 года Комитет за гражданские права направил обращение в Генеральную Прокуратуру РФ в связи с заявлением осужденного Фролкова Романа Викторовича, 1974 г.р., отбывающего наказание в учреждении ЖХ 385/18 Республики Мордовия. Фрлоков сообщает о том, что в период, когда он был переведен с особого режима на строгий и стал готовиться к условно - досрочному освобождению, в отношении него были сфабрикованы нарушения и он был необоснованно водворен в штрафной изолятор. Во время нахождения в ШИЗО якобы за нарушение формы одежды, 8 февраля в ШИЗО было введено спецподразделение, которым командовал заместитель начальника колонии по БиОР м-р Власов Д.Н.; осужденных с применением физической силы выгнали из камеры, били по голове, заставили полностью раздеваться, не учитывая, что в это время на улице был 30- градусный мороз, а входные двери в помещение были открыты; затем Фролкова Р.В. полураздетого в майке, телогрейке и ботинках на босую ногу выгнали в прогулочный дворик, где держали более 2 часов. 5 апреля 2006 года в ШИЗО снова был введен ОМОН. Фролкова снова заставили раздеться до гола для обыска, однако обыскивать не стали. Затем от Фролкова потребовали в таком виде приседать, а, когда он отказался, стали его избивать по голове и ногам. Все это происходило в присутствии заместителя начальника колонии по БиОР Власова Д.Н. После этого заявителя перевели в некую “американку”, рядом с которой находилась дверь на улицу, которую все время открывали. В связи с этим в течении 15 суток до перевода в ПКТ Фролков был вынужден двигаться в ускоренном режиме, чтобы не замерзнуть. 18 мая 2006 года за якобы допущенный сон в неположенное время из ПКТ в ШИЗО на 13 суток был водворен осужденный Беридзе Д,Н., который не был согласен с наложенным на него взысканием, в связи с чем прибег к членовредительству и загнал себе штырь в легкое; в связи с тем, что Беридзе длительное время не оказывалась надлежащая помощь, Беридзе обратился к подполковнику Гришанкину С.Н., начальнику медсанчасти колонии, с вопросом, что ему делать. Гришанкин на это ответил, что Беридзе надо вешаться. Фролков на работе травмировал себе левую руку, был направлен в ИК - 21, где ему была сделана операция; тем не менее Фролков не был освобожден от хоз работ, выполняемых в порядке ст. 106 УИК РФ; при этом Фролкову было отказано в ознакомлении с заключением хирурга в медицинской карте; когда Фролков заявил, что физически не может выполнять работы из-за болей в руке, он был водворен в ПКТ. При этом тот же Гришанкин без осмотра пациента заявил, что тот полностью здоров и может выполнять любую работу. После того, как осужденные в магазине колонии приобрели зажигалки, эти зажигалки стали изымать у них во время обыска. 23 мая 2006 года в соседней от заявителя камере избивали осужденного Малиновского П., которого Власов Д.Н. и ст. л-т Калинкин М. подвесили к батарее, в течении полутора часа выворачивали ему руки; как сообщается, крик Малиновского П. слышали многие осужденные. Хотя с момента отправки жалобы на момент составления доклада прошло более 50 дней, ответа из органов прокуратуры получено

    8. Сохранение практики непреднамеренного жестокого обращения.

    Непреднамеренное жестокое обращение проявляется в том, что законодатель принимают правовые нормы, а органы управления Уголовно - исполнительной системой принимают практические решения, следствием которых является причинение заключенным страданий, не предусмотренных наказанием, дискриминация лица в зависимости от таких факторов, которые не могут служить основанием для ограничения его прав и законных интересов. Приведем несколько примеров.

    9.1. Так, осужденные, не являющиеся инвалидами, не имеющими достаточного заработка или родственников, которые могут это профинансировать, фактически лишены права на зубопротезирование. Так, в течении длительного времени не может добиться зубопротезирования осужденный Кочубей В.В., отбывающий наказание в ИК - 4 Республики Мордовия, которому до конца срока остается более 12 лет. Между тем отсутствие зубов не позволяет осужденным нормально питаться, влечет сильную боль, голод, желудочные и иные мучительные для организма человека заболевания.

    9.2. Создаются искусственные препятствия для установления группы инвалидности, осужденным, не имеющим гражданства России. Так, например, осужденный Сельсков Александр Евгеньевич, 1966 г.р., осужденный к 7 годам 2 мес лишения свободы, уроженец Казахстана, отбывающий наказание в ОЛИУ - 10 Омской области, согласно приговора, гражданин РФ, у которого не работает левая рука, инвалидности Сельсков не имеет, пенсии не получает, так как ему не произведена замена паспорта на паспорт гражданина РФ. В своем обращении в интересах Сельскова Комитет за гражданские права отмечал, что в соответствие со ст. 62 Конституции РФ, иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором Российской Федерации. В случае, если Сельсков не является гражданином РФ, однако, как лицо без гражданства постоянно до осуждения проживал в России, он имеет право на установление группы инвалидности и получение пенсии. В случае, если он должен получить гражданство Казахстана, то пенсия ему быть назначена органами пенсионного обеспечения Казахстана и перечисляться по месту отбытия им наказания. В связи с этим Комитет за гражданские права просил 1) Направить Сельскова А.Е. для прохождения комиссии на предмет установления ему группы инвалидности; 2) Назначить ему пенсию с момента возникновения оснований для ее получения. Однако органы социальной защиты области ( в лице г-жи Касьяновой И.М.) решили, что медико- социальная экспертиза проводится только гражданам Российской Федерации. Между тем, в соответствие с п. 3 Распоряжения Правительства РФ от 16 декабря 2004 г. N 1646-р, федеральные государственные учреждения медико-социальной экспертизы создаются в целях осуществления медико-социальной экспертизы лиц, нуждающихся в ее проведении, для установления инвалидности, ее причин, сроков и времени наступления. Никакой речи о “гражданах РФ” в данном документе не идет. В соответствие со ст. 1 ФЗ “О социальной защите инвалидов в РФ”, инвалид - лицо, которое имеет нарушение здоровья со стойким расcтройством функций организма, обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектами, приводящее к ограничению жизнедеятельности и вызывающее необходимость его социальной защиты. Таким образом действующее законодательство не содержит требования о том, чтобы лицо, признаваемое инвалидом, имело гражданство РФ. Вместе с тем автор ответа отмечает, что Перечнем документов, необходимых для установления трудовой пенсии и пенсии по государственному пенсионному обеспечению в соответствии с федеральными законами "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" и "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации", утвержденным Постановлением Минтруда РФ и ПФР от 27 февраля 2002г. N 16/19па предусмотрено, что к заявлению о назначении пенсий всех видов должно быть приложены документы, удостоверяющие место жительства и принадлежность к гражданству, а также личность и возраст. Таким образом без наличия паспорта, без наличия гражданства, без наличия места жительства лица, явно имеющие право на пенсию по возрасту, пенсию по инвалидности, пенсию по потере кормильца возможности получения пенсии не имеют, вынуждены влачить нищенское существование, лишены доступа к социальной помощи и социальной защите. В связи с этой ситуацией Комитет за гражданские права предложил Министру Минздравсоцразвития Зурабову М.Ю. разъяснить, каким образом в соответствие Постановлением Минтруда РФ и ПФР от 27 февраля 2002г. N 16/19па должны решаться вопросы пенсионного обеспечения лиц, не имеющих гражданство, либо не имеющих паспорта, либо не имеющих места жительства.

    9. Материально- бытовые условия отбытия наказания.

    Среди проблем материально - бытовых условий отбытия наказания следует отметить:

    - наличие в Правилах внутреннего распорядка норм в части создания материальных и бытовых условий, страдающих правовой неопределенностью и ставящей реализацию законных интересов осужденных в зависимость от усмотрения и добросовестности администрации учреждения. Так, например, согласно п. 15 Правил, “ Осужденным запрещается без разрешения администрации вывешивать фотографии, репродукции, открытки, вырезки из газет и журналов, предметы культа и иные предметы на стенах, тумбочках и кроватях, содержать животных и птиц, заниматься огородничеством, разводить декоративных рыб, комнатные растения, изготавливать спортивные снаряды, тренажеры”. Подобная норма, не основанная на целях наказания и правоограничениях, установленных ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, создает в колониях тысячи конфликтных ситуаций. Так, в ИК - 2 г. Рязани в течении более полугода пытается добиться разрешения на установку аквариума осужденный Козлов Геннадий Николаевич. В своем обращении на имя начальника ИК - 2 Вовченко А.М. Комитет за гражданские права указывал, что при утверждении приказа Минюста РФ от 3 ноября 2005 г. N 205, Министр юстиции исходил из того, что принимая решение о выдаче разрешения на разведение птиц, животных и рыбок начальники учреждений будут руководствоваться своим жизненным опытом, здравым смыслом, конкретной санитарно - эпидемиологической ситуацией в регионе, наклонностями и интересами осужденных, обратившихся за таким разрешением, воспитательным и исправительным эффектом от выдачи разрешения, тем, как выдача подобного разрешения отразиться на достижении целей наказания, установленных ч. 2 ст. 43 УК РФ, исходить из современных представлений юридической, психологической, педагогической наук о том, как уход за животным способен отразиться на личности и поведении правонарушителя, отбывающего наказание. Наличие аквариума или домашних в жилом помещении является одной из форм реализации конституционного права личности на благоприятную окружающую среду, то есть такую среду, которая будет благоприятно влиять на психическое и физическое здоровье человека, а также его развитие и социально - физиологическое благополучие. Как конституционное, это право может быть ограничено федеральным законом, но, согласно предписанию ч. 3 ст. 55 Конституции РФ “права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.” Таким образом решение об отказе в выдаче “разрешения на оборудование в жилых и подсобных помещениях отрядов аквариумов” должно приниматься не только на основании правоусмотрения начальника учреждения, но и при наличии предусмотренных ч. 3 ст. 55 Конституции РФ оснований, например для защиты нравственности и здоровья человека. Таким образом начальник исправительного учреждения, отказывая в выдаче разрешения на установку аквариумов должен исходить не из собственных этических воззрений, эстетических вкусов, культурных и социальных установок, а из того, каким образом его отказ в выдаче соответствующего разрешения укладывается в ограничения, предусмотренные конституционным предписанием. Тем не менее данная аргументация не привела к изменению позиции администрации учреждения.

    Из некоторых учреждений поступают сообщения о ненадлежащем исполнении требований Постановления Правительства России о минимальных нормах питания осужденных. Так, осужденный Чечунов Альберт Александрович, 1966 г.р., отбывающий наказание в учреждении ОК 256/4 г. Сокол Вологодской области, был вынужден обратиться в прокуратуру в связи тем, что в данном учреждении не соблюдается норма выдачи хлеба, установленная с Постановлением Правительства РФ № 205 от 11 апреля 2005 года “О минимальных нормах питания и материально бытового обеспечения осужденных к лишению свободы”. Вместо 250 грамм хлеба из муки пшеничной 2-го сорта заменялся на хлеб ржанно- пшеничный. Благодаря жалобам Чечунова А.А. и мерам, предпринятым прокуратурой, к лету 2006 года осужденным стали выдавать положенную норму пшеничного хлеба.

    Осужденный Колосов Сергей Михайлович, отбывающий наказание в учреждении ЮУ 323/3 УФСИН по Липецкой области, сообщает, что в этом учреждении осужденным запрещают одеваться в спортивные костюмы во время занятий спортом на спорт городке, утверждая, что такие занятия спортивно - массовыми мероприятиями не являются. Обнаруживая у осужденных спортивные костюмы, их изымают и сдают на склад. От осужденных требуют по 16 часов в день в течении 15 месяцев носить единственный выданный им костюм х/б, который осужденные должны поддерживать в нормальном состоянии. Заявитель обращает внимание на то, что данное требование не выполнимо, так как костюм х/б при подобной интенсивной эксплуатации приходит в полную негодность. С 2005 года размер средств, которые может тратить осужденный, был ограничен 200 рублями. Однако при этом прейскурант цен заявитель получить не смог. Товары в магазин, как он поясняет, завозит местный бизнесмен. В то же время самые дешевые из имеющихся сигарет “Святой Георг” стоят в магазине 8 рублей (столько же, сколько в коммерческой палатке в г. Москве), то есть на разрешенную сумму заявитель не может приобрести не более 1 пачки в день. В учреждении осужденным запрещается носить шарфы, в том числе и темных расцветок.

    По сообщению осужденного Котенева Вадим Игоревича, отбывающего наказание в учреждении ЖХ 385/5 Республики Мордовия, в декабре 2000 года он был направлен для отбытия наказания в ИК - 5 Республики Мордовия, где был помещен вместе с больными туберкулезом, вместе с ними посещал один туалет, одну столовую, вместе с ними работали в одном швейном цехе. В связи с этим в 2000-2005 году в колонии заболели туберкулезом осужденные Хайдаров, Бельтюков, Васильев, Дмитриев, Толстых, Агеев и другие. Заявитель обращает внимание на то, что в 2000-2002 году осужденные жили в чрезвычайно стесненных условиях, на 1 осужденного приходился 1 квадратный метр площади, осужденных кормили плохо, практически не выдавалось мясо, чай по 1 - 2 месяца выдавался без сахара, белый хлеб стал выдаваться только с осени 2002 года. В период с 2000 по 2005 года Котенев не получил ни одной пары носок, ни одной пары белья, ни одного одеяла, ни одних тапочек. По сообщению заявителя, за все 5 лет содержания в ИК - 5 Котенев получил только 2 костюма хлопчатобумажных, 1 зимнюю шапку, 1 телогрейку, 1 пару ботинок, чем оказались грубо нарушенными нормы вещевого довольствия осужденного. Заявитель указывает, что в 2000- 2004 годах его 9 раз помещали в ШИЗО, где зимой была отрицательная температура, в камере был лед.

    В октябре 2005 года в Комитет за гражданские права обратился осужденный Мартынов Эдуард Иванович, который утверждал, что 1) осужденные, находящиеся в строгих условиях отбытия наказания лишены возможности иметь в камере телевизор, что ограничивает их доступ к данному источнику информации; 2) телевизор, который был изъят у Мартынова Э.И. 26.07.05, находится в неустановленном месте, квитанцию об изъятии телевизора заявитель не получил; 3) Во время обыска заявитель в течении 40 минут стоял на растяжке, сотрудники спец подразделения, участвовавшего в обыске, применили к Мартынову физическое воздействие; в снятии побоев Мартынову было отказано; 4) В камере, где содержится Мартынов, отсутствует сан узел и заявителю приходится справлять нужду в бочку; 5) В ларьке колонии введен лимит на отоваривание в объеме 5 пачек в сигарет и 200 г чая в месяц.

    Последнее нарушение вызывает особенное недоумение, так как для коммерческих организаций, допущенных по тендеру к организации ларька (магазина) в колонии, данный вид деятельности имеет повышенную коммерческую привлекательность. От конкурентов они избавлены. Если предположить, что в колонии отбывает наказание 1500 осужденных, 2/ 3 из которых приобретают в магазине колонии продукты питания и предметы первой необходимости на сумму 500 рублей в месяц ( оставив за скобками приобретение товаров родственниками при формировании передачи), то товарооборот такого магазина составляет 500 тысяч рублей в месяц или немногим менее 17 тыс рублей в день. При наценке в 30 % ( а большинство магазинов колоний применяют намного более высокую наценку), прибыль составляет 3.900 рублей - достаточный доход для того, чтобы и содержать добросовестного продавца, и завозить востребованный и качественный товар. Однако Уголовно -исполнительная система даже в условиях отсутствия конкуренции для организаций1 - победителей тендера, часто оказывается не в состоянии обеспечить приемлемое качество торгового обслуживания.

    10. Политические заключенные и заключенные, ставшие объектом целенаправленных преследований со стороны администрации учреждения.

    Особое внимание правозащитники вынуждены уделять случаям преследования заключенных в связи с их общественной и политической деятельности. Заказ на такое преследование может исходить с самого различного уровня. Например, обращалось очень много внимания на безосновательные (что установлено судом) взыскания, которые накладывались администрацией колонии на политического заключенного Михаила Ходорковского, а также поразительная мягкость со стороны администрации колонии по отношению к осужденному Кучме, который, используя нож, нанес М. Ходорковскому раны лица. При этом инцидент с Кучмой сопровождался циничными и оскорбительными инсинуациями в отношении М. Ходорковского со стороны представителей ФСИН России.

    Российскими правозащитниками, а также дважды со стороны организации “Международная амнистия”, обращалось на ситуацию с преследованиями адвоката Михаила Трепашкина, члена Общественной комиссии по расследованию взрывов жилых домов в г. Москве. Известен факт помещения его, страдающего тяжкой формой бронхиальной астмы (4 стадия дыхательной недостаточности с остановками дыхания), сразу после ареста в октябре 2003 года, в ужасающие условия маленькой, предельно грязной камеры. Постоянные провокации, многомесячные отказы в получении необходимой медицинской помощи, принудительный вывоз вечером 29 мая 2006 г. из палаты городской больницы в г. Нижний Тагил, куда он был направлен по скорой помощи прямо из зала суда - все это указывает на особое отношение к Трепашкину М.И. со стороны администрации колонии. На следующий день адвокаты Трепашкина не были допущены в колонию под предлогом того, что пропуск на них не оформлен, а начальник колонии, который единственный был вправе подписать такой пропуск, в колонии отсутствовал. На момент составления предварительного доклада жизнь Трепашкина М.И. находилась под угрозой.

    К формам давления в виде натравливания на осужденного агрессивно настроенных осужденных и ущемления в доступе к медицинской помощи, как уже отмечалось выше, добавляется такая, как отправка для отбытия наказания за тысячи километров от дома, как это было с фигурантами наиболее громких политических процессов Михаилом Ходорковским, Платоном Лебедевым и Михаилом Трепашкиным. В этом случае оказывается нарушенным требование ст.73 УИК РФ, согласно предписанию которой осужденный должен отбывать наказание по месту жительства, а при отсутствии колоний соответствующего вида по месту жительства - то в колонии ближайшего субъекта федерации.

    Объектом целенаправленных издевательств становятся не только жертвы политических гонений. Ужасающим пыткам и этапированию из льговской колонии (Курская область) в Комсомольск-на-Амуре подвергся Виталий Князев, вся вина которого заключалась в подаче жалобы в Европейский суд по правам человека по факту противоправных действий сотрудников администрации ИК - 3 г. Льгов УФСИН Курской области. Приоритетный характер этой жалобы был признан в Страсбурге.

    Некоторые осужденные становятся объектом преследования в связи с тем, что будоражат администрацию настойчивым стремлением добиться справедливости по своему делу, устранить нарушения прав человека в пенитенциарной системе. Эти осужденные не сдаются перед лицом беззакония и несправедливости, пишут жалобы, заявления, сообщают о произволе в местах заключения не только прокурорам, но и во властные структуры различных уровней, обращаются к правозащитникам, к Европейскому сообществу, пытаясь добиться изменения ситуаций связанных с нарушениями их прав в пенитенциарной системе России. Характерным является пример преследований осужденного Андрея Гращенко в ИК пос. Пакино Владимирской области. Как сообщает заявитель, ему поджигали зажигалкой бороду, избивали, пытались заставить вступить в самодеятельную ДОБРОВОЛЬНУЮ организацию, но безуспешно. Список таких людей достаточно велик: о подобных нарушениях сообщают Игорь Шарапов (учр. УС-20/3, Санкт-Петербург); Руслан Петрик (ИК-19, Мордовия), Ладогин Степан (учр. ЯК-7/8, г. Пенза, сейчас переведен на тюремный режим); Дмитрий Гринев (учр. ЯВ-48/10, г. Челябинск); Караблин Владимир (ЮИ-78/4, г. Ульяновск); Терсинцев Сергей (учр. ИЗ-62/1, г. Рязань); Козин Евгений (учр. ОТ-15/1, г. Кострома); Гущин Сергей (учр. УЩ - 349/52, Свердловская область); Купак Николай (Р. Коми, учр ОС - 34/46), Федосеев Андрей (ИК -19 УФСИН Республики Мордовия, в н/в - ИК пос. Бельгоп Республики Коми) и другие.

    11. Пытки, как метод борьбы с критикой и инакомыслием.

    В исправительных учреждениях России до сих пор имеют место не только избиения, но и пытки. Пытки - результат непрофессиональной деятельности следственных органов МВД и прокуратуры при расследовании и раскрытии совершаемых в стране преступлений. В соответствие с примечанием к ст. 117 УК РФ, под пыткой понимается причинение физических или нравственных страданий в целях понуждения к даче показаний или иным действиям, противоречащим воле человека, а также в целях наказания либо в иных целях. С применением пыток тесно связана ситуация, когда сотрудники учреждений ФСИН не могут контролировать ту часть осужденных, которые добиваются соблюдения своих прав и законных интересов.

    Одним из методов поддержания режима в некоторых исправительных учреждениях является создание “внутренних” карательных органов из привилегированных зэков, и принудительный “загон” в прорежимные “самоуправляющие” структуры. Нечто подобное, например, было сделано в Чечне, когда боевикам противопоставили “кадыровский спецназ” из “раскаявшихся” боевиков.

    Масштабы пыток в ИВС и СИЗО связаны с разными факторами, среди которых следует особо отметить:

    • высокий уровень коррупции, в связи с чем виновные в совершении преступлений откупаются, а от тех, кто вместо них привлечен в качестве обвиняемых, а также от свидетелей, требуются признательные и изобличающие показания;
    • низкую квалификацию сотрудников правоохранительных органов, связанную с кадровой нестабильностью сотрудников органов следствия и дознания, что толкает этих сотрудников на применение недозволенных, но более эффективных, с их точки зрения, методов;
    • критерии оценки работы сотрудников милиции, прокуратуры и оперативных служб ФСИН, основанных на количестве раскрытых, направленных в суд и закончившихся обвинительным приговором преступлений.

    12. Нарушение принципа о том, что семья находится под защитой государства.

    От невозможности реализовать свое право на поддержание семейных связей страдает значительное число осужденных, но в первую страдают очередь женщины. В тюрьмах и колониях России содержится около 60 тысяч женщин, что составляет более 5 процентов тюремного населения страны. Большинство женщин заключенных происходят из неполных и неблагополучных семей или из детдомов. Некоторые из них пережили в детстве и юности сексуальные и другие виды насилия, не родителей, опекунов, жилья, работы. Их дети воспитываются в детских домах, в лучшем случае - у родственников. В колониях, где предусмотрено проживание детей до 3 лет с матерью, мать и ребенок фактически отделены друг от друга в локальных изолированных зонах, время общения матери с ребенком зависит от производственных факторов. Так, осужденная Невская О.П., отбывающая наказание в ИК № 5 г. Можайска, иногда в течении дня не могла попасть к своему ребенку, так как в связи с производственным заказом была вынуждена трудиться сверхурочно, однако во время проверки и после отбоя попасть к своему ребенку не могла. Как показали исследования, более половины женщин, имеющие детей до 8 летнего возраста, не получают отсрочки исполнения приговора. Во время нахождения в карантине осужденным матерям в течении 21 дня не разрешается посещать своих детей, то часто порождает конфликт с администрацией колонии.

    Суды часто не принимают во внимание личность осужденной, наличие у нее малолетних детей. В заключении женщины проживают в бараках по 70-80 человек в одном помещении. Многие из них не здоровы психически и физически. После 3 - 4-летнего пребывания в заключении женщины быстрее, нежели мужчины, теряют социальные связи, испытывают гораздо более сильную психологическую деформацию. Система исполнения наказания женщин еще более остро нуждается в реформировании.

    Однако серьезные препятствия для реализации права на поддержание семейных связей испытывают и заключенные - мужчины. У них возникают многочисленные проблемы в получении свиданий с родственниками в колониях. Например, вновь возрождается практика запрета на предоставление свидания тем, кто до осуждения проживал в гражданском браке и не имеет официально зарегистрированных семейных отношений. В следственных изоляторах длительные свидания вообще не предусмотрены законодательством, хотя люди сидят там годами, а более 10 тысяч осужденных отбывают наказания в отрядах хозяйственной обслуги СИЗО, то есть в условиях, установленных для осужденных к отбытию наказания в колонии общего режима.

    Осужденному Душину Сергею Юрьевичу, отбывавшему наказание в колонии Республики Мордовия (учреждение ЖХ-385/7; на момент оставления настоящего доклада был переведен в колонию в пос. Металлострой Ленинградской области) неоднократно отказывали в предоставлении свидания с его законной супругой, гр. Н. Пильчевской. По странному совпадению к моменту приезда Натальи в эту колонию на свидание ее муж оказывался водворенным в ШИЗО и на этом основании в предоставлении свидания Пильчевской отказывали. Здесь мы обнаруживаем еще один пробел в российском пенитенциарном праве: родственников осужденных, допустивших нарушения, проехавших нередко не одну тысячу километров для получения свидания, никто не вправе наказывать лишением свиданий. Возможно, в этом случае следовало бы предусмотреть уменьшение продолжительности длительного свидания до одних суток, однако лишение их свидания в принципе не соответствует ни конституционному принципу о том, что семья находится под защитой государства, ни целям уголовно - правового воздействия.

    Правозащитные организации получают много жалоб на грубое отношение сотрудников бюро передач и свиданий в отношении родственников. Проводится досмотр вещей и продуктов родственников, который нередко превращается в обыск. Но и этого для некоторых сотрудников оказывается мало, в связи с чем такой обыск часто производится в издевательско - унизительной форме. Приехавших на свидание заставляют раздеваться догола, у некоторых не гнушаются осматривать интимные складки тела. В подавляющем большинстве случаев ничего запрещенного у обыскиваемых и досматриваемых не обнаруживают.

    Не менее характерен пример с заключенным под стражу Шутовым Юрием Титовичем, депутатом Законодательного Собрания Санкт-Петербурга (на момент составления доклада содержится в учреждении ИЗ - 47/1 “Кресты” почти СЕМЬ ЛЕТ) он находился в СИЗО, не являясь осужденным к лишению свободы. Есть в его деле и многочисленные процессуальные нарушения. Можно по разному относится к Шутову как к человеку, но очевидным является то, что к гражданину Шутову Ю.Т. власть относится предвзято и пристрастно. В течении указанного времени Шутов длительных свиданий не получает.

    По сравнению с концом 1990-х годов все реже применяется ст.97 УИК РФ о праве осужденного на отпуск с выездом к месту жительства. Очень важно то, что фактический отказ от применения этой нормы никак не связан с количеством осужденных, допустивших нарушения при нахождении в отпуске и возвращении из отпуска. Как мы видим, гуманное и прогрессивное положение закона, направленное на социальную реабилитацию осужденных уже в исправительном учреждении, становится неработающим.

    14. Отправка почты, корреспонденции, жалоб и заявлений.

    Осужденным разрешается получать и отправлять за счет собственных средств письма и телеграммы без ограничения, но вся корреспонденция подвергается цензуре, вскрывается и изучается в спецотделе или начальниками отрядов. Переписка с органами прокуратуры, с судом, с государственными институтами власти, с Уполномоченным по правам человека РФ и субъектов федерации, общественными организациями цензуре не подлежит. В правозащитные организации продолжают поступать жалобы о том, что на практике все обращения заключенных даже в официальные инстанции, особенно жалобы на условия содержания нередко прочитываются и иногда изымаются. До адресатов они часто не доходят. Так, в учреждении ИЗ-47/1 (Санкт-Петербург) заключенный под стражу П. так и не смог направить на имя Президента России В. В. Путина обращение в запечатанном конверте. Конверт ему попытались вернуть вскрытым, пояснив, что любую корреспонденцию ВООБЩЕ нельзя запечатывать. Даже убедившись, что в его тексте к Гаранту Конституции не содержится призывов к бунту, подготовке к побегу и т. п., а высказывается всего лишь просьба оказать посильную помощь тюрьме, построенной еще в царские времена, письмо все равно не желали опускать в почтовый ящик. Когда же осужденный стал настаивать на его отправке, его быстро отправили на этап.

    Распространенным нарушением является вскрытие сотрудниками администрации писем отправляемых заключенными в прокуратуру, суд, Уполномоченному по правам человека в РФ и т. д. или поступающих к ним из этих инстанций. Вместе с тем в ряде случаев, как например с осужденным Исмаиловым (содержится в ИК-11 Ставропольского края), письмо которого было адресовано в Движение за права человека, администрация учреждения отправляет адресату в запечатанном конверте (см. приложение № 3). Нередко письма осужденных задерживаются при выдаче или отправке, почтовые вложения не всегда выдаются, или выдаются с купюрами, даже при существующей описи вложений. Так, например, осужденному Семенову Олегу Сергеевичу (содержится в учр. ОЮ - 241/23, пос. Ревда, Мурманской области) выдали видеокассету (с записями документальных фильмов транслировавшимися по центральным каналам) посланную Движением за права человека бандеролью, но значительная часть информации была кем-то переписана так, что была, практически неразличима. Осужденному Румянцеву Евгению Юрьевичу (отбывает наказание в учр. ОН - 55/10, пос. Металлистов, Тверской области) выдают не всю посылаемую ему в заказных письмах литературу. В частности он пишет в своем письме “… когда я получил письмо в котором говорилось о том, что именно в него вложено, то газеты “За права человека” были вычеркнуты и мне их не выдали”. Поэтому осужденные предпринимают все возможности и нередко пересылают жалобы, минуя спец отделы.

    Практикуется также, в нарушении действующего законодательства, возврат писем отправителю, в случае убытия адресата в другое учреждение. Ксерокопии квитанций о возврате прилагаются (см. приложение № 4).

    Администрация об этом осведомлена, понимая, что подобная практика лишает осужденных важного канала защиты своих прав и интересов, более того - превращает некоторых них в нарушителей. Но изменить что-либо в этой порочной практике пока что не удается. Судебная система также бездействует. Нам не известно ни одного случая, когда суд принял к рассмотрению иск на администрацию колонии или тюрьмы по поводу непринятия жалобы к почтовому отправлению. Например, в Ленинградской области судья Ваганов (федеральный суд Тосненского района) возвращает осужденным (Шарапову Игорю Валентиновичу и другим содержащимся в учр. УС - 20/3) исковые заявления и жалобы поясняя, что по этим вопросам им следует обращаться… в прокуратуру!?

    15. Реакция на жалобы и отношение к правозащитникам.

    Диалог государственных служащих самого высокого ранга, начиная от Президента РФ, Генерального прокурора РФ, должностных лиц правоохранительных органов с общественными организациями России и, особенно с правозащитным движением, нередко похож на диалог глухонемого со слепым. Власть утрачивает способность видеть, слышать и обонять правозащитные организации, хотя чиновники, к которым обращаются правозащитники, исправно направляют ответы-отписки. Так, после первой серии обращений заключенных к правозащитникам, весной 2004 г. Движение “За права человека” обратилось в прокуратуры целого ряда областей. В ответ были получены отписки. В июле 2004 года Движение “ЗПЧ” повторно обратилось по многим адресам государственных и правоохранительных органов, в том числе к Генеральному прокурору РФ, по поводу массовых нарушений прав осужденных в Иркутской, Челябинской, Владимирской, Липецкой, Пермской, Ярославской, Оренбургской областей, республики Башкортостан и Мордовия с просьбой провести расследования по конкретным нарушениям прав заключенных в связи с апрельскими событиями. Цитируем один из ответов исполняющего обязанности начальника управления уголовно-исполнительной системы (УИС) по центральному федеральному округу г-на Бранта В.А.: “…по Ярославской, Владимирской и Липецкой областям сообщается о нарушениях прав содержания, необоснованном применении мер взыскания, невежливом обращении с применением физической силы и спецсредств. Обращения заявителей рассмотрены, проведены проверки доводов, изложенных в обращениях осужденных Гращенко А.В., Сарджвеладзе В.М., Новского А.М. Сарджвеладзе… содержался в строгих условиях отбывания наказания как ЗЛОСТНЫЙ НАРУШИТЕЛЬ режима. В журнале регистрации применения спецсредств зафиксировано применение спецсредства ПР-73 28.01.2003 года. Проверкой по данному факту нарушений законности не выявлено… Следует подчеркнуть, что правозащитники неоднократно просили при проведении проверок, для повышения их объективности брать с опрашиваемых осужденных объяснения по указываемым фактам нарушений, а копии этих объяснений, заверенные проверяющим прокурором, отправлять в правозащитные организации нам. Известен лишь один случай удовлетворения нашей просьбы и то лишь потому, что в объяснении заявители отказывались (из 13 обратившихся к нам были опрошены лишь 4) от своих претензий.

    Примеров мотивированного, объективного рассмотрения жалоб заключенных, заявлений, обращений общественных и правозащитных организаций, к сожалению, очень мало. Частым нарушением является направление ответа на обращение за подписью заместителя или исполняющего обязанности руководителя УФСИН или Прокуратуры; первые лица государственных органов России и ведомств в этих случаях не ставят свою подпись, не желая брать на себя ответственность. По - видимому, это связано с указанием Генерального прокурора РФ - проводить повторную проверку силами Генпрокуратуры РФ лишь в случае, если ответ подписал не заместитель прокурора, а сам прокурор. Таким образом создается видимость исполнения закона “О прокуратуре”, прямо запрещающего спускать жалобы в регионы - тем на кого жалуются.

    Все чаще приходится сталкиваться с отсутствием ответов со стороны руководства ФСИН России. При этом ответы на свои обращения не могут получить не только представители правозащитных объединений, но представители государственной правозащиты. Например, Уполномоченный по правам человека в Саратовской области Лукашова Н.Ф. 4 декабря 2006 года была вынуждена обратиться к директору ФСИН России Калинину Ю.И. в связи с тем, что на ее обращение от 17 мая 2006 года № 1850-з по вопросу о переводе с приближением к месту жительства осужденного Берестовского В.В., никакого ответа не поступило.

    16. Лишение собственности и прав владения.

    Выше уже обращалось внимание на то, что в соответствие с новыми Правилами внутреннего распорядка СИЗО и исправительных колоний, изъятые у осужденных вещи, не разрешенные к хранению, могут быть уничтожены по усмотрению администрации учреждения, даже, если препятствий для их хранения не имеется.

    Однако этим практика лишения собственности и прав владения не исчерпывается. Так, в исправительных учреждениях Ставропольского края сложилась практика, когда для обмена старого российского паспорта на новый осужденный должен в обязательном порядке сняться с регистрации по месту жительства, хотя подобное требование явно не вытекает из предписания ст. 173 УИК РФ. В связи с подобными требованиями осужденный Нархов Сергей Васильевич, отбывающий наказание в ИК - 11 г. Ставрополя, более года не мог осуществить замену паспорта, что в свою очередь мешало ему пройти ВТЭК, получить инвалидность, получать пенсию. В марте 2006 года паспорт Нархову был выдан, однако при этом Нархов был снят с регистрационного учета по месту жительства в г. Москве, где осталась проживать его жена. Снятие осужденных с регистрации - требование п. 31 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства РФ от 17 июля 1995 г. N 713, согласно которому снятие гражданина с регистрационного учета по месту жительства производится органами регистрационного учета в случае осуждения к лишению свободы - на основании вступившего в законную силу приговора суда. На практике данная норма часто приводит к лишению человека прав владения неприватизированной жилой площадью, так как Постановление Конституционного Суда РФ от 23.06.95 , хотя и предусматривает сохранение за осужденным к лишению свободы правам на жилище, не имеет механизма закрепления за осужденным жилой площади после того, как осужденный снят с регистрационного учета. В связи с этим зачастую после освобождения осужденный узнает, то его жилая площадь продана, завещана, подарена или обменяна, при этом добросовестный приобретатель жилища не имел ни малейшего представления об обременениях жилплощади правами на нее бывшего осужденного, а паспортные органы ФМС и нотариата не предприняли никаких мер к защите жилищных прав осужденного. В зону такого риска попал и С.В. Нархов, который с бывшей женой отношений не поддерживает и, если та решит самостоятельно распорядиться совместным жилищем, воспрепятствовать этому не сможет.

    Нарушением права владения в части права осужденных, принадлежащих к числу инвалидов и иных льготных категорий, чреваты и удержания из получаемых такими осужденными Единых денежных выплат (ЕДВ). Эти выплаты осужденные получают в качестве компенсаций не использованных ими льгот. С 2004 по 2006 год только в Комитет за гражданские права обратилось около 100 осужденных, которые считают, что из этих выплат не должны производиться платежи, предусмотренные ст.99 и ст. 107 УИК РФ, позволяющие в качестве оплаты жилищно- коммунальных услуг, питания, одежды, алиментов и т.д. вычитать из доходов осужденных до 75 % от размера дохода, оставляя на лицевом счету только 25 %. На обращения Комитета за гражданские права главный бухгалтер ФСИН России Валезнев В.С. отвечает, что единые денежные выплаты следует рассматривать в качестве доходов. Такая же позиция отражена и в письме за подписью Главного бухгалтера ФСИН России Валезнева В.С. от 31.05.05 № 10/17-228, в котором говорится о том, что в соответствие п. 7 ч. 1 ст. 208, п.п. 1 и 3 ст. 217 НК РФ пособия и компенсации относятся к доходам физических лиц. Однако данная позиция не соответствует налоговому законодательству России. Так, в ст. 208 НК РФ говорится о том, что “для целей настоящей главы к доходам от источников в Российской Федерации относятся пенсии, пособия, стипендии и иные аналогичные выплаты, полученные налогоплательщиком в соответствии с действующим российским законодательством или полученные от иностранной организации в связи с деятельностью ее постоянного представительства в Российской Федерации”. Таким образом описанный в ст. 208 НК РФ данный принцип определения доходов применим только к целям главы № 23 НК РФ. В этом случае между ст.208 НК РФ и ст. 41 НК РФ (“в соответствии с настоящим Кодексом доходом признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить, и определяемая в соответствии с главами "Налог на доходы физических лиц", "Налог на прибыль (доход) организаций", "Налог на доходы от капитала" настоящего Кодекса) возникает определенное противоречие, так как фраза “учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить, и определяемая в соответствии с главами "Налог на доходы физических лиц", "Налог на прибыль (доход) организаций", "Налог на доходы от капитала" настоящего Кодекса)” касается не определения дохода, как выгоды, а лишь возможности учета этой выгоды при исчислении налога. Если понимать ст. 41 НК РФ, как находящуюся в нормативном единстве с ст. 208 НК РФ и позволяющую признать доходами также пенсии и пособия, то следует признать, что ст. 41 НК РФ распространяется только на ситуации, связанные с исчислением трех конкретно оговоренных в законе видов налогов, не носит универсального характера и не может быть применена к понятию “дохода”, содержащегося в других нормативных актах, в том числе и в УИК РФ. Неприменима в данном случае и норма о применении гражданского права по аналогии, так как указанные выше вычеты осуществляются в рамках уголовно - исполнительного, а не гражданского права.

    17. Жестокое обращение и самоубийства.

    Уже приводились примеры, когда после регулярных избиений осужденные не выдерживают, вскрывают вены, режут животы, реже - перерезают горло. Нередко такие случаи завершаются гибелью человека, особенно, когда осужденный решается на повешенье. Добиться расследования гибели заключенного, как правило, не удается, хотя родители погибших добиваются подобных расследований. Тем не менее они получают отписки.

    Одно из свидетельств происходящего - фильм снятый общественной организацией “Уральская Амнистия”, показывающий тело убитого осужденного Омарова. На нем видны множественные гематомы и ссадины. По свидетельствам других осужденных, 1 декабря 2004 года в учреждении ЯВ 48/11 г. Копейска Челябинской области в ходе личного досмотра сотрудниками колонии Городовым, Насыриным и Симаковым были применены спец средства к осужденному Омарову Руслану Абдусаламовичу, 1974 г.р., который скончался от смертельной черепно - мозговой травмы; на теле погибшего обнаружены множественные гематомы, травмы ног, переломы пальцев, имеются следы применения электрошокера Но из официального ответа Челябинской спецпрокуратуры явствует что Омаров … умер от сердечной недостаточности. При обращении в Прокуратуру Комитета за гражданские права версия о том, что послужило причиной смерти Омарова изменилась. Прокуратура Челябинской области сообщила о том, что Омаров Р.А., осужденный в 1995 году к 15 годам лишения свободы, получил черепно - мозговую травму, по данному факту было возбуждено уголовное дело № 250231 от 3.12.04, однако затем 31.03.05 оно было прекращено, так как был сделан вывод о том, что физическая сила и спецсредства были применены к нему правомерно. В течении нескольких месяцев Комитет за гражданские права пытается получить копию постановления о прекращении по данному событию уголовного дела.

    Есть основания полагать, что доводят до самоубийства чаще всего тех осужденных, кто настойчиво борется за справедливость. В качестве характерного примера известен случай доведения до самоубийства заключенного Леонида Лаптева (учр. ЯВ - 48/Т-1, Челябинская область), которого поставили перед выбором - записаться в секцию дисциплины и порядка или быть изнасилованным. Так как для Леонида позорность ситуации была равноценной в обоих случаях он был вынужден повеситься. По информации фонда “Уральская Амнистия” (руководитель Антонина Ивановна Соколова, телефон (3519) 29-57-11) работники этой тюрьмы (ЯВ 48/Т-1 г. Верхнеуральска) насильственно подвигали к самоубийству не только Лаптева, но и осужденных Курбатова, Молошникова. В учреждении ЯВ 48/21 покончил жизнь самоубийством Дорожанин Ямиль Гайнулович, на шее у которого родственники обнаружили следу удушения Вот поэтому сотрудники, надзирающие за содержанием осужденных, и применяют массовые избиения, муштру на плацу, и другие приемы насилия - они всегда стараются из общей массы осужденных выделить непокорных, чтобы затем сломить их волю к борьбе за справедливость. Согласно ответа прокуратуры области, по фактам совершения суицидов осужденными Дорожановым Я.Г., Курбатовым Е.В., Молошниковым В.В., Лаптевым Л.С. органами прокуратуры были вынесены постановления об отказе в возбуждении уголовного дела.

    Вместе с тем не всегда информация о доведении осужденных до самоубийства, получаемая правозащитниками, является достоверной. Так, в Комитет за гражданские права поступили сведения о том, что в учреждении ЯВ 48/18 г. Магнитогорска покончил жизнь самоубийством осужденный Максимов Сергей Юрьевич, матери которого не выдали труп для захоронения; Однако из ответа прокуратуры области видно, что по факту смерти осужденного Максимова С.Ю. было даже возбуждено уголовное дело по признакам ч. 4 ст. 111 УК РФ. Увы - затем это дело было приостановлено, так как не удалось найти, кому предъявить обвинение.

     

     

    18. Самодеятельные организации.

    Что такое секция дисциплины и порядка (СДП), досуга, спорта, производственные, учебные и др.? Это самодеятельные организации, создающиеся из осужденных, по закону - исключительно на добровольных началах. Эти организации предназначены для решения организационных и хозяйственных вопросов (проведение спортивных мероприятий, культурного досуга и т. д., подготовке осужденных к жизни в обществе, ответственности, раскрытию положительных сторон личности. Секции не должны иметь властных полномочий, наказывать или карать человека.

    Однако в реальности члены СДП и иногда и других секций, вступившие в такую общественную организацию, носят красные повязки на рукаве и наблюдают за соблюдением порядка в бараках и общественных местах, в т.ч. в клубе и в столовой. Известны случаи, когда они также дежурят на спецобъектах - дежурных вышках в центре колоний - регулируют вход и выход осужденных в локальные участки, их передвижения по территории зоны, поддерживают в порядке контрольно-следовую полосу. То есть делают то, что прямо запрещено законом. Нередки случаи когда активистам администрация учреждений вручает дубины для избиения непослушных.

    19. Ущербная и провоцирующая дисциплинарная практика.

    Массовый характер носят жалобы на необоснованное водворение осужденных в помещение камерного типа (ПКТ) и штрафной изолятор (ШИЗО). В ШИЗО помещают без суда за нарушение режима на срок до 15 суток. ПКТ - помещение камерного типа, куда без суда водворяются осужденные, являющиеся злостными нарушителями установленного порядка: мужчины - сроком до 6 месяцев, женщины - сроком до 3 месяцев.

    Часто в ШИЗО и ПКТ водворяются те, кто стал нарушителями случайно. Иногда это - жертвы провокаций со стороны других осужденных. Нередко - осужденные, придерживающие т.н. “воровских традиций”, однако иногда людей приводит в ШИЗО и ПКТ протест против нарушения администрацией учреждений элементарных требований закона и прав человека. Как правило тюремные надзиратели, не блещущие педагогическими талантами, не утруждают себя вопросами вроде: “А почему этот Иванов, Петров, Сидоров готов к ежедневным и долговременным жертвам? Почему каждый раз он готов идти на грязные нары, вместо того, чтобы застегнуть пуговицу, ходить строем и с песней, не брать с собой из столовой хлеб?” ( БЕП: Действительно, Боря, почему ?)

    Значительное количество нареканий связано с условиями нахождения осужденных в помещениях камерного типа. Так, например, по сообщению Крылатова Сергея Сергеевича, 1981 г.р., его водворили в ШИЗО через 1 день после прибытия в колонию; через 15 суток его перевели в ПКТ, где он находится уже в течении 2 лет. Крылатов С.С. в своем обращении сообщает, что свет в камере явно недостаточен, так как плафон с лампочкой запрятан в нишу, и свет из ниши идет только узким лучом. Ни читать, ни писать, ни бриться при таком освещении осужденные не могут. Естественное освещение также является неудовлетворительным, так как поступление солнечного света в окно ПКТ ограничено из-за того, что вблизи окна находится 2 - этажное здание общежития. Отверстие для вентиляции заварено наглухо, в связи с чем в камеру не поступает свежий воздух. Крылатов С.С. отмечает, что вентиляционное отверстие над дверью за время нахождения Крылатова в камере никогда не было открытым. Крылатов С.С. пишет, что нахождение лампочки в полупрозрачном плафоне существенно снижает поступление света, еще хуже влияет на освещение то, что сама лампочка находится в 30 см от края ниши. По мнению прокурора по надзору, вентиляция осуществляется через щель в двери. Помещение является сырым, душным, переполнено. Осужденным запрещают заниматься зарядкой и спортом, не разрешают во время занятий спортом надевать спортивный костюм, за отсутствие головного убора во время занятий спортом водворяют в ПКТ. Во время прогулки администрация колонии запрещает осужденным заниматься спортом. Часть стены под батареей отопления сырая, в связи с чем в зимнее время там собирается вода, образующая лужу. В ответах прокуратуры по надзору за исполнением уголовного наказания Приморского края большая часть приведенных нами доводов были отвергнуты. Автор ответа полагал, что иметь при себе спортивные костюмы осужденным не положено, так как для лиц, водворенных в ПКТ спортивно - массовые мероприятия не проводятся. При этом, по мнению автора ответа, утренняя зарядка почему - то не является спортивно- массовым мероприятием. Вместе с тем из ответа прокуратуры от 8.08.06 видно, что размещение лампы в нише стены является не личной инициативой администрации, а выполнением требования “Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений УИС Минюста России”, утвержденной приказом Минюста РФ № 130-ДСП от 02.06.03. Проверить так это или нет, невозможно, так как приказ является закрытым и не опубликован. Сама камера оборудована в соответствие с Каталогом специальных (режимных) изделий для учреждений УИС Минюста РФ” и приложения № 2 к приказу МВД РФ от 17.06.03 № 290-ДСП. Из ответа прокуратуры видно, что камера № 15 ПКТ, где Крылатов находится с 3 апреля 2006 года, рассчитанная на 2 осужденных, имеет площадь 5,7 метров квадратных, то есть 23 часа из 24 указанные осужденные находятся в кубическом пространстве шириной, длиной и высотой 2, 4 метра.

    Дополнительные основания для объявления взысканий создаются Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, в соответствие которыми предоставление объяснений в связи с вмененными осужденному нарушению является обязанностью осужденного, за нарушение которого может быть назначено взыскание, а не правом, как это вытекает из права лица не свидетельствовать против самого себя, предусмотренного ст.51 Конституции РФ.

    Нередко водворение в ШИЗО и ПКТ используется, как метод борьбы с лицами, которые жалуются на действия администрации. Так, мать находящегося в колонии ЯП 17/3 с. Краснокумского Ставропольского края осужденного Пошнагова Романа Олеговича, 1981 г.р., сообщает, что в июне 2004 года ее сын обратился в органы прокуратуры, сообщая об избиениях осужденных со стороны администрации учреждения, однако ответа о прокурора Чурилова, к которому он обратился, не получил. Пошнагов указывал, что избивал его капитан Шелковцев, а также другие сотрудники. Пошнагов снял побои и приложил мед документ к своему обращению в прокуратуру. После его заявления, стали постоянно поступать рапорта о допущенных им нарушениях, Пошнагова перевели в СУОН, затем поместили в ПКТ в неотапливаемую камеру. Условия, в которых содержится Пашнакгов, могут привести к тому, что осужденный рискует заболеть туберкулезом. 17 июня 2005 года Пошнагова поместили в камеру ШИЗО, где непосредственно перед этим содержались туб больные, при этом сан обработка камеры проведена не была. В камеру, рассчитанную на 2 человека, было помещено 5 человек. Освещение в камере было очень тусклым. По сообщению заявительницы, 21 июня 2005 года в ШИЗО сотрудники администрации по приказу и.о. начальника И.У. Краснослободцева устроили массовое избиение осужденных. В данных мероприятиях принимали участие сотрудники Григорьянц, Акименко, Шеховцев, при избиении присутствовал начальник отдела безопасности Егинян. Чтобы не допустить избиения со стороны указанных лиц, Пошнагов и Поляков В.П. вскрыли себе вены. 16- летнюю сестру к Пашнагову на свидание не пускали. 21 сентября 2005 года ст помощником прокурора края в адрес Комитета за гражданские права был направлен ответ, который доводы жалобы правозащитников не опровергал. ни в коей мере не может нас удовлетворить. Доводы о том, что в отношении осужденных необоснованно применялась физическая сила 21.06.05, что Пошнагов был помещен в не отапливаемую камеру не проверены и не опровергнуты. Как видно из ответа, за период отбытия наказания Пошнагов 49 раз привлекался к дисциплинарной ответственности, в том числе 45 раз, обратите внимание, водворялся в ШИЗО. А 2 раза переводился в ПКТ. Таким образом дисциплинарная практика в учреждении направлена на применение к нарушителям наиболее жестких методов воздействия, связана с недооценкой, как более мягких мер взыскания, так и иным методам воспитательной работы в целом. По видимому, такая воспитательная работа проводится с Пашнаговым формально. Органы прокуратуры устранение данных нарушений

    20. Заказной пенитенциар.

    Как мы видим, даже очень известные российскому и международному обществу уголовные процессы Ходорковского, Лебедева, ученых Данилова, Сутягина, Моисеева, адвоката Трепашкина и многие другие имеют пока что крайне незначительные шансы на то, что в них будет обеспечена справедливость. Эти процессы получили в российском гражданском обществе сильный резонанс и отчетливое политическое звучание. Политические заключенные отбывают наказание в условиях обостренного унижения человеческого достоинства.

    В качестве примера можно привести ситуацию с адвокатом Михаилом Трепашкиным. Накануне судебного процесса, на котором он намеревался предъявить доказательства возможной причастности российских спецслужб к взрывам домов в Москве в 1999 году, М.И. Трепашкин был арестован по сфабрикованному уголовному делу и осужден 19 мая 2004 года к 4 годам лишения свободы в колонии поселения. Трепашкин должен был уже полгода находится в колонии-поселения, но его продолжали держать под стражей в учреждении ИЗ - 50/2 г. Волоколамска Московской области. Приведем выдержки из его письма Л. А. Пономареву: “Уважаемый Лев Александрович! Благодарен за помощь и поддержку, которую оказали мне в борьбе с беспределом нынешних властей. Тем не менее, они опасаются выпустить меня даже в условия колонии-поселения и без санкции суда закрыли в другую тюрьму в Волоколамске, держат под стражей в условиях унижающих человеческое достоинство: клопы, вши, теснота. 4 дня не имел индивидуального спального места, нарушены все условия гигиены. Нет даже туалетной бумаги, бачок для воды ржавый, а вначале и его не давали. Люди по 2-3 дня ждут хотя бы 1 простыню и наволочку, одеял нет, матрасы из кусков сбитой ваты, окна закрыты 3-мя рядами решеток, в камеру мало попадает воздуха. Бумагу для написания заявления не дают. Но самое главное из-за чего я снова прошу Вашей помощи - почти полное отсутствие медицинской помощи. Я болен бронхиальной астмой в тяжелой форме. У меня не прекращаются приступы. В “Матросской тишине” меня успокаивали, что в колонии-поселения я смогу лечиться. Но меня снова закрыли в тюрьму. В пыточные условия. В жутко накуренной, напичканной людьми камере я задыхаюсь от приступов астмы. Личные лекарства быстро израсходованы, врача дозваться невозможно, в медицинской помощи мне отказано…” Таковы приемы содержания осужденного по политическим мотивам Михаила Трепашкина: суд постановляет отбывать срок в колонии-поселении, но его держат в тюремной камере в условиях, в которых трудно находиться даже виновному и здоровому. Далее ситуация развивалась по этой же логике. После освобождения Трепашкина по УДО, прокуратура обжаловала данное решение, и его фактически похитили из дома, после двух недель пребывания дома, в Москве. Вернув Трепашкина в колонию, под предлогом карантина, поместили в ШИЗО, причем, на тех условиях пребывания в нем, которые создаются для провинившихся, хотя никаких нарушений режима с его стороны не было, и формально Трепашкин находится на “общих условиях содержания в колонии-поселении”.

    “29 мая 2006 г. в Тагилстроевском районном суде г. Нижний Тагил, - пишет адвокат М.И. Трепашкина Елена Липцер, - состоялось судебное заседание, в ходе которого суд должен был рассмотреть жалобы Трепашкина М.И. и его защиты на необоснованность наложенных на него взысканий, в том числе, на незаконность трехкратного водворения его в штрафной изолятор, а также ходатайство администрации учреждения ФГУ ИК-13 об изменении ему вида исправительного учреждения на колонию общего режима. В ходе судебного заседания выяснилось, что Трепашкину М.И. затруднительно участвовать в судебном процессе в связи с плохим самочувствием… Прибывший в суд врач … пришел к выводу, что заявитель нуждается в срочной медицинской помощи… На основании такого вывода врача судом был объявлен перерыв в судебном заседании без указания даты следующего судебного заседания. Трепашкин М.И. … был доставлен в Центральную городскую больницу № 4 г. Нижний Тагил... Ему был установлен диагноз: бронхиальная астма 4 степень дыхательной недостаточности, обострение… Через некоторое время в больницу прибыл заместитель начальника учреждения ФГУ ИК-13 по безопасности и оперативной работе Магерранов, который стал требовать, чтобы Трепашкин М.И. немедленно проследовал с ним к машине для доставки его в учреждение. Врач возражал против такой постановки вопроса и пытался убедить зам. начальника учреждения в том, что Трепашкину М.И. требуется лечение в условиях стационара. Только тот факт, что Трепашкину М.И. была поставлена капельница с лекарством, удержал в тот момент г-на Магерранова от насильственного перемещения Трепашкина М.И. в конвойную машину. Несмотря на заверения врача о том, что Трепашкину М.И. необходимо оставаться в больнице, после того, как введение лекарств через капельницу было прекращено, зам. начальника ФГУ ИК-13 против воли Трепашкина М.И., превышая свои должностные полномочия и действуя вопреки закону, приказал ему пройти в конвойную машину. Трепашкин М.И., будучи добропорядочным гражданином, который не хотел беспорядков в палате больницы, которые могли произойти при его отказе идти к машине, подчинился его незаконным требованиям, так как г-н Магерранов действовал агрессивно и настойчиво… При этом г-н Магерранов публично пообещал, что на следующий день при посещении его защитниками в учреждении примет у них приобретенные по рекомендации врача лекарственные средства … На следующий день, 30 мая 2006 г., когда защитники Трепашкина М.И. пришли к проходной учреждения, им было сообщено, что пропуска для их входа на территорию учреждения начальником не подписаны, несмотря на то, что они были заказаны в спец. части учреждения за сутки до этого, а начальник отсутствует на территории учреждения, поэтому для входа на территорию учреждения у защитников нет никаких оснований… Установленный Трепашкину М.И. диагноз входит в перечень заболеваний, освобождающих от отбывания наказания. Представляется, что администрация ФГУ ИК-13 намеренно лишила Трепашкина М.И. возможности быть обследованным в стационаре специализированной больницы по месту его отбывания наказания с тем, чтобы лишить его возможности представить в суд убедительные доказательства наличия у него заболевания, которое входит в перечень заболеваний, освобождающих от дальнейшего отбывания наказания.” Липцер Е. попросила председателя Московской адвокатской палаты Резника Г.М. обратиться к директору ФСИН обеспечить Трепашкину М.И. надлежащие условия.

    21. Внутриведомственный надзор

    Проверки, проводимые по жалобам осужденных, проводящиеся силами пенитенциарного ведомства, как правило, не находят никаких нарушений.

    Казалось бы, существует Общественный Совет при Министерстве юстиции, и в этот Совет входят представители ряда правозащитных организаций. Тем не менее никакого участия в контроле за соблюдением прав человека в учреждениях УИС Совет принять не может. С марта 2005 года заседания Совета с участием представителей Минюста и ФСИН не проводятся. Предложения членов Совета, высказанные во время заседаний Совета в 2004 - начале 2005 года о том, что члены Совета должны иметь возможность участвовать в проверках жалоб осужденных и заключенных под стражу, никак не повлияли на практику организации таких проверок.

    Вместе с тем, надо отметить, что в некоторых регионах повышается эффективность прокурорского надзора. В качестве примера можно привести деятельность начальника отдела по контролю за исполнением уголовного наказания Прокуратуры г. Москвы В.Г. Овчинникова, который оперативно и квалифицированно реагирует на нарушение прав заключенных под стражу.

    В то же время существенным недостатком прокурорского надзора является недостаточное внимание к надзору за соблюдению прав сотрудников УИС. Так, например, когда сотрудникам исправительной колонии № 21 Мордовии отказали в льготном порядке выхода на пенсию только из-за того, что согласно постановлению Правительства такой порядок предусмотрен для мед работников больниц и поликлиник, а их учреждение называется “больница с поликлиникой”, проблемой дискриминации мед работников колонии стали заниматься московские правозащитники, а не Прокуратура Мордовии.

    22. Недостаточность усилий учреждений УИС

    по паспортизации заключенных под стражу и осужденных.

    В ряде случаев, предприняв первичные действия по сбору документов, необходимых по паспортизации осужденных, сотрудники колонии при отсутствии ответа не обращаются в органы прокуратуры, ФМС и ЗАГС, чтобы получить нужные для оформления паспорта документы. Так, осужденный Котов Александр Николаевич, 1984 г.р., отбывающий наказание в ЛПУ МБ - 10 г. Вологды сообщает, что не может получить паспорт гражданина РФ, так как в 2005 года из исправительного учреждения, где он отбывает наказание, был сделан запрос в РОВД г. Белозерска о том, где Котов А.Н. проживал 6.02.02, то есть на момент вступления в действие Закона РФ “О гражданстве РФ”. Ответа на данный запрос не поступило. Между тем на указанный момент Котов А.Н. проживал в интернате № 1 г. Белозерска. Хотя с момента обращения прошло более полугода повторный запрос в отделение ФМС либо жалоба в органы прокуратуры направлены администрацией колонии не были.

    В 2006 году Комитет за гражданские права при помощи Прокуратуры Калужской области установил факт нарушения права на замену паспорта осужденным Силиным Сергеем Валентиновичем, отбывающим наказание в учреждении ГУИК - 1 п. Котчиха Омутнинский р-н Кировской области. Силин С.В. родился 5.10.78 в г. Людиново Калужской области, проживал в Ульяновском районе Калужской области до 13.04.95. В 1995 году Силин был осужден к лишению свободы. После освобождения в 1997 году Силин был зарегистрирован на жилой площади матери, получил паспорт в Ульяновском РОВД Калужской области. До 31мая 2006 года Силин С.В. не мог получить паспорт, так как в спец отделе учреждения его уверяли, что в течении полутора лет на его запросы и запросы отдела спец учета, направляемые в ПВС РОВД Ульяновского районе никаких ответов не поступает. Однако прокуратурой Ульяновского района была проведена прокурорская проверка исполнения Паспортно- визовой службой Ульяновского РОВД Ульяновской области запросов по паспортизации Силина С.В., которой было установлено, что 16.11.04 из ИК - 4 УИН МЮ РФ по Кировской области поступил запрос, а 31.12.04 в адрес начальника ГУ ИК - 1 было направлено подтверждение факта наличия у Силина гражданства России. 1 ноября 2005 года в адрес ПВС РОВД Ульяновского района поступил новый запрос, на который уже 2 ноября 2005 года был дан ответ, подтверждающий постоянное проживание Силина в Ульяновском районе Калужской области. Чтобы оправдать бездействие своих сотрудников, УФСИН по Кировской области 31.05.06 ответил, что паспорт гражданина РФ Силину не выдавался, так как … в ранее выданном паспорте Силина отсутствовала отметка о принадлежности к гражданству РФ. При этом сотрудники УФСИН должны были бы знать, что, как лицо, родившееся на территории РФ и не принявший гражданства другого государства Силин является гражданином России. Из ответа так и осталось не ясным, зачем в 2006 году сотрудники колонии не менее 3 раз создавали видимость сбора документов о гражданстве Силина, если еще в декабре 2004 года в их адрес было направлено подтверждение о наличии у Силина гражданства РФ. Однако никакой со стороны руководства ФСИН на данное нарушение на момент составления настоящего доклада не последовало.

    В мае 2005 года Комитет за гражданские права был вынужден обратиться в УФМС по Ростовской области осужденного приговором Мясниковского суда Ростовской области от 28.08.02 Зотова Александра Георгиевича, 1961 г.р., который не мог обменять свой паспорт гражданина СССР на паспорт гражданина РФ, хотя на момент осуждения постоянно проживал на территории России. В Ростовской области заявитель проживал с 1990 года, то есть на момент вступления в действие Закона РСФСР “О гражданстве” Зотов А.Г. проживал на территории России. На заявление Зотова А.Г. о замене паспорта, поданное в ПВС Октябрьского РОВД г. Ростов- на- Дону ответ им получен не был. В связи с отсутствием паспорта Зотов А.Г. оказался лишен возможности реализовать ряд своих прав, в частности вступить в брак.

    Оказалось нарушенным право на получение паспорта осужденного Шепетова Олега Константиновича, отбывавшего наказание в колонии № 23 Мурманской области, уроженца и жителя г. Санкт - Петербурга. Хотя Шепетов О.К. прибыл в ИК -23 29.04.2000, однако администрация учреждения ограничилась отправкой всего лишь одного запроса в Петроградский городской суд “о предоставлении паспорта”. Между тем администрации колонии должно было быть известно, что районные суды не занимаются паспортизацией граждан. Никаких иных мер, вплоть до направления Шепетова в ИК - 18 УФСИН Мурманской области на лечение, администрация колонии не предпринимала. После того, как Шепетов О.К. освободился в 2005 году без паспорта, должностные лица УИС стали оправдывать свое бездействие тем, что Шепетов, оказывается, не обращался самостоятельно с письменными заявлениями о восстановлении паспорта, что не имеет правового значения, так как ч. 4 ст. 173 УИК РФ не ставит вопросы принятия администрацией учреждения мер по восстановлению паспорта осужденному, в зависимость от наличия заявления осужденного. Как следует из ответа прокуратуры области, в ИК - 18 вместо сотрудников спец отдела вопросами паспортизации почему - то занимался начальник отряда Реутов С.В., который специалистом в области вопросов паспортизации не является. Мало того, что Шепетов освободился без паспорта, однако даже те документы для его паспортизации, что были собраны колонией, не были ему вручены при освобождении с разъяснением порядка их использования. Администрацией обоих колоний, где находился осужденный, проявлена полнейшая безынициативность при решении , незнание действующего законодательства, непонимание важности решения вопросов паспортизации, неисполнение своих обязанностей.

    В течении 10 месяцев 2005-2006 года не мог получить паспорт гражданина РФ находившийся в ЛИУ-58 г. Лангур УФСИН по Свердловской области Губанов Андрей Семенович, уроженец г. Нальчик, житель г. Терек. При этом Паспортно - визовая служба Ленинского района г. Н. Тагил, оправдывая волокиту с решением вопроса о выдаче паспорта Губанову А.С., открыл новое основание для отказа в выдаче паспорта - отсутствие справки о времени освобождения Губанова А.С. из следственного изолятора г. Нальчика в 1992 году. При этом паспортный начальник Ленинского района г. Н. Тагил знал о том, что за время содержания Губанова А.С. под стражей тот продолжал быть жителей России.

    Драматически в связи с несвоевременной паспортизацией сложилась судьба инвалида 2 группы Евгения Викторовича Бологова, 1980 г.р., жителя г. Ливны Орловской области, страдающего острым диабетом 1 типа в инсулинозавивимой форме, в стадии субкомпенсации, осложненным диабетической агеопатией нижних конечностей, клинически излеченным туберкулезом легких ( 3 ГДУ), ретинопатией, миопией, ангиопатией сетчатки, макроангиопатией сосудов, эпостазией, аритмией сердца, является инвалидом 3 -й группы. Находясь в ИК - 2 Орловской области в течении года в 2004-2005 годах, Бологов Е.В. по неизвестной причине так и не был паспортизирован. Освободившись, Бологов не мог получать пенсию и достаточную медицинскую помощь. В связи с социально- бытовой неустроенностью повторно совершил преступление - кражу из квартиры с целью получения средств на приобретение медикаментов: для спасения своей жизни Бологов нуждался в ежедневных инъекциях инсулина. Бологов был задержан и осужден к наказанию в виде 4 лет лишения свободы, окончательно в связи с отменой условно - досрочного освобождения осужден к наказанию в виде 4 лет 6 мес лишения свободы. После обращения Комитета за гражданские права в Прокуратуру области с просьбой принять по факту данного нарушения меры прокурорского реагирования был получен ответ о том, что Бологов, оказывается, был паспортизирован, и после освобождения никаких проблем с получением им медицинской помощи не возникало. Между тем, начальник учреждения ЯИ 22/2 подтвердил, что Бологов Е.В. был освобожден из колонии без паспорта, в связи с тем, что “ на его лицевой счет не поступили денежные средства для оплаты гос пошлины”. Случай Бологова Е.В.- яркий пример того, как отсутствие паспорта при освобождении предопределило совершение рецидивного преступления и дальнейшую судьбу тяжело больного человека. Характерно, что прокуратура области, найдя возможность попытаться вести правозащитников в заблуждение, так и не нашла возможности исправить свою ошибку и принести надзорное представление о смягчении Бологову Е.В. наказания.

    В знаменитом ГУИК -1 Омутнинского района Кировской области не смог получить паспорт гражданина РФ и россиянин Геннадий Попов, родившийся на территории России. С 1988 по 1997 год он отбывал наказание по приговору суда Республики Казахстан, в 1997 году вернулся к матери в Калужскую область, собрал и представил в ОВД г. Козельска документы на подтверждение российского гражданства. Однако Попов был осужден, попал в ГУИК - 1 Кировской области, где до обращения правозащитной организации никаких попыток получить сведения о месте рождения Попова Г.В. предпринято не было.

    В июне 2005 года Комитет за гражданские права обратился к руководству ФСИН России в связи с нарушением права на получение паспорта Серебрякова Андрея Борисовича, 1967 г.р., уроженец г. Махачкала, проживавшего по адресу Махачкала, проспект Калинина, д. 21 кв. 55 вместе с родителями и братом. В 1984 году Серебряков был осужден, в 1985 году освобожден, в 1985 году осужден, в 1988 году освобожден, в том же году снова осужден, в 1992 году освобожден, в 1990 году скончался его отец, а жилое помещение Серебрякова А.Б. оказалось занято другими лицами. Жилье после этого Серебрякову в нарушение требований ст. 104 ИТК РФ. В 1983 году Серебряков был паспортизирован Советское РОВД г. Махачкалы, однако в 1992 году при освобождении паспорт Серебрякову выдан не был, при этом Серебрякову пообещали, что паспорт будет направлен вместе с надзорным производством по месту жительства. Однако данный паспорт сотрудники колонии обманули Серебрякова, а на запросы из РОВД никаких ответов из учреждения ЖХ 385/18 не поступало. С тех пор Серебряков паспорта не имеет, неоднократно пытался восстановить паспорт, в том числе по месту отбытия им наказания, однако сделать этого не смог. При освобождении в декабре 2004 года из учреждения ОС 34/29 г. Ухта Серебряков вновь не получил паспорт. Серебряков более 5 раз в течении 2 лет обращался к начальнику отряда и в спец отдел с просьбой выдать ему паспорт, однако сделано этого не было под предлогом того, что не пришел ответ на их запрос в ПВС МВД РФ. Таким образом администрацией учреждения ОС 34/29 было допущено не исполнение должностных обязанностей в части выдачи Серебрякову паспорта гражданина РФ, созданы условия для десоциализации освобожденного.

    В ноябре 2004 года был установлен факт нарушения права на получение паспорта и назначения пенсии по инвалидности осужденному Устименко Александру, 1957 г.р., отбывающему наказание по адресу Новосибирская область, Тогучинский р-н, пос. Горный, учреждение УФ 91/ 21, этап, 633411. По сообщению осужденного, в 2002 году он проходил лечение в ИК - 10 УИН МЮ РФ по Новосибирской области, должен был быть направлен для прохождения медико - социальной экспертной комиссии, однако за несколько дней до МСЭК был переведен в другое учреждение. На запрос Устименко на имя начальника УИН о причинах ненаправления на МСЭК, Устименко получил ответ, что будет представлен на комиссию по прибытию в другое учреждение. По прибытию в ИК - 13 Устименко обратился с заявлением о направлении на МСЭК и о восстановлении ему паспорта, однако в этом ему было отказано. Устименко еженедельно писал соответствующие заявления, однако вопрос так и не был решен в связи с отсутствием у Устименко средств на лицевом счету. В апреле 2003 года Устименко не был представлен на МСЭК в связи с отсутствием паспорта. После того, как Устименко было разъяснено, что паспортно - визовая служба должна подтвердить его гражданство, он в июне 2003 года направил соответствующее заявление в паспортно - визовую службу ОВД Железнодорожного района г. Новосибирска, так как ранее был прописан по адресу ул. Челюскинцев, д. 44 кв. 10, и этом ОВД в связи с отсутствием бланков паспортов получал временное удостоверение личности. Однако из паспортного стола ОВД пришел ответ о том, что Устименко ранее получал паспорт, что не соответствовало действительности. В ноябре 2003 года Устименко направил повторный запрос, мать осужденного обошла все жилищно - коммунальные инстанции, однако необходимые документы Устименко так и не получил. Устименко обратился в УИН области, откуда был получен ответ от заместителя начальника УИН о том, что так как Устименко потерял свой паспорт, то для его восстановления необходимо 6 месяцев. В июне 2004 года Устименко прибыл в учреждение УФ 91/21, где ему сообщили, что ничего не знают по вопросу восстановления ему паспорта и пенсии. В октябре 2004 года Устименко представили на МСЭК, однако ему в прохождении комиссии вновь было отказано по мотивам отсутствия паспорта. Устименко страдает эпилепсией с 1982 года , когда перенес травму. Таким образом бездействием паспортных органов г. Новосибирска, УИН МЮ по Новосибирской области, органов соц защиты области оказались нарушенными конституционные права Устименко на социальное обеспечение, на охрану здоровья, равенство перед законом и судом. Сотрудники УИН МЮ РФ не могли не знать, что в соответствие со ст. 173 УИК РФ паспорт восстанавливается по месту отбытия наказания, при этом нормативными актами никакого 6- месячного срока для решения этого вопроса не установлено.

    В 2005 году из учреждения ЖХ 385/3 Республики Мордовия был освобожден бывший воспитанник московской школы - интерната Макуев Лев Львович, получавший паспорт в 140 отделении милиции г. Москвы. При аресте паспорт Макуева был утрачен. Во время отбытия наказания в ЖХ 385/3 Макуев Л.Л, неоднократно обращался к начальнику отряда Палашкову Г., в паспортный стол при ЖХ 385, к начальнику колонии Тимееву С.А. с просьбой о выдаче ему паспорта. Однако Макуев был направлен к паспортистке, которая сказала Макуеву, что ничем помочь ему не может, так как Макуев должен представить ей свидетельство о рождении и адрес места жительства. По словам паспортистки, ею были сделаны запросы в паспортный Тимирязевского района и в школу - интернат № 80, однако ответов получено не было. Сами тексты запросов Макуев Л.Л. увидеть не смог. Таким образом 2-х лет нахождения Макуева Л.Л. в колонии не хватило администрации учреждения для решения вопросов его паспортизации.

    В апреле 2005 года Комитет за гражданские права обратился в ГУВД г. Санкт - Петербурга с просьбой о паспортизации заключенного под стражу В.Н. Хрусталева, инвалида 3 группы, однако не может получить пенсию, так как не имеет паспорта гражданина РФ. Как сообщает Хрусталев В.Н., он неоднократно обращался к начальнику ПВС 61 отделения милиции, однако ему сообщали, что в период нахождения под стражей ему не может быть выдан паспорт.

    В апреле 2006 года Комитет за гражданские права столкнулся с тем, что паспорт не мог получить гражданин России Сельсков Александр Евгеньевич, 1966 г.р., которому в связи с отсутствием паспорта не удается оформить себе группу инвалидности, несмотря на то, что у него существенно нарушено функция руки. При этом приговором суда, которым Сельсков А.Е. был осужден, было установлено, что Сельсков является гражданином России. Однако даже в случае отсутствия у Сельскова паспорта гражданина РФ, в соответствие со ст. 62 УК РФ Сельсков пользуется правами и несет обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором Российской Федерации.

    В 2004 году не мог в течении года добиться получения паспорта Железняков Максим Евгеньевич, 1982 г.р., находящийся в колонии № 1 г. Ярославля. В течении года Максим не мог получить .ответ из паспортно- - визовых органов г. Ярославля, куда направил документы для выдачи паспорта. Ранее Железняков, который был осужден в несовершеннолетнем возраст, никакого паспорта не получал.

    18 июня 2006 года из учреждения ЯК 7/1 г. Пензы был освобожден осужденный Горичев Олег Владимирович, уроженец и житель г. Москвы, дом которого в г. Москве был снесен во время отбытия им наказания. Хотя Горичев О.И. отбыл более 4 лет лишения свободы, однако этого срока администрации колонии не хватило для того, чтобы получить из г. Москвы подтверждение о принадлежности Горичева О.В. к гражданству России. Горичев О.В. освободился и без паспорта, и без жилья.

    Таким образом основные причинами уклонения от паспортизации заключенных либо замены им паспортов являются:

    • слабое знание сотрудниками спец отделов колоний и СИЗО положений закона о гражданстве, в частности о том, что лицо, родившееся на территории России и не принявшее гражданство другого государства, признается гражданами РФ;
    • отсутствие координации между учреждениями ФСИНа, ФМС и ЗАГСа по вопросам направления документов, подтверждающих личность и гражданство лица, не имеющего паспорта;
    • безынициативность сотрудников колонии при решении вопросов паспортизации: отсутствие ответа на запрос рассматривается ими, как непреодолимое препятствие для паспортизации заключенного;
    • отсутствие у учреждений УИС навыков взаимодействия с Посольствами иностранных государств при решении вопросов о документировании иностранцев.

     

    23. Сохранение практики нарушения права на условно - досрочное освобождение.

    Частыми являются жалобы осужденных на нарушение реального доступа к условно-досрочному освобождению. Наиболее распространенные причины этого - 1) желание администрации учреждения добиться максимально послушного поведения осужденных; 2) наказание за критику и защиту своих прав и законных интересов, 3) вымогательство средств, 4) нежелание лишаться хороших специалистов и добросовестных работников, 5) превратные представления о критериях условно - досрочного освобождения.

    Так, к осужденному Будцову Николаю Ивановичу (отбывает наказание в учреждении ОН - 55/10, пос. Металлистов, Тверской области, 16 отряд) обратился в ноябре 2004 года начальник 14 отряда (сейчас переведен на повышение - работает начальником специального отдела) ст. л-нт вн. сл. Энгелейков А. Н. Он предложил Будцову, как и многим другим, перевести на счет колонии полторы тысячи рублей для благоустройства колонии. За это Энгелейков твердо пообещал беспрепятственное прохождение Будцова на условно-досрочное освобождение. Надо отметить, что на момент этого предложения у Николая не было ни единого нарушения, более того был ряд поощрений, в том числе и за работу электриком в промзоне. И соответственно, он имел право на УДО и без таких пожертвований. Тем не менее через полгода, когда подошел формальный срок предоставления Будцова на УДО, начальник колонии полковник вн. сл. Кожевников В. Ю. заявил Николаю на административной комиссии, что пока он, Будцов, не погасит свой иск, на УДО его не пропустят. Когда же осужденный потребовал вернуть ему деньги, которые у него фактически получили путем вымогательства, против него сразу же стали применять репрессивные меры. В этот же день в его барак пришли три начальника отряда (Ибрагимов, Смирнов и Гурин) и учинили варварский обыск - вывалили на пол личные вещи Будцова, ходили по ним ногами, раскидали его личные бумаги, кричали на него, выражаясь при этом нецензурно. В процессе обыска у него пропали некоторые вещи. И в этот же день Николаю Будцову было объявлено два выговора. Первый - за ношение спортивных брюк, второй - за использование кипятильника с неисправной, якобы, электропроводкой. Будцов, как профессионал в области электричества, попытался обжаловать последний выговор. Написал на имя Тверского прокурора по надзору жалобу и отправил ее в запечатанном конверте с просьбой отмены незаконного дисциплинарного взыскания. Письмо это было опущено в ящик для жалоб и заявлений так как, по информации заявителя, ни начальник отряда, ни любой другой сотрудник не желали принимать от осужденных подобные отправления, хотя это входит в их обязанности. Будцова вызвал к себе после этого один из начальников отряда, принимавших участие в обыске, и зачитал ему по памяти текст его жалобы. После этого он попросил в мягкой форме отказаться от жалобы. Будцов согласился написать отказное письмо, потому, что его в очередной раз пообещали предоставить на УДО, сняв объявленные выговоры. Выговоры сняли, но когда подошла очередная административная комиссия этого осужденного вновь обманули - на УДО не предоставили. У осужденных учреждения не может быть уверенности в объективности и непредвзятости суда при рассмотрении ходатайств об УДО так как муж судьи, ведущей дела по УДО, работает в отделе безопасности этой колонии.

    Одной из проблем условно - досрочного освобождения является превращение осужденного, положительно проявившего себя в период отбытия наказания в исправительной колонии в нарушителя после непродолжительного пребывания в колонии - поселении в случае, когда такой осужденный ставит вопрос об условно - досрочном освобождении.

    Нередки жалобы на применение администрациями учреждений двойного стандарта при решении вопрос о наложении взысканий и объявлении поощрений. В этом плане показательна ситуация с Арешиным Андреем Александровичем, отбывающим наказание в колонии -поселении УГ 42/19 пос. Междуреченский Пинежского района. Арешин имел 2 поощрения. С производства, где он работает, поступило 3 ходатайства об его поощрении за добросовестное отношение к труду. В связи с этим Комитет за гражданские права ходатайствовал перед администрацией учреждения об объявлении Арешину А.А. поощрений и снятии с него взысканий. Ответом начальника учреждения УГ 42/19 было сообщено, 29.01.05 и 14.02.05 Арешину были объявлены взыскания в связи с употреблением им спиртных напитков, он был признан злостным нарушителем порядка отбытия наказания, переведен из колонии - поселения в ИК общего режима. Как сообщает осужденный Арешин, с марта 2004 года он пересмотрел свои взгляды, пытался добросовестным и честным трудом доказать свое исправление, кроме работы в котельной днем, ночью занимался разгрузкой угля, устанавливал столбы электросети, за что неоднократно поощрялся, однако начальник отряда постоянно терял документы об его поощрении. Рапорты о представлении Арешина к поощрению писал и начальник узла связи, в связи с этими представлениями Арешин обращался к начальнику участка, который обещал, что после запускам котельной Арешин будет условно- досрочно освобожден. Арешину обещали объявить поощрение, если он сделает ремонт в комнате, где проживает, такой ремонт был сделан, однако поощрения Арешин так и не получил. Арешин напомнил начальнику участка об его обещаниях, однако тот сообщил, что администрация ИК своих обещаний не выполнила, после этого Арешин перевелся из старших кочегаров в слесаря. В октябре 2004 года Арешин не имел нарушений, имел место ряд представлений об объявлении ему поощрений. В дальнейшем Арешин возможно действительно допустил нарушение, однако нельзя не учесть, что со стороны администрации для Арешина была создана психотравмирующая ситуация, так как администрация учреждения, по сути, обманула, Арешина. С октября 2005 года Арешин работает дневальным локальных секторов без оплаты труда, состоит в секции дисциплины и порядка, однако даже за безвозмездное выполнение работы, которая должна оплачиваться, поощрений не получает.

    Трудности с правильным применением условно - досрочного освобождения создает и отсутствие объективных критериев условно - досрочного освобождения, когда основания для УДО не зависят от достижения в отношении кандидата на условно - досрочное освобождение целей наказания, установленных ч. 2 ст. 43 УК РФ. Таким образом принятие решения об условно - досрочном освобождении не находится в причинно - следственной связи с преодолением причин и условий совершения преступления.

    В этой связи, когда звучат заявления о снижении или увеличении рецидивной преступности среди бывших осужденных, надо иметь в виду, что на этот уровень влияют масштабы коррупции и иных злоупотреблений при решении вопросов условно - досрочного освобождения.

    Рекомендации:

    Авторы доклада полагают необходимым осуществить следующие меры по защите, обеспечению и восстановлению прав заключенных в уголовно - исполнительной системе России:

    1. На уровне правоприменительной практики, а затем и на уровне законодательства обеспечить для общественных правозащитных объединений возможность участвовать в проверке соблюдения прав человека в учреждениях уголовно - исполнительной системы;
    2. Изменить критерии оценки деятельности учреждений УИС, в качестве основных критериев выполнения учреждениями УИС своих задач рассматривать в том такие критерии, как :

    • динамику показательности смертности, заболеваемости тяжкими хроническими заболеваниями, самоубийств, дефицита веса;
    • динамику обеспечения заключенных под стражу и осужденных паспортами и иными документами, удостоверяющими личность;
    • динамику обеспечения заключенных под стражу и осужденных работой и возможностью вести предпринимательскую деятельность;
    • процент лиц, освобождающихся условно - досрочно, размер наказания, замененного испытанием, назначенным в связи с условно- досрочным освобождением;
    • уровень рецидива в течении 5 лет после освобождения;
    • процент сотрудников, занятых социальной и воспитательной работой с осужденными, количество осужденных, приходящихся на одного сотрудника;
    • динамика восстановления социально - полезных связей осужденных;
    • динамика числа побегов и совершения уголовных преступлений в период отбытия наказания;
    • динамика роста / снижения социально полезных инициатив осужденных, осуществляемых при поддержке администрации учреждения.

    1. Не допускать отправки осужденных в учреждения, расположенные вне региона, доступного для посещения их родственниками и защитниками, кроме исключительных ситуаций, связанных с отбытием наказания осужденных к пожизненному лишению свободы или случаев, когда такая отправка производится на основании личного заявления осужденного.
    2. При вводе в колонии и СИЗО отрядов специального назначения привлекать в качестве наблюдателей представителей правозащитных организаций;
    3. Провести государственно - общественную экспертизу обоснованности признания приказов и иных нормативных актов Минюста и ФСИН России документами для служебного пользования; существенно сократить количество таких документов; не допускать признания ДСП актов, которые не были признаны таковыми по состоянию на 1995 год.
    4. Создать общественную экспертную комиссию по оценке СИЗО и исправительных учреждений в качестве:

    • неблагоприятных для соблюдения прав человека;
    • сориентированных на соблюдение прав человека.

    Ежегодно выявлять не менее 30 колоний, наиболее соответствующих данным критериям.

    При проверке жалобы отказ в допуске представителя правозащитной организации для проверки поступившей жалобы признавать в качестве доказательства того, что описанные нарушения были допущены.

    1. Законодательно закрепить неизменность штатного состава учреждения УИС при сокращении численности осужденных и заключенных под стражу ( в настоящее время действует 3 - летний мораторий на сокращение численности сотрудников при сокращении численности спецконтингента).
    2. Подчинить медицинскую службу учреждений исполнения наказания Мед управлению ФСИН, выведя ее из подчинения администрации учреждений.
    3. Изменить функции, задачи и методы работы оперативной службы ФСИН, принять меры, направленные на то, что оперативные службы учреждений не могли организовывать провокации, конфликты, давление на заключенных; усилить в программах обучения оперативных работников элементы, связанные с соблюдением прав человека и ведением оперативной работы.

    Приложение № 1.

    Выдержка из письма заключенного Андрея Гращенко, отбывающего наказание в особой зоне г. Коврова, пос. Мелихово:

    “Я, Гращенко А.В., содержался в ОД1/7. С 24.12.2003 года исправительное учреждение (ИУ ОД1/7) приобрело статус особого режима. Начались зверства сотрудников ИУ. Они стали в пьяном виде избивать осужденных. Многие в знак протеста вскрыли себе вены и животы, но и это их не остановило. Тогда зона объявила голодовку. Через несколько дней зам начальника по БООР Быстров пообещал, что бить перестанут, если снимем голодовку. Но как только приняли пищу, бить стали изощреннее: издевались, одевали урну на голову, толкали головой в унитаз. 02.03.04 г. во время комиссии прокурора Шайкова А.В. мною, Гурьевым, Весеневым были написаны заявления на возбуждение уголовных дел об избиениях и пытках и отданы прокурору Шайкову. Бить перестали, но стали психологически давить скрытыми угрозами. 22.03.04 Быстров и Бычков, оскорбляя, принуждали меня писать объяснительную о тех событиях по их шаблону. Я отказался. 23.03.04 приехали пом прокурора Исаев и Кульков, взяли у меня, Гурьева, Весенева, Андреева, Коняшина, Климакова показания. А 27.03.04 начальник 19 отряда Столяров С.Б. написал на меня рапорт за одеяло и посадил в ШИЗО. Молчанов, Кулешов, Глазунов по несколько раз в день выводили меня на обыск, заставляя стоять на холодном сквозняке голым. У меня сердечные заболевания, в ночь с 29 на 30.03.04 Молчанов забрал таблетки, а утром на просьбу вызвать врача, написал рапорт, якобы я спал. 30.03.04 контролер Глазунов забрал у меня очки, сказав, что не положено и нет разрешения врача. На просьбу вызвать врача написал рапорт за сон. За сон, за одеяло - 7, за сон 10 и 15 суток ШИЗО. Объяснительные и жалобы игнорировались. Все это сопровождалось словами: будешь знать, как писать заявления, мы отпишемся, нам поверят, а тебе - нет. 13.04.04 в 10 часов меня, Шавикова, Коняшина, Симакова из камеры 13 ШИЗО вывели люди в масках и стали избивать, растянув на шпагат. Били в основном меня. После врача мне не предоставили, хотя я просил, так как был сильно избит…” Далее в своем письме осужденный Гращенко описывает, что его увезли в больницу, где врач зафиксировал следы побоев и гематомы. В больнице он получил ответы из прокуратуры, где на его заявления на возбуждение уголовного дела по избиениям и пыткам получен немотивированный отказ. На его неоднократные жалобы ФСИН ответил, что его заявления проверялись, но факты избиений не подтвердились. Сотрудники управления исполнения наказаний и прокуроры неоднократно уговаривали осужденного Гращенко прекратить жаловаться. Потом его снова избивали уже в больнице. Не добившись результатов его из больницы выписали, так и не проведя обследований. Ему постоянно говорят: “Нам дали добро и мы будем вас бить по малейшему поводу!”

    В качестве еще одного примера привожу содержание письма от подследственного Чернова Сергея Николаевича: “Жалоба. Я, Чернов Сергей Николаевич, нахожусь в СИЗО 77/1, Матросская тишина”, г. Москва, с 28.05.2004 г. За это время в отношении меня систематически допускаются правонарушения. В данное время, находясь в камере на двенадцать мест, я не имею возможности на 8 часовой отдых, т.к. в камере находятся около 40 (сорока) человек. Подследственные болеют очень часто кожными заболеваниями, чесоткой, а также язвами на теле, кашель, температура, головные боли и туберкулез. Все это отрицательно сказывается на моем здоровье, оно ухудшается день за днем. Питание не соответствует действующим нормам (правилам), а качество пищи не соответствует санитарным нормам. Передаваемые от родственников продукты приносятся не сразу, ограничивается их ассортимент. В магазине СИЗО продукты питания можно приобрести в неограниченном количестве, но по очень высоким ценам. Например, в 20 числах июля 2004г. моими родственниками был оплачен ассортимент продуктов питания, но по сегодняшний день (05.08.2004г.) мне их не принесли, поэтому я считаю, что они не качественные и просроченные. В течении всего этого времени я писал жалобы на имя начальника СИЗО, но без ответа, значит начальник СИЗО 77/1 нарушает закон, где сказано, что передача должна быть передана в течении суток. Всё это отрицательно сказывается на состоянии моего здоровья. Медицинское обслуживание в СИЗО практически полностью отсутствует. В результате чего при заболевании восстанавливать здоровье негде. Так 25.07.2004г. я обратился к врачу с острыми болями в почках и мочеиспускательных каналах. Меня просто не приняли, пока у меня не пошло кровотечение. Но даже тогда, когда я находился на стационарном лечении, меня не лечили соответствующим образом. Всё это нарушение не только моих моральных прав, но и приносит мне физические страдания. Согласно Европейской Конвенции, это применение пыток, что запрещено всеми правовыми международными нормами. В камерах постоянно производятся несанкционированные обыски, не только в дневное, но и в ночное время. Во время таких обысков нас выгоняют из камер, не оставляют дежурного, в результате пропадают личные вещи и продукты питания. Вследствие чего возникают конфликты с сотрудниками СИЗО, которые сразу же, после подписания начальником, отправляют в карцер. Не только в карцере, но и в камерах большая вероятность заболеть инфекционными заболеваниями и туберкулезом. Постельное белье и вещи на стирку не принимаются, а при такой переполненности камер, сделать это в камере невозможно. Тем самым нарушаются санитарно-гигиенические нормы. Со стороны сотрудников СИЗО были случаи применения грубой физической силы, на жалобы подобного рода, начальник говорит, что выполняет распоряжение ГУНН РФ. Оснований не доверять ему нет. Поэтому, на основании выше указанного прошу Вас проверить правомерность действий администрации СИЗО 77/1, его зависимость от ГУИН и принять должные меры для соблюдения норм содержания в СИЗО. Чернов С.Н. 05.08.2004 г.”

    ПРИЛОЖЕНИЕ № 2

    Исправительному директору

    ООД за права человека Пономареву

    От подозреваемого Панова Алексея Михайловича 1979г.р.

    Ж А Л О Б А

    Находясь в СИЗО N2 пос. Чекановский г. Братск Иркутской обл., я получил травму позвоночника от сотрудников работающих в том же спец. учреждении. Врачи на мои просьбы и заявления о помощи для устранения боли, отвечают:

    - Мы этого не делаем!

    В СИЗО N 1 г. Иркутска от мед. Персонала ответ идентичен.

    Порой по три - пять дней без помощи сокамерников я не могу самостоятельно передвигаться.

    Прошу Вас разобраться и как-то повлиять на администрацию исправительных и следственных учреждений, чтоб люди, находящиеся под их наблюдением, были обеспечены медицинской помощью!

    Данное ходатайство, т.е. жалобу прошу приобщить к материалам уголовного дела N1-240-05 в Падунский районный суд Иркутской обл.

    подпись 28.07.2005г. Панов

    Мечтатели-утописты и практики-реалисты

    Чего хотят правозащитники

    Чего отвечает администрация

    чтобы на зонах зеков перестали хотя бы бить

    а их никто и не бьет и вообще - нам так тяжело, а нас только зря грязью поливают

    перестали бы издеваться над ними

    да мы их любим как родных, чуть ли на руках не носим, ночей не спим, думая о них

    чтобы тюрьмы были открыты для общественного контроля, установленного в рамках закона

    кто будет контролировать “контролеров”? ведь правозащитниками чаще всего становятся "отсидевшие", неужели они и будут?!

    чтобы - особенно в критических случаях - можно было придти в тюрьму в любое время без предварительного оповещения

    администрации

    зачем неожиданно? предупреждать надо, ну…хотя бы за полгода… подготовиться же надо… гости все же. А хорошим, “послушным” гостям мы завсегда рады

    Новый закон об адвокатуре во многом сделал адвокатов зависимыми от правоохранительных органов и судов. Это неравноправие свидетельствует о несовершенстве российского законодательства и подлежит обязательному исправлению в рамках законотворческого процесса.

    Вместе с тем власти Российской Федерации открыто попирают и действующее национальное законодательство, и международные обязательства о гарантиях безопасной профессиональной деятельности адвокатов, выступающих защитниками граждан в уголовном судопроизводстве. Силовые ведомства и судебные власти развернули кампанию преследования адвокатов, занимающих принципиальную позицию.

    Приложение № 3.

    СВИДЕТЕЛЬСТВУЮТ ОСВОБОДИВШИЕСЯ И РОДСТВЕННИКИ ЗАКЛЮЧЕННЫХ

    (без комментариев).

    Л. В. Пронина: - “Сын сидит 5 месяцев (примечание: ИЗ-77/2, “Бутырка”). Зимой камеры не отапливались. У сына и сокамерников простуда с кашлем, насморком, температурой. Сын писал заявления, чтобы полечили. Писал 5 раз. Внимания на заявления не обращают.

    Я пыталась через врача (который принимает один раз в неделю, по четвергам до 13 часов) передать таблетки российского производства - анальгин, парацетамол, арбидол, имунал, бромгексин - не взяли. Прием передач работает медленно, долго ждем, а туалет для нас всегда закрыт.

    Дополняю, что отказ принять лекарства ничем не мотивировали. Вещевая передача один раз в полгода. Сына забрали 30 ноября, а сейчас весна. Желательно, чтоб вещи принимали 1 раз в квартал” 18 мая 2006г. Подпись

    А. Т. Морозов : - “Прибыл в Бутырку 22. 12. 05 г. С собой были деньги 2 тысячи 300 рублей. Это пенсия за два месяца, которую зачисляли мне на счет. По прибытии в Бутырку деньги забрали без составления акта.

    Освободился я в выходные дни - на 2 дня раньше срока. Бухгалтерия не работала. Сейчас деньги найти не могут.” 31. 05. 2006 г. Подпись

     

    И. В. Иванов : - “По существу дела хотел бы пожаловаться на отвратительную работу бюро передач (примечание: ИЗ-77/2, “Бутырка”). так как сотрудники данного бюро обслуживают за час 1-2 человек. Это просто невыносимо. К администрации я не обращался с этим вопросом так как не верю что что-то изменится, потому, что у них на все есть отговорки. Так например я слышал, что они говорят “зайдите попозже”, “нет времени”, “очень занят”. 18 мая 2006г. Иванов.

    О. И. Афанасьева: - “Прошу рассмотреть вопрос по поводу передачи вещей в СИЗО № 2. Принимают постельное белье только белое. Майки можно передавать каждый месяц, а футболки считаются вещевой передачей и их принимают только один раз за шесть месяцев. Сегодня не принимали одноразовые станки для бритья. В СИЗО содержится мой гражданский муж. Мы хотели официально оформить наши отношения и столкнулись с большими трудностями. Оказывается орган за которым числится заключенный должен выдать разрешение на свидание заключенного с нотариусом. Следователь такого разрешения не дает, прокуратура также отказала. В суде сказали, что такого разрешения не дадут, назвав это полнейшим бредом.” 18.05.06г.Афанасьева Оксана Ивановна.

    Ю.С. Груздева : - “Моя мать, Стебунова Нина Васильевна 1956 года рождения, находится в СИЗО-77/2 (камера 609). Ее бывшая сокамерница по фамилии Голуб, долгое время всячески издевалась над мамой, обворовывала ее, била, и разбила маме голову до такой степени, что, по словам моей, матери, “она выжимала две простыни крови, а медицинская помощь ей должным образом не оказали”. Поскольку в связи с этой травмой мама потеряла много крови, ей требуется улучшенное питание, в частности, гранатовый сок, а такой сок в магазине СИЗО не продают, а в бюро передач не принимают. Моя мама жалуется, что их редко выводят на прогулку, бывает, что всего 2 раза в неделю, это подрывает ее здоровье. Из СИЗО 77/2 очень медленно идут письма. Письмо, которое моя мать отправила 23 марта, на почте, судя по штемпелю, на почте это письмо оказалось лишь 12 мая. Моя мама в письме жалуется на то, что в их камере №609 нет тазика, чтобы женщины осуществляли гигиенические процедуры. В бюро передач тазы не принимают, в магазине СИЗО тазы не продаются. 17 апреля 2006г. я написала на имя начальника СИЗО 77/2 заявление о том, чтобы мне разрешили забрать личные вещи моей матери, которые она считает ненужными, (она попросила меня об этом на свидании). Я временно зарегистрирована и фактически проживаю по адресу: Ивановская область, Юрьевецкий район, село Елнать, ул. Лесная 5, и в Москву добираюсь на поезде.В кабинете приема граждан 17.04.2006. в 11 утра мне предложили приехать в Москву не раннее, чем через две недели. Я приехала 11 мая, пришла на прием граждан, а мне сказали, что мое заявление не рассмотрено и вообще потеряно, и предложили приехать в Москву еще раз. Билеты до Москвы и обратно стоят не дешево. В СИЗО 77/2 уже не первую неделю не работает туалет для посетителей, которые в очередях проводят много времени, (например, я там вчера находилась с 6 часов до 16.30). Таким образом, посетители лишены возможности, сходить в туалет. 19мая 2006г. С уважением и надеждой Ю.С.Груздева.

     

    Л. А. Беззубцева: Я, Беззубцева Л. А., неоднократно обращалась письменно в прокуратуру г. Архангельска и Архангельской области по поводу содержания в ПКТ УГ-42/7 моего сына Беззубцева Ивана 1981 г. р. и его сокамерников. В ответ получала обычные отписки, что там все прекрасно, все хорощо. А то, что показывают по телевизору про эту колонию, все неправда.

    Но я сама видела. Если в комнатах свиданий сплошное безобразие, то нетрудно представить, что творится в самой колонии. Там нет никаких условий для содержания заключенных. Отопления нет , обогреватели не положено, на окнах и стенах иней 1,5 см.

    Морозы были - под 30 градусов. Заключенные спят в фуфайках, шапках и валенках, греются кипятком, т. к. чай не положено.

    Питание ужасное. Кормят одной капустой, в кране вода - прямо из русла реки, т. е. не очищается. Администрация даже не отрицает это. Иван при росте 190 см. весит 68 кг. У ребят болят желудки, опухают руки, кружатся головы. Все это приведет к инфекционным заболеваниям.

    Отправила сыну бандероль с витаминами. В колонию она дошла быстро, т. к. с уведомлением послана. А Ивану отдали только через месяц, да и то выдавали частями.

    Иван и его сокамерники не раз обращались к начальнику медчасти Говоруну по поводу того, что они больны, но ему нет до них никакого дела.

    У Ивана сломана рука и ему делали операцию. Вместо кости вставили имплантант. Иван жаловался на боль в руке, но начальник медчасти Говорун не верит ему. А в сентябре 2005 года была на свидании три дня и видела как парень мучается. Таким врачам нельзя доверять здоровье людей, тем более в колонии, где нет выбора, к какому врачу пойти.

    Знаю, что на администрацию этой колонии в разные инстанции поступает очень много жалоб. Для начальника этой колонии - УГ-42/7, похоже законы не писаны, если никакие меры не принимает.

    Я умоляю вас люди добрые, разберитесь с администрацией этой колонии. Ведь к окончанию срока мы получим своих ребят инвалидами или вообще не дождемся живыми.

    ……………………………. Умоляю вас, пожалуйста помогите перевести сына Ивана на другую колонию - УГ-42/19 ст. Карпагоры. Это недалеко от Архангельска. И ездить к ему на свидание я могу в общем вагоне поезда. Так как зарплата у меня небольшая. 20. 02. 06.

    Письмо матери осужденного (без инициалов)

    Хочу Вам рассказать о том, что происходит сейчас в Челябинской области. Около года назад ГУИН возглавил приехавший откуда-то со стороны полковник Жидков (в феврале получил генерала). Осуждённые говорят, что даже офицеры не стесняясь их матерятся в его адрес, мол товарищ очень сильно хочет в Москву и ради этого готов хоть кровью всё залить. Начал Жидков с того, что отправил на пенсию весь костяк ГУИН, и заменил более половины начальников колоний области. Потом взялся бурно “наводить порядок”, за основу взяв до боли родное советское - показуху. Оказывается, например, что обществу очень важно, чтобы осуждённые, передвигаясь строем, непременно пели песни. Вот из-за этих песен отгремели бунты в ряде колоний, теперь все смирившиеся поют. Это “воспитание хором” снимают на видео и отправляют в Москву.

    За последние лет пять ни одного случая самоубийства в тюрьме не было. За последние месяцы - уже трое повесились. Всё тихо. “Порядок” заключается в том, чтобы осуждённый ни в коем случае не имел при себе лишних носков, оказывается обществу это тоже очень важно. Ведь если у осуждённого не будет тёплых вещей при себе, то он замёрзнет, перевоспитается, и больше никого тогда не убьёт, когда выйдет, добрым, наверно, станет. И вот две недели назад началась широкомаштабная операция “голые стены”, для помощи в проведении прибыла группа чиновников отсюда, из управления. На одного человека оставляют: ложка-1, кружка-1, миска - 1, зубная щётка -1, зубная паста -1, мыло - 1туал+1 хоз, станок для бритья одноразовый(!) -1, книги ИЛИ журналы -2 (?!!!), трусы, носки и майка - одни на теле + одни запасные, брюки и куртка х/б (роба) -1, тапочки - 1, сигареты - 10 пачек, спички - 2 коробки, фотографии - 4, полотенце - 1 для лица и 1 для ног, писчебумажные принадлежности, матрас, подушка, две простыни, одеяло. Плюс на камеру тазик и 1 половая тряпка(?)и 1 зеркальце. Всё, список исчерпывающий. О креме, например: “а может, тебе ещё детскую присыпку для яиц?!” Всё, что не вошло в этот список, уносится на склад, вплоть до носового платочка, или выкидывается. На склад же этот пресловутый, что-бы те-же трусики заменить, люди и раньше по три-четыре месяца не могли попасть, начальник отряда заявляет: я один, а вас 100 человек у меня, я физически не в состоянии вас водить. А теперь вообще не понятно, как это всё будет происходить, если у меня сын курит 2 пачки в сутки, ему каждые 5 дней на склад надо?

    В душ водят 1 раз в две недели, кипятильник в камере не положено, отобрали. Выкинули даже пластиковые бутылки, которые держат потому что вода часто отключается, ну и как теперь? Что там думает комиссия по предотвращению пыток о том, когда человеку недоступна вода? В данный настоящий момент в этой тюрьме массовые беспорядки, сотрудники на казарменном положении, третий день находится отряд спецназначения “Урал”, усмиряет.

    Георгий Денисов ( обращение поступило по электронной почте):

    Добрый день! Я уже писал, но позволю себе повториться и напомнить.

    Мой дядя содержится в Вологодской области, п. Шексна, Учреждение ОЕ-256/12 - строгий режим. В лагере происходят бесчинства, людей держат в ПКТ без видимых на то причин. Все попытки жалоб пресекаются оперчастью.Согласно введенным поправкам, на сегодня, он пересиживает 2,5 года.Два года и три месяца, т.е. более 900 суток он находится в камере 2х1,5 метра в ПКТ “по оперативным соображениям”. Без каких либо видимых причин на это, т.е. не за нарушения. Сами по себе нарушения не возможны, т.к. он находится там один, хотя не раз просил о сокамернике. Согласно внесенным поправкам в УИК, содержание в ПКТ более 6 месяцев в год не допускается. Он же находится безвылазно уже 2 года 4 месяца. За полгода до водворения в камеру, он перенёс операцию по удалению части лёгкого после ножевого ранения, которая проходила без наркоза. хотя средства и возможности для этого были. Операция отрицательно сказалась на его общем физическом состоянии, нечеловеческие условия содержания, отсутствие медицинской помощи (кроме таблеток

    анальгина), подорвали его здоровье, ему 34 года.

    Безусловно, его состояние неудовлетворительно. На его просьбы об оказании квалифицированной медицинской помощи, о переводе его в санчасть - ответ тот же - “отказать по оперативным соображениям”.

    На его попытки жалоб, происходят постоянные избиения сотрудниками оперативной части …. по указанию начальника по РОР. Я считаю, из всего выше изложенного, что его жизнь под угрозой. На него оказывается психологическое давление, ему отказывают в лечении, имеют место сильнейшие избиения. Все его жалобы не только укрывают, но и подвергают за это избиениям.

    Подчёркиваю, что он находится в камере ПКТ незаконно, не по моим соображениям, а на основании нарушения УИК. Причины водворения в ПКТ ни ему, ни ещё 55 осужденным не объяснялись.

    Важным видится приезд комиссии в лагерь, потому как все лишения и произвол оперативной части, сказываются на общей массе арестантов, попытки пожаловаться которых также пресекаются зам. начальника по РОР - Меркурьевым. Думаю, комиссия могла бы исправить положение в лагере, так как у людей будет возможность из рук в руки передать свои жалобы, а не через помойное ведро цензуры.

    И вот сегодня - 30.09.04 стало известно, что в протест он отказался от приема пищи. Прокуратура, как и ранее приняла жалобу родственников, но на неё слабая надежда. Звонки в колонию приносят удивительные результаты, после того как секретарь несколько раз “укрывала” зам. начальника по РОР Меркурьева Романа Валерьевича, говоря, что его нет на рабочем месте, хотя в трубку слышно как он дает указание. После в учреждении включили автоответчик с записью домашнего характера. Только через ДПНК удалось связаться с Меркурьевым.

    На вопрос о причине содержания в ПКТ он ответил более развернуто, объяснив причину содержания угрожающей опасностью для жизни моего дяди - Долгого Юрия Михайловича. Но если ему угрожает опасность, то почему в ПКТ находится он, а не те кто ему угрожает? Как этому противостоять - я пока не знаю. Администрация ищет лазейки в законе, чтобы очистить свои правонарушения. … Под вопрос была поставлена независимость комиссии, на что Меркурьев согласился, что возможно, сторонняя медицинская комиссия принесла бы другие результаты.

    К сожалению, у меня нет полномочий получить ответ, о том, что по всей видимости ещё 55 осужденных содержащихся в ПКТ на тех же условиях, тоже “по оперативным соображениям” содержаться в ПКТ? Им тоже угрожает опасность? Пожалуйста, помогите, обратите внимание на прецедент, посоветуйте как поступить.

    На всякий случай оставляю телефоны колонии:

    8-81751-24110 ..- Меркурьев Роман Валерьевич заместитель начальника по РОР и Попов Альберт Александрович начальник колонии.

    8-81751-23259 - ДПНК

    Я обращался в областные организации, но к сожалению, вразумительных ответов получить не сумел. Я оставляю надежду на российские правозащитные организации, т.е. на Вас.

    Благодарю за внимание, Добра Вам и Удачи. Георгий Денисов

    М. А. Колесников: Являясь неизлечимо больным (ВИЧ-инфекция, гепатит, туберкулез и др.) не был обеспечен по прибытии в учр. УЩ-349/5 (г. Н. Тагил) надлежащей медицинской помощью… Не получил сезонной одежды (январь 2005 г.) хотя подавал заявление через начальника 14 отряда Дударева. … не обеспечивают минимально необходимым из средств личной гигиены … осужденные не получают полноценного питания, положенного по нормам для ВИЧ-инфицированных … администрация своим отношением … добивает и без того обреченных насмерть…

    Приложение № 5.

    Москва, 19 марта 2004 года ,

    Выставка “Человек и тюрьма”, Политехнический музей

    Рекомендации круглого стола

    “Паспортизация лиц освобождаемых и освобожденных из мест лишения свободы”

    Участники круглого стола,

    - выражая свою обеспокоенность тем, что до настоящего времени в полной мере не решены вопросы документирования лиц освобожденных и освобождаемых из мест лишения свободы (так, в СИЗО по состоянию на начало 2004 года не имеют паспортов 37 тысяч подозреваемых и обвиняемых, в СИЗО г. Москвы из 2 тысяч осужденных, в отношении которых ведется кассационное производство, только 25 % обеспечено паспортами, в исправительных колониях Московской области 1906 человек осужденных не имеют паспортов);

    - обращая внимание на то, что большинство освобожденных при отсутствии паспортов не могут реализовать или испытывают значительные трудности при реализации своих конституционных прав на свободу передвижения и выбор места жительства, на жилище, на свободное использование своей способности к труду, на образование, на социальное обеспечение, на медицинскую помощь, на создание семьи; крайне затруднительна социальная адаптация таких лиц;

    - полагая, что действующий порядок решения вопросов о гражданстве, о выдаче и восстановлении документов, удостоверяющих личность, о хранении изъятых паспортов имеют существенные недостатки, провоцирующие нарушение прав граждан

    полагают необходимым:

      1. Просить Государственную Думу ФС РФ:
        1. внести изменение в ст. 16 ФЗ “ О гражданстве Российской Федерации”,
        1. исключив из него п. “е”, в соответствии с которым отклоняются заявления о приеме в гражданство Российской Федерации и о восстановлении в гражданстве Российской Федерации, поданные лицами, которые имеют неснятую или непогашенную судимость за совершение умышленных преступлений на территории Российской Федерации или за ее пределами, признаваемых таковыми в соответствии с федеральным законом;
        2. изложить п. “б” ч. 1 ст. 14 Федерального Закона в следующей редакции “ имели гражданство СССР, проживали или проживают в государствах, входивших в состав СССР, не получили гражданства этих государств и остаются в результате этого лицами без гражданства.”
      1. Внести изменение в ч. 4 ст. 173 УИК РФ, изложив второе предложение этой части в следующей редакции: “При отсутствии паспорта, трудовой книжки и пенсионного удостоверения в личном деле осужденного, если со слов осужденного известно, что эти документы у него отсутствуют, администрация исправительного учреждения принимает меры по их получению с момента выявления отсутствия указанных документов”;

    1.3. Дополнить ФЗ “ О содержании под стражей статьей 5-1 следующего содержания

    “Статья 5-1. Документирование лиц, содержащихся под стражей.

    При отсутствии паспорта, трудовой книжки и пенсионного удостоверения в личном деле осужденного, если со слов осужденного известно, что эти документы у него отсутствуют, администрация исправительного учреждения принимает меры по их получению с момента выявления указанных документов”;

    1.4. Принять Федеральный Закон “О паспорте гражданина Российской Федерации и иных документах, удостоверяющих личность на территории РФ”, предусмотрев в нем в том числе порядок и основания изъятия и хранения изъятого паспорта, а также норму, в соответствие с которой суд, установив, что гражданин не имеет гражданства или лишен паспорта либо иного документа, удостоверяющего личность, обязан направить в адрес компетентного органа определение о документировании лица, определении его гражданства либо помощи в приобретении гражданства.

      1. Просить Правительство Российской Федерации :

      • для снижения числа лиц, не имеющих документы, ввести удостоверение лица без гражданства, постоянно проживающего либо намеренного проживать на территории Российской Федерации;
      • установить порядок, в соответствии с которым при аресте лица, у которого при себе находился паспорт или иной документ, удостоверяющий его личность, такое лицо принимается в ИВС или СИЗО только при наличии указанного документа;
      • внести изменения в нормативные акты о деятельности нотариата, установив, что по желанию лица может изготавливаться нотариальная копия его паспорта.

    1. Просить Верховный Суд РФ, Генеральную Прокуратуру РФ, Министерство внутренних дел РФ
    2. усилить контроль за исполнением требования п. 21 Положения о паспорте гражданина РФ, утвержденного постановлением Правительства РФ № 828 от 8 июля 1997 года, в соответствии с которым паспорт лица, заключенного под стражу и осужденного к лишению свободы временно изымается органами предварительного следствия или судом и приобщается к личному делу указанного лица.

    3. Просить Министерство внутренних дел РФ, Министерство юстиции РФ и Генеральную Прокуратуру РФ

    издать совместный приказ “Об удостоверении личности подозреваемых, обвиняемых и осужденных к лишению свободы” , в соответствии с которым:

    - лицо, задержанное при наличии паспорта, помещается в СИЗО и ИВС только с приобщением паспорта к личному делу; лицо, не имеющее при себе паспорта или иного удостоверяющего личность документа помещается в СИЗО и ИВС только при наличии постановления следователя ( начальника следственного отдела) об установлении личности и гражданства лица; в последующем подобные изменения необходимо внести в УПК РФ и ФЗ “О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых”.

    - при поступлении в СИЗО лица, не имеющего документа, удостоверяющего личность, спецчасть СИЗО возбуждает перед паспортно - визовыми органами, если лицо является гражданином России или лицом без гражданства постоянно на законных основаниях проживающим на территории России, вопрос о выдаче такому лицу паспорта или вида на жительство, а в случае, если лицо является гражданином другого государства, такой вопрос ставится перед Посольством соответствующего государства;

      • в случае направления данного лица по месту отбытия наказания или его освобождения и убытия по месту жительства ( пребывания) об этом информируются паспортно - визовые органы, занимающиеся паспортизацией данного лица;
      • в случае обращения спец отдела учреждения УИС в паспортно - визовые органы с запросом, связанным с паспортизацией лица, паспортно - визовые органы должны направлять исчерпывающую информацию;
      • при аресте лица оригинал его паспорта или иного документа, удостоверяющего личность, приобщается к личному делу, а к уголовному делу приобщается заверенная следователем, дознавателем, судом, прокурором или спецотделом СИЗО копия паспорта; в случае сомнения в подлинности паспорта или идентичности копии паспорта оригиналу документ из личного дела направляется в судебно - следственные органы для сверки;
      • справка об освобождении при отсутствии паспорта является документом, удостоверяющим личность, и при отсутствии паспорта в случае его восстановления является документом, его заменяющим;

      1. Просить МВД РФ:
      2. - дополнить норму приказа № 605 от 1997 года о паспортизации лиц, не имеющих регистрации, по месту фактического проживания, конкретизацией понятия места фактического проживания, как места на которое указывает лицо, не имеющее места жительства;

        - в районах с высокой концентрацией бездомных граждан и лиц, освобожденных из мест лишения свободы, в частности по месту нахождения Центров социальной адаптации органов социальной защиты населения, дополнить штат паспортных органов инспектором по паспортизации лиц, не имеющих места жительства либо освобожденных из мест лишения свободы.

      3. Просить Федеральную Службу исполнения наказания МЮ РФ:

      • усилить контроль за деятельностью спецотделом учреждений УИС по обеспечению документирования граждан , не имеющих документов, удостоверяющих личность;
      • в случае , если гражданство лица установлено, в том числе и судебным актом, указывать в справке об освобождении данные о гражданстве лица.

      1. Просить УИН Москвы и УИН Московской области :

      • сообщить в переводчиках с каких языков нуждаются содержащиеся в СИЗО и исправительных учреждениях Москвы и Московской области лица с целью оказания им помощи в оформлении заявлений о документировании.

      1. С целью оказания содействия в документировании граждан иностранных государств, содержащихся в учреждениях УИС России, при содействии Исполкома стран СНГ провести совещание на предмет налаживания взаимодействия Посольств и учреждений ФСИН МЮ РФ (отв. Флерова Т.А.)

    По поручению участников круглого стола А.В. Бабушкин

    Приложение № 5

    Положение дел в следственных изоляторах

    уголовно-исполнительной системы МВД РФ

    /анализ и рекомендации 1997 года. Ретроспективный взгляд/.

    Ситуация, существовавшая в следственных изоляторах УИС МВД РФ в 1991-92 гг. может быть охарактеризована как сложная, в 1993-94гг. - крайне сложная, в 1995-96 гг. - как катастрофическая. Условия пребывания в СИЗО являются жестокими и бесчеловечными; положение тех, чья вина не доказана, хуже, чем положение осужденных; нахождение в камере СИЗО становится для сотен тысяч россиян источником криминального опыта; происходит и разрушение профессиональных коллективов сотрудников СИЗО.

    I. Основными проблемами следственных изоляторов УИС МВД РФ являются:

    1) Переполнение камер, связанное с

    • установившейся ошибочной политикой при избрании меры пресечения, когда часто заключение под стражу за тяжкие преступления применяется в отношении лиц, не представляющих большой общественной опасности, например таких, в отношении которых была бы целесообразна не изоляция, а меры социальной поддержки;
    • слабым использованием таких мер пресечения, как личное поручительство и поручительство общественных организаций, а также возможности изменения меры пресечения на досудебной стадии после достижения т.н. “шокового эффекта”;
    • волокитой со стороны судов, отсутствием в уголовно-процессуальном законе предельной санкции содержания под стражей при производстве дела в суде;
    • не всегда эффективным использованием камерной площади, а также помещений, которые могут быть приспособлены под камерную площадь;
    • плохой организацией работы следователей и адвокатов в СИЗО;
    • плохой организацией работы конвойных подразделений, сложившейся отвлечением значительного числа сотрудников для службы на территории ЧР;
    • излишне сложными требованиями к оборудованию СИЗО, что не позволяет при переполнении СИЗО оперативно развернуть СИЗО “облегченного варианта” (по этому пути шла Россия в 1907-10 гг. и ряд стран Европы в послевоенное время).

    2) Недостаточный уровень медицинской помощи, связанный с тем, что:

    • обеспечение СИЗО медицинскими кадрами и работниками санитарных служб не увязано с реальным положением СИЗО;
    • обеспечение медицинских служб медикаментами производится на уровне 30-40% от потребности или примерно в 1,5 раза ниже, чем медицинских учреждений Минздравмедпрома РФ;
    • отсутствует эффективный контроль за расходованием поступивших медикаментов; так, из ИЗ 48/1 в 1996г. поступило 7 жалоб на непоступление переданных мед. передач;
    • отсутствует достаточное количество койкомест для больных туберкулезом, ввод в действие туббольниц при СИЗО не производится, так на 1996г. правительством РФ не выделено средств на оборудование туббольницы при московском ИЗ 48/5, хотя переполнение туббольными в ИЗ 48/1 составляет более 300%, что является одной из главных причин смертности от туберкулеза в СИЗО г.Москвы;
    • не решается вопрос об открытии специальных туботделений во многих СИЗО, где содержатся десятки лиц, больных туберкулезом; - не решается вопрос о взаиморасчетах между территориальными отделениями Фонда обязательного медицинского страхования, что заставляет администрацию СИЗО, где содержатся лица, не являющиеся жителями города где находится СИЗО, оплачивать оказание этим лицам стандартных медицинских услуг территориальными учреждениями Минздравмедпрома, хотя указанные лица имеют страховой медицинский полис и должны получать бесплатную медицинскую помощь.

    3) Необоснованное применение физической силы, спецсредств, грубое отношение со стороны некоторых сотрудников, связанные с тем, что:

    • прокурорский контроль ослаблен, имеют место многочисленные случаи, когда в течение многих месяцев прокурор не посещает камеры либо не отвечает на письменные заявления;
    • сотрудники СИЗО работают в условиях растущих физических и моральных перегрузок, несвоевременной выплаты зарплаты и установленных законом социальных льгот;
    • не ведется эффективной профилактики профессиональной деформации сотрудников, которая выражается в том числе в усвоении сотрудниками норм поведения и общения, свойственных преступному миру, сквернословии, неумении пользоваться тем объемом власти, которая возлагается на них;
    • воспитательная и социальная работа с заключенными под стражу оказывается подчиненной интересам режимной и оперативной деятельности.

    4) Неудовлетворительное санитарно-гигиеническое состояние камер, связанное, кроме некоторых вышеуказанных причин, также с тем, что:

    • установленные на окнах камер жалюзи, не являясь препятствием для активной межкамерной связи, делают невозможным нормальную вентиляцию и инсоляцию камер;
    • установленная ИВР ИВС СИЗО периодичность помывки в душе - не реже 1 раза в неделю - явно недостаточна для поддержания чистоты тела людей, находящихся в душном и переполненном помещении камеры;
    • у медицинского работника СИЗО отсутствуют полномочия, установленные для медицинских работников Минимальными стандартными правилами ООН обращения с заключенными, в том числе широкие контрольные функции (приложение №1);
    • не производится в условиях СИЗО и проведения освидетельствования на предмет установления группы инвалидности.

    5) Нарушается право заключенных под стражу в части получения передач и предоставления свиданий, в том числе:

    • в ряде СИЗО прием передач ведется с 9.00 до 15.00 с часовым перерывом на обед, при этом задействуются только часть окошек для приема передач;
    • в ряде СИЗО действуют дополнительные сверх установленных приложением №2 к ИВР СИЗО ограничения по ассортименту передач, например не принимается сухое молоко, сало, книги и т.д., производится выдавливание пасты, повреждение других продуктов питания, хотя возможность передачи в них запрещенных предметов крайне мала;
    • в некоторых СИЗО не обеспечивается сохранность посылок и передач, так, при одинаковом уровне наполняемости из одних СИЗО не поступает жалоб на недостачи при получении посылок и передач, в других такие жалобу носят хронический характер;
    • не выполняется норма Семейного Кодекса (ст. СК РФ) о безусловном праве несовершеннолетних заключенных на свидание с родственниками, что ставит эту группу содержащихся под стражей в особое положение в части получения свиданий,; получение свиданий несовершеннолетними заключенными под стражу из возможности превращается в право;
    • имеют место случаи отказа в приеме передач заключенным, приговоры в отношении которых вступили в законную силу, т.к. их правовой статус не вполне ясен;
    • имеют место случаи необоснованного удержания денег при приеме в бухгалтерии СИЗО наличных средств на лицевой счет заключенного.

    6) Нарушается право заключенных под стражу на безопасность, что выражается в том числе и в том, что:

    • при поступлении из органов внутренних дел в СИЗО лиц с признаками телесных повреждений органами прокуратуры не проводится глубоких и всесторонних проверок по данным фактам;
    • несмотря на то, что до 20% заключенных, попав в СИЗО, переносят там физическое сексуальное насилие, не известно случаев возбуждения по этим фактам уголовных дел;
    • сотрудники так называемых специальных подразделений при проведении “профилактических мероприятий” действуют в масках, что делает невозможным их опознание при нарушении ими законных прав заключенных под стражу.

    II. Заключенные под стражу необоснованно лишены следующих льгот и гарантий:

    • пенсии по старости (Федеральный Закон от 05.05.95г.);
    • предоставления льготного санаторно-курортного лечения для инвалидов (Федеральный Закон “О социальной защите инвалидов...”);
    • оборудования жилых помещений для инвалидов специальными средствами и приспособлениями (Федеральный Закон “О социальной защите инвалидов...”);
    • неработающие инвалиды I группы - бесплатного получения лекарств по рецептам врачей;
    • инвалиды труда II группы - бесплатного изготовления и ремонта зубных протезов;
    • инвалиды I и III групп - установленных законом социальных пенсий и пенсий по старости;
    • инвалиды I группы - бесплатного получения лекарств по рецептам врачей и бесплатного зубопротезирования (Закон “О социальной защите инвалидов в РФ”, Постановление Правительства РФ от 30.07.94 №890, Правила о бесплатном зубопротезировании, приказ МЗ от 03.07.46 №417);
    • бесплатного получения лекарств по рецепту врача детьми-инвалидами в возрасте до 16 лет (Постановление Правительства РФ № 890 от 30.07.94г.);
    • бесплатного обеспечение школьной формой и спортивным костюмом детей, находящихся под опекой (попечительством) (Указ Президента РФ от 05.05.92 г.);
    • ежемесячного пособия на детей одиноким матерям (Федеральный Закон от 19.05.95 г.);
    • пенсии детям умершей одинокой матери (Федеральный Закон от 04.08.95г.);
    • социальной пенсии детям, потерявших одного из родителей (Федеральный Закон);
    • социальной пенсии детям, потерявшим обоих родителей (Федеральный Закон);
    • комплекса льгот, предусмотренных для граждан, подвергшихся воздействию от аварии на ЧАЭС.

    III. Изменения, которые необходимо внести в правила внутреннего распорядка СИЗО УИС МВД РФ, для более полного обеспечения защиты прав человека.

    Параграф

    Содержание

    Обоснование

    § 2 п.20

    Расширить норму об оборудовании окон камер решетками без жалюзи на все жилые камеры.

    Позволит улучшить вентиляцию камер (см. Минимальные стандартные правила обращения с заключенными).

    § 3 п.30

    Дать исчерпывающий перечень запрещенных к хранению и использованию предметов, веществ и продуктов питания, исключив из понятия “запрещенных к хранению и использованию” не включенные в перечень продукты, предметы, товары первой необходимости.

    Учитывая, что в следственных изоляторах содержаться лица считающиеся невиновными, ограничения на пользование продуктами и предметами не должны выходить за рамки ограничений, определенных целями содержания под стражей.

    § 3 п.7

    Указать, что досмотр вещей подозреваемых или обвиняемых в отсутствии их владельцев производится только по письменному мотивированному постановлению начальника СИЗО или его заместителя в присутствии понятых из числа других подозреваемых или обвиняемых.

    Такое уточнение будет способствовать повышению ответственности при производстве досмотра и сужению возможности злоупотребления.

    § 4 п.5

    1. Исключить из числа предметов, подлежащих уничтожению, игральные карты, эротическую продукцию.

     

     

     

    2. Конкретизировать понятие продуктов питания, требующих особых условий хранения.

    Такой запрет предоставляет необоснованное сужение прав подозреваемых и обвиняемых, не связан с целями содержания под стражей либо исправления и перевоспитания и в значительной мере отвлекает силы сотрудников.

    Любой продукт питания в какой-то степени требует особых условий хранения.

    § 4 п.7

    Установить, что изъятые невостребованные деньги поступают не в доход государства, а зачисляются на счет изолятора.

    Позволит в какой-то степени изыскать внебюджетные средства на реализацию требований Федерального Закона.

    § 5 п.10

    Установить, что книги выдаются не раз в неделю, а не реже 1 раза в неделю.

    Там, где есть возможность, обмен книжного фонда необходимо производить чаще.

    § 6 п.4

    Установить, что ассортимент и цена товаров в ларьке доводятся до подозреваемых и обвиняемых письменно.

    Исключает возможность неверного информирования подозреваемых и обвиняемых.

    § 7 п.4

    Записать, что сотрудник несет ответственность за сохранность посылки или передачи.

     

    § 7 п.5

    Изложить в следующей редакции “передача не принимается и возвращается посетителю в случае:

    а) ...отбытии адресата на срок более месяца”, п.п. “в, д, з” оставить без изменения, п.п. ”г, е, ж” исключить, указав, что “в случаях несоответствия передачи установленной норме или неправильного оформления документов посетителю предлагается устранить выявленные несоответствия”.

    Действующая редакция п.5 правил является неоправданным ущемлением прав родственников заключенных и может создать для них непреодолимые трудности.

    § 10 п.4

    1) Исключить запись о том, что приглашение служителей религиозных культов производится только с разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело.

    2) Исключить запись об оплате услуг служителей религиозных культов.

     

    3) Указать, что служители религиозных культов допускаются также в карцер.

    Реализация конституционного права на свободу совести не может быть поставлена в зависимость от субъекта уголовного преследования.

    Действующая редакция лишает права на свободу совести тех, кто не имеет денег на лицевом счете.

    Такой подход будет способствовать индивидуализации воспитательной работы и снижению нарушений.

    § 12 п.12

    Записать, что “доверенность выдается на руки доверенному лицу или направляется почтой по указанному им или доверителем адресу”.

    Имеют место случаи необоснованных отказов в выдаче доверенности на руки.

    § 14 п.2

    Указать, что сотрудник к которому по вопросу медицинской помощи обратился подозреваемый или обвиняемый обязан принять меры немедленно.

     

    § 14 п.3

    В последнем предложении после слов “выдавать медикаменты впрок разрешается в исключительных случаях”, указать - “а также в случаях, когда своевременная почасовая выдача медикаментов невозможна”.

    При некоторых заболеваниях эффективность медикаментозного лечения зависит от режима приема лекарств.

    § 14 п.6

    Предусмотреть возможность освидетельствования телесных повреждений подозреваемых или обвиняемых по просьбе их родственников или общественных объединений.

    Предложение направлено на усиление гарантий от применения жестоких видов обращения.

    § 14 п.7

    Вместо обследования работниками Минмедпрома России с оплатой из средств с лицевого счета подозреваемого или обвиняемого предусмотреть возможность бесплатного освидетельствования на предмет телесных повреждений работниками учреждений Минздравмедпрома.

    Нельзя ставить возможность независимого осидетельствования от финансовых возможностей заключенного.

    § 16 п.1

    Предусмотреть, что на свидание допускается не более 2-х взрослых человек, как правило.

    Бывают ситуации, когда на свидание необходимо допустить свыше 2-х человек.

    § 16 п.2

    Предусмотреть, что родственникам-инвалидам 1 и 2-й гр. свидание предоставляется вне очереди.

    В ином случае эти категории родственников фактически лишены права на свидание.

    § 16 п.9

    Исключить из числа технических средств, на пронос которых на свидание требуется разрешение администрации СИЗО, аудиоаппаратуру.

    Использование аудиозаписи не может повлечь последствия, противоречащие целям Федерального Закона.

    § 16 п.12

    Исключить из оснований прекращения свиданий возможность такого прекращения “по другим причинам”.

     

    § 17 п.7

    Предусмотреть горячее питание не только при вывозе за пределы следственного изолятора, но и при возвращении в изолятор.

    После участия в судебно-следственных действиях чувство голода не только не проходит, но и становится сильнее.

    § 19 п.2

    Предусмотреть, что тело умершего выдается родственникам в течение 30 суток с момента смерти.

    Для многих лиц, особенно из других регионов, нет возможности получить тело в течение 7 суток.

    § 20 п.4

    Предусмотреть, что освобождение производится не в первой половине следующего дня после получения соответствующего решения суда, а в течение 6 часов после получения решения.

    Действующая редакция предусматривает возможность содержания в течение более суток лица, подлежащего освобождению.

    § 20 п.7

    Записать, что “билет, приобретенный для освобожденных из-под стражи, продаже не подлежит и действителен только по предъявлению справки об освобождении”.

    Исключит возможность неадекватного использования билета.

    Приложе-ние №1

    Исключить из перечня запрещенного:

    - нанесение татуировок;

    - пользование электроприборами без разрешения администрации;

    - содержание животных;

    - оклеивание стен фотографиями, рисунками, вырезками;

    - дарение и отчуждение иным способом предметов, находящихся в личном пользовании.

    Эти ограничения создают условия для массовых взысканий и никогда не соблюдаются фактически.

    Приложе-ние №2

    - Исключить обязательное назначение врачом использование шампуней, как условия разрешения их хранения;

    - разрешить не только пластмассовые, но и любые другие неметаллические футляры для очков;

    - не ограничивать цвета для стержней к шариковым ручкам;

    - разрешить к использованию не только ученические, но и любые тетради;

    - разрешить к хранению не только предметов религиозного культа для нательного и карманного ношения, но и иные, если их хранение не противоречит целям наказания и не ущемляет прав иных лиц;

    - снять ограничения на количество разрешенных к хранению фотографий;

    - включить в число предметов, разрешенных к передаче, инструменты и материалы для трудовой деятельности, спортивный инвентарь, вентиляторы.

    Указанные ограничения необоснованно носят произвольный характер и нарушают права человека, выходя за пределы ограничений, необходимых для достижения целей Федерального Закона.

    В ином случае окажутся невыполнимыми соответствующие нормы Федерального Закона.

    IV. В целях устранения отмеченных нарушений необходимо:

    Задача

    Необходимые мероприятия

    Правовое обеспечение

    1. Обеспечение каждого заключенного под стражу индивидуальным спальным местом.

    1. Оборудование вновь вводимых камер нарами из расчета 190x50см на одного заключенного.

    2. Установить, что срок содержания под стражей лица, числящегося за судом, не может превышать 6 мес. - за судом I инстанции и 3 мес. - за судом II инстанции с момента подачи кассационной жалобы.

    3. Расширение практики применения личного поручительства и поручительства общественных организаций в качестве мер пресечения, выполнение положения ст.13 Пекинских правил о том, что содержание несовершеннолетних под стражей до суда допустимо лишь в исключительных случаях.

    4. Проведение амнистии в отношении лиц, привлекаемых к уголовной ответственности по обвинению в совершении преступлений, предусматривающих до 7 лет лишения свободы и отбывших в условиях СИЗО не менее 2 лет, либо преступлений, предусматривающих наказание в виде лишения свободы на срок до 5 лет и отбывших не менее 1 года.

    5. Предусмотреть новую меру пресечения - интернирование, аналогичную ограничению свободы, что позволит снизить расходы на оборудование пунктов интернирования. Интернировать можно было бы, например, заключенных под стражу по обвинению в совершении преступления, которым мера пресечения избрана в связи с отсутствием у них постоянного места жительства.

    6. Создать государственные и негосударственные службы контроля за поведением и соц. помощи освобожденным из под стражи, что позволит более активно применять изменение меры пресечения.

    7. Изучение изменений в личности заключенного под стражу в целях выявления таких вновь возникших психологических факторов, которые делают возможным изменение меры пресечения.

    8. Законодательно разрешить направлять для отбытия наказания лиц, приговор в отношении которых не вступил в законную силу, с их согласия.

    9. Проведение работы в следственных кабинетах СИЗО следователями и адвокатами по графикам, устанавливаемым администрацией СИЗО в субботние и воскресные дни.

    10. Запретить Федеральным Министерствам, в том числе путей сообщения, прекращать обслуживание учреждений уголовно-исполнительной системы при возникновении задолженности.

    Внесение дополнений к ПВР УИС СИЗО.

    Внесение изменений в УПК РСФСР.

     

     

    Подготовка Постановления Пленума Верховного Суда “О практике избрания, продления и изменения судами мер пресечения”. Распоряжение Генерального Прокурора РФ.

    Постановление Гос. Думы “Об объявлении амнистии в связи с проведением выборов Президента РФ”.

     

     

     

    Изменения в УПК РСФСР.

     

     

     

     

     

     

    УПК РФ; Законопроект “Профилактика преступности”.

     

    Совместное распоряжение Генерального прокурора РФ и министра внутренних дел.

     

    Изменения в ИТК РФ, проект Уголовно-исполнительного Кодекса РФ.

    Приказ МВД РФ.

     

     

     

     

    2. Улучшение состояния медицинской помощи в СИЗО, снижение смертности среди заключенных под стражу.

    1. Наделение медработников компетенцией, предусмотренной Минимальными стандартными правилами обращения с заключенными, выведение их из подчинения начальникам СИЗО.

    2. Введение взаиморасчетов между территориальными отделениями Фонда обязательного медицинского страхования, привлечение к ответственности руководителей органов и учреждений Минздрава, требующих от администрации СИЗО оплаты медицинских услуг, которые проживающим на этой территории гражданам оказываются бесплатно.

    3. Введение единого упрощенного порядка приема медицинских передач

    4. Обязательный учет состояния здоровья при избрании меры пресечения.

    5. Решение вопроса о создании туботделений во всех СИЗО, где содержится свыше 50 больных туберкулезом.

    6. Обеспечение реализации права заключения под стражу лица на обследование лечащим врачом.

    7. Открытие туберкулезных больниц при ИЗ 48/5 и других изоляторах в крупных городах, где имеет место резкое переполнение действующих туббольниц при СИЗО (в настоящее время - примерно на 7 тыс. Мест).

    8. Обновление медтехники для выявления и лечения туберкулеза в СИЗО.

    9. Пересмотр штатного расписания медперсонала СИЗО с учетом реальной наполняемости СИЗО.

    Внесение изменений в Закон РФ “О содержании под стражей”.

     

    Указание руководства Федерального Фонда обязательного медицинского страхования, министра здравоохранения РФ, Генерального прокурора РФ.

     

    Приказ МВД РФ.

    Изменения в УПК РСФСР.

    Приказ МВД РФ.

     

    Приказ МВД РФ.

    Постановление правительства РФ.

     

     

    Постановление правительства РФ.

    Приказ МВД РФ.

    3. Улучшение санитарно-гигиенического состояния помещений.

    1. Демонтаж жалюзи во всех камерах, кроме карцеров.

    2. Увеличение периодичности помывки до 2-х раз в неделю в весенне-летний период.

    3. Возложение на дежурного или старшего по камере обязанности немедленно докладывать сотруднику СИЗО о наличии в камере кожных либо иных заразных заболеваний.

    4. При нехватке камерных площадей для размещения больных временное переоборудование под лечебно-карантинные помещения жилых камер.

    5. Отмена запрета на содержание в камере домашних животных при условии прохождения ими соответствующего ветеринарного обследования.

    Изменения в ПВР СИЗО.

    Изменения в ПВР СИЗО.

    Изменения в ПВР СИЗО.

     

     

    Приказ МВД РФ.

     

    Изменения в ПВР УИС СИЗО.

    4. Обеспечение права заключенных под стражу на образование.

    1. Воссоздание в 1996-97гг. во всех СИЗО, где содержатся несовершеннолетние, учебно-консультационных пунктов или вечерних школ для обучения лиц, не имеющих полного среднего образования.

    2. Предоставление заключенным под стражу возможности пользоваться библиотечным фондом в полном объеме.

    Совместный приказ МВД РФ и Минобразования РФ.

     

     

    Приказ МВД РФ.

    5. Обеспечение права заключенных на получение посылок, передач, предоставление свиданий.

    1. Открытие при комнатах приема передач торговых точек для приобретения лицами, прибывшими для передачи заключенным продуктов питания и предметов первой необходимости, указанных вещей.

    2. Увеличение продолжительности работы комнат приема передач с 9.00 до 18.00 часов.

    3. Снятие необоснованных запретов о ограничений, введенных при приеме передач в некоторых СИЗО.

    4. Введение порядка передачи продуктов и вещей, предусматривающих возможность опечатывания при приеме на глазах сдающего лица, что позволит существенно повысить их сохранность.

    5. Разъяснить лицам и органам, в производстве которых находится уголовное дело, что отказ в предоставлении свидания с заключенным под стражу может иметь место только при наличии оснований, а отказ в предоставлении свиданий несовершеннолетним с их родственниками недопустим.

    Приказ МВД РФ.

     

     

    Приказ МВД РФ.

    Указание Генерального прокурора РФ.

    Приказ МВД РФ.

     

     

    Приказ Генерального прокурора РФ.

    6. Обеспечение безопасности заключенных под стражу.

    1. Возбуждение уголовного дела по каждому ставшему известным факту изнасилования в камерах СИЗО.

    2. Проведение органами прокуратуры проверки по каждому случаю поступления арестованных в СИЗО со следами побоев или телесных повреждений.

    3. Установить, что прокурор обязан делать обход камер не реже 1 раза в месяц, а камер, где содержатся категории заключенных под стражу, которые могли стать жертвами преследования - не реже 1 раза в неделю.

    Указание Генерального прокурора РФ.

    Указание Генерального прокурора РФ.

     

    Приказ Генерального прокурора РФ.

     

     

     

    Ганс-Христиан Калинин

    или сказки директора ФСИН

    5 июня сего года Ю.И. Калинин, директор ФСИН РФ в своём интервью “ПОЛИТИЧЕСКОМУ ЖУРНАЛУ” допустил крайне некорректные высказывания в адрес, столь нелюбимых им, некоторых правозащитников. Я счёл нужным ответить ему по основным позициям.

    Касаясь лиц, осужденных за преступления средней тяжести генерал Ю. И. Калинин справедливо отмечает что: - “…В результате исследований было доказано, что таких людей целесообразнее содержать в колонии-поселении, но не за забором, так как они не представляют общественной опасности.” Но как быть с известным политзаключенным Михаилом Трепашкиным? Не будем упоминать о невероятных нарушениях закона в отношении Михаила Ивановича во время следствия и суда. Многодетный отец, москвич Трепашкин приговорен отбывать наказание в колонии-поселении. И он действительно был направлен ФСИНом в такую колонию, но почему-то, в нарушении и ст. 73 УИК РФ, и даже Минюстовских инструкций оказался за 2000 км от дома, в г. Нижний Тагил. При этом колония-поселение, каким-то образом, оказалась расположенной на территории колонии общего режима. То есть учреждение не должное по закону иметь решеток и колючей проволоки, оказалось в кольце колючки и в окружении охраняемой огневой, полосы. Что не могло не сказаться на условиях пребывания Трепашкина - например его адвокаты и правозащитники не имеют возможности присутствовать во время судебных слушаний по его жалобам. Таким образом, режим отбывающих наказание в Нижнетагильской колонии-поселении оказался весьма далек от того, который мил сердцу Юрия Ивановича. Кроме того люди подобные адвокату Трепашкину, наряду с известными бизнесменами, учеными и прочими, далекими от преступного мира личностями, очень быстро в ведомстве Юрия Ивановича превращаются в злостных нарушителей и попадают в ШИЗО. Причем адвокаты Трепашкина утверждают: в камере ШИЗО ему не давали даже присесть, что способствовало развитию тромбофлембита, не оказывали тяжело больному человеку медицинскую помощь.

    Ну и как это можно совместить с таким, к примеру, пассажем Юрьиваныча: - “…Человеку, попавшему туда, нужно получить образование, специальность, то есть то, чего он не смог получить на свободе. Уже упоминалось медицинское обслуживание…” А ведь делается это, по имеющимся у нас сведениям, по указанию из Москвы. Нарушения в епархии Юрия Калинина настолько серьезны, что на них даже обратила внимание Генпрокуратура (по сообщению “Газеты. ру”) направив ему представление о многочисленных нарушениях в колониях-поселениях.

    Юрий Иванович полагает, что в колонии нельзя пускать ранее судимых лиц. Но такая установка вряд ли законна, да и кто, как не бывший осужденный может подсказать прокурору, правозащитнику, депутату прибывшему в СИЗО или колонию, ГДЕ и КАК администрация скрывает нарушения прав человека ?! Как это было, например (по непроверенным пока данным), в одной из мордовских колоний, где осужденных-жалобщиков прятали в яме от сотрудников аппарата Уполномоченного по правам человека РФ.

    Ну не хочет Ю. И. Калинин пускать в колонии ранее судимых - и Бог с ним. Но как быть со случаями безосновательного запрета для любого, кто неугоден ФСИНу, вне зависимости от его судимостей и репутации? Например для Управления исполнения наказания по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (начальник В. А. Заборовский) является нежелательной персоной руководитель рабочей группы Международного общества прав человека по СЗФО РФ - Геннадий Чернявский. Это при том, что питерские пенитенциарщики не могут не знать - прошлое Геннадия Григорьевича абсолютно безупречно даже по их меркам. Он не судим, был депутатом одного из городских советов Мурманской области, активно и конструктивно сотрудничал с сотрудниками тюремных заведений, имел свободный доступ во все колонии Кольского полуострова. Однако сейчас, в Питере, он не всегда может попасть на территорию за тюремным забором даже в качестве защитника официально допущенного к участию в судебном заседании, а уж в качестве визитера-правозащитника - это вообще исключено. Подобные запреты как-то не соответсвуют утверждению Директора ФСИН о том, что тюрьма - “…должна стать центром социальной адаптации… мы должны уйти от традиционного восприятия тюрьмы.” А УФСИНу Московской области (начальник П. Н. Посмаков) шибко не нравится С. С. Андриенко. Пенсионерка Светлана Андриенко - бывший работник женской колонии(!), представитель Уполномоченного по правам человека в Московской области, сотрудник правозащитной организации. Однако после того, как Светлана Сергеевна за 10 лет посещения Можайских колоний выявила около полутысячи нарушений прав человека, пускать в колонии ее перестали.

    Правозащитники получают официальные ответы из региональных управлений исполнения наказаний о том, что для разрешения посетить ту или иную колонию нужно обращаться на Житную, 14 (ФСИН РФ). В то же время заявляется: - “…Потому что подбор и расстановка кадров позволяют системе работать. Начальники территориальных органов - люди сильные, опытные, прошедшие немалый профессиональный, жизненный путь. Они не требуют частого вмешательства в свою деятельность, да и нельзя этого делать. Человек, облеченный доверием, облеченный полномочиями, должен иметь право на самостоятельность. Даже на уровне колонии или изолятора люди должны быть достаточно самостоятельны.” Здесь усматривается очередное противоречие - с одной стороны декларируется некая демократическая модель управления, с другой - почти все отношения с регионами (да что с регионами - в Москве за любого начальника СИЗО серьезные - нехозяйственные - решения принимает исключительно главк) жестко централизуются. Так например я и представитель ООД “За права человека” посетили прошлым летом (незадолго до льговских событий) несколько колоний Орловской области. Начальник управления (В. А. Суровцев) не только не чинил нам препятствий, но и всячески помогал правозащитникам. Несмотря на критику некоторых нарушений, обнаруженных в одной из колоний, по окончании поездки твердо заверил нас, что он всегда открыт для конструктивного взаимодействия с правозащитниками и журналистами. И данное слово он наверняка бы сдержал. Но веяния времени дошли и до Орла: недавно мы получили ответ за подписью Владимира Алексеевича (исх. № 58/11/4-1699 от 07. 06. 2006) в котором нам предлагается согласовать, как уже говорилось выше, свое очередное, предполагаемое посещение колоний Орловской области с … руководителем российского тюремного ведомства. Последний раз подобный ответ правозащитники получали лет 15 назад.

    Но главную “изюминку” высокопоставленный гражданин начальник прячет в середину - среди тысяч российских правозащитников он, торжествуя, разоблачает “оборотней”. Таких “оборотней” Юрий Иванович обнаружил троих - причем всех троих из числа “…сотрудников комитета за гражданские права”. Самое неприятное в этой истории, что директор ФСИН озадачив своих подчиненных сбором информации о Комитете за гражданские права аж почти год назад, должен был знать (так и хочется сказать - “знал”, но боюсь обидеть уважаемого генерала), двое из них перестали работать в правозащитной организации задолго до того как бравые оперативники ФСИНа узнали об их существовании на Белом свете и обрадовали Ю. И. Калинина информацией о том, что, неприятности происходят не только в тюремном ведомстве, но и в общественном секторе. Возможно Юрий Иванович не знает, но по поручению руководителя нашей организации - Андрея Бабушкина, как только он узнал о предпологаемых нарушениях со стороны одного из указанных лиц, заявления пострадавших были направлены в милицию. Хорошо бы, чтобы и должностные чины проявляли такую же принципиальность по отношению к собственным нарушителям, пусть и из числа бывших своих сотрудников.

    Что до наличествующих у руководства ФСИН “…240 заявлений от осужденных за тяжкие и особо тяжкие преступления, которые просят: не пускайте таких к нам, они нас подстрекают на что угодно…”, то эти цифры повергают в растерянность. Надо пояснить, неискушенным читателям, что представители правозащитных организаций могли посещать колонии только по согласованию с руководством региональных ФСИНов.

    Надо ли в связи с этим понимать Юрия Ивановича так, что некие злобные правозащитники, тайно пробравшись в колонии, выловили там подходящих им - врагам России - 240 осужденных (залезли в их дела, изучили в них приговоры - чтобы были обязательно тяжкие и особо тяжкие преступления), убедились - да, это нужный человек - насильник, убийца, наркоторговец! - и стали “подстрекать их на что угодно”. Но “советская малина врагам сказала нет”, и 240 наиболее сознательных насильников, убийц и наркобарыг кинулись в оперотделы колоний и потребовали: “…не пускайте таких к нам, они нас подстрекают на что угодно!”.

    Отбросив этот детективный сценарий, отметим, что по неукоснительно соблюдаемому правилу общаться с осужденными посетители тюремных заведений могут только в присутствии оперативных воспитателей или воспитующих оперативников. Но тогда, может быть, коварные правозащитники (по терминологии главы тюремного ведомства - “такие”), пользуясь пофигизмом многочисленных подчиненных Ю. И. Калинина (которых приходится, при любом посещении, из расчета - на одного гостя - дюжина сопровождающих) пробрались в несколько колоний строгого режима, собрали там “…240 осужденных за тяжкие и особо тяжкие преступления”, предварительно выбраковав и выгнав всех, кто был осужден за преступления небольшой и средней степени тяжести, после чего стали подстрекать их “на что угодно” в присутствии сотрудников колонии? Почему тогда сотрудники не пресекли деятельность подстрекателей? Не поняли что происходит? Решили - пусть немного поподстрекают - генерал разберется? Сами участвовали в подстрекательстве “к чему угодно”?

    Предположим невероятное - “такие” подстрекают зеков: надо разгромить столовую! А присутствующий тут же начальник колонии подсказывает: в этом случае, будьте добры, не забудьте посетить бухгалтерию, медсанчасть и склад (20 лет назад после пожара на складе на территории одной из зон администрация ухитрилась списать, как сгоревшие, 300 стальных ломов!). И в этом есть, кстати, своя логика: директору ФСИН скоро давать интервью, рассказывать как “такие” подстрекают “к чему угодно” А “такие” бессовестно ограничиваются лишь призывом к разгрому столовой. В связи с чем неплохо бы выяснить: сколько всего осужденных за тяжкие и особо тяжкие преступления подстрекали “на что угодно” злобные правозащитники, к чему именно они их подстрекали? Возбуждено ли хотя бы 50-60 дел в отношении “таких”, подстрекавших осужденных “на что угодно”? Более того, следует проверить: не подстрекали ли они к “чему угодно” и сотрудников колоний? К примеру, не правозащитники ли подстрекали сотрудников одной из колоний Томской области сообщить о массовых хищениях в уголовно-исполнительной системе области? И не эти ли же коварные “радетели прав человека” подстрекали руководство ФСИН Томской области к тому, чтобы, получив соответствующее обращение правозащитной организации об этих хищениях, в течении почти полугода хранить подозрительное, но красноречивое молчание.

    Учитывая, что почти на половину обращений Комитета “За гражданские права” (и других правозащитных организаций) в адрес Ю.И. Калинина ответы или не поступают или приходят формальные отписки, “такие” уже добрались и до ответственных работников ФСИНа. И там, они вовсю стали подстрекать подчиненных Юрия Ивановича к нарушению ст. 33 Конституции России - игнорировать мерзостные обращения обнаглевших правозащитников.

    Рубрика “Письма из зоны” Без комментариев

    Письмо матери осужденного

    Хочу Вам рассказать о том, что происходит сейчас в Челябинской области. Около года назад ГУИН возглавил приехавший откуда-то со стороны полковник Жидков (в феврале получил генерала). Осуждённые говорят, что даже офицеры не стесняясь их матерятся в его адрес, мол товарищ очень сильно хочет в Москву и ради этого готов хоть кровью всё залить. Начал Жидков с того, что отправил на пенсию весь костяк ГУИН, и заменил более половины начальников колоний области. Потом взялся бурно “наводить порядок”, за основу взяв до боли родное советское - показуху. Оказывается, например, что обществу очень важно, чтобы осуждённые, передвигаясь строем, непременно пели песни. Вот из-за этих песен отгремели бунты в ряде колоний, теперь все смирившиеся поют. Это “воспитание хором” снимают на видео и отправляют в Москву.

    За последние лет пять ни одного случая самоубийства в тюрьме не было. За последние месяцы - уже трое повесились. Всё тихо. “Порядок” заключается в том, чтобы осуждённый ни в коем случае не имел при себе лишних носков, оказывается обществу это тоже очень важно. Ведь если у осуждённого не будет тёплых вещей при себе, то он замёрзнет, перевоспитается, и больше никого тогда не убьёт, когда выйдет, добрым, наверно, станет. И вот две недели назад началась широкомаштабная операция “голые стены”, для помощи в проведении прибыла группа чиновников отсюда, из управления. На одного человека оставляют:

    ложка-1, кружка-1, миска - 1, зубная щётка -1, зубная паста -1, мыло - 1туал+1 хоз, станок для бритья одноразовый(!) -1, книги ИЛИ журналы -2 (?!!!), трусы, носки и майка - одни на теле + одни запасные, брюки и куртка х/б (роба) -1, тапочки - 1, сигареты - 10 пачек, спички - 2 коробки, фотографии - 4, полотенце - 1 для лица и 1 для ног, писчебумажные принадлежности, матрас, подушка, две простыни, одеяло. Плюс на камеру тазик и 1 половая тряпка(?)и 1 зеркальце. Всё, список исчерпывающий. О креме, например: “а может, тебе ещё детскую присыпку для яиц?!” Всё, что не вошло в этот список, уносится на склад, вплоть до носового платочка, или выкидывается. На склад же этот пресловутый, что-бы те-же трусики заменить, люди и раньше по три-четыре месяца не могли попасть, начальник отряда заявляет: я один, а вас 100 человек у меня, я физически не в состоянии вас водить. А теперь вообще не понятно, как это всё будет происходить, если у меня сын курит 2 пачки в сутки, ему каждые 5 дней на склад надо?

    В душ водят 1 раз в две недели, кипятильник в камере не положено, отобрали. Выкинули даже пластиковые бутылки, которые держат потому что вода часто отключается, ну и как теперь? Что там думает комиссия по предотвращению пыток о том, когда человеку недоступна вода? В данный настоящий момент в этой тюрьме массовые беспорядки, сотрудники на казарменном положении, третий день находится отряд спецназначения “Урал”, усмиряет.

    09. 06. 06 г. Здравствуйте Борис Еремеевич! Борис я пока нахожусь в СИЗО № 1 Москвы “Матросская тишина”, господин Новосельский (примечание: - начальник учр-ия ИЗ-47/4, г. Санкт-Петербург) и сотоварищи решили меня отправить досиживать срок по месту жительства на родину - в Калининград, и даже не пожалели денег налогоплательщиков, так как этапирование заключенных в Калининград обходится бюджету в 17000 рублей. Вот сейчас на “Матроске” жду этапа, точнее самолета в Калининград, так как туда этапируют обычным самолетом с Домодедово из-за границ с Прибалтикой.

    Не хочет сильно администрация СИЗО-4 Питера, чтобы я довел до логического завершения все судебные тяжбы с самой администрацией собственно…

    …не привык останавливаться на полпути… Я три года добивался, чтобы в отношении должностных лиц 4-го изолятора были возбуждены уголовные дела, и теперь когда эти дела возбуждены, переданы в суд, а я являюсь основным свидетелем обвинения я сделаю все возможное, чтобы подлецы получили реальные сроки, и на своей шкуре почувствовали все прелести своих трудов!

    Борис, я из “Матроски” направил заявление в адрес начальника УСБ ГУФСИН России, заявление в адрес Калинина, в Генеральную Прокуратуру. За неделю до этапа мне предлагали условно-досрочное освобождение сейчас, взамен на то, что я откажусь от официальных показаний в суде в отношении сотрудников администрации 4-го изолятора. Я отказался. Внутренняя свобода действий и свое “я” - мне дороже свободы внешней. Черт с ним уж досижу еще два года до звонка, но начатое до конца доведу! ………………..

    Борис и все таки какой контраст между тюрьмами в Питере и Москве!

    День и ночь! Веришь, в Матросской тишине, несмотря на перегруженность контингента, я просто отдыхаю душой, после СИЗО № 4 Питера!

    Ни наркоты, ни коммерции, ни сталкивания лбами, ничего подобного в Матросской тишине нет!

    Администрация занимается своей работой и не зарабатывает деньги на наркоте и прочем, как в Питере!

    В плане режима конечно построже здесь, в камерах нельзя магнитофоны и плитки, домашних животных тоже нельзя (в Питере у меня в камере и хомяки и собака жила) зато никто с меня не требует денег за то, чтобы сходить в душ, получить постельные принадлежности и кусок мыла! Здесь я отдыхаю сейчас морально, Борис! Все таки в Москве порядка больше и нет такого беспредела как в “крестах” (примечание: - учр-ие ИЗ-47/1, г. Санкт-Петербург). На “Лебедевке” же, в ИЗ-47/4, 90% зеков - наркоманы, сидят на системе. В неделю 3-4 случая передозировки с вывозом в реанимацию. За то, чтобы сходить раз в неделю в душ, надо либо платить, либо жалобу писать. Баландеры с утра раздают пищу в состоянии наркотического опьянения. Хозотряд по обслуге СИЗО-4 составляет 112 человек, из которых 92 человека - наркоманы на системе, и четыре человека - официальные барыги. В день каждый барыга продает в тюрьме порядка 5-7 грамм гашиша, 2-3 грамм метадона и 5-7 грамм героина. Умножь на четыре и получишь суточную дозу потребления наркоты в 4-ом изоляторе.

    Борис, если сможешь, окажи мне содействие через ГУФСИН РФ, чтобы я хотя бы попал на прием к сотрудникам УСБ ФСИН, для дачи заявления по существу, и по какой причине меня поставили на этап в Калининград ……. Я инвалид 2-ой группы по неврологии, и страдаю рядом хронических болячек, мне очень тяжело физически переносить эти этапы, пересылки и катания по России из-за личных амбиций господина Новосельского …….. мой сын остался там, в ИЗ-47/4, заложником обстоятельств в руках администрации……получил от тебя литературу, огромное спасибо! Почерпнул для себя массу полезной информации, и возникло у меня такое желание написать в форме документальной рукописи отчет на тему практического функционирования уголовно-исполнительной системы в отдельно взятом регионе - Санкт-Петербурге и области. Дело в том, что относительно кризиса в УИС я не совсем согласен и не согласен с мнением оппонентов, фигурирующих в отчетах, относительно Форносово, Металлостроя, Яблоневки (примечание: - учр-ия УС-20/3, УС-20/5, УС-20/7 соответственно) и т. д. Понимаешь Борис везде и во всем имеет место человеческий фактор. И тут нельзя подходить односторонне к существующей проблеме.

    В письме естественно я не могу написать тебе всего, но я сейчас готовлю для тебя подробный материал, с соблюдением хронологии событий, указанием реальных лиц и прочем, как объективных так и субъективных.

    И скорее Питер - это кризис отдельно взятого региона! А все происходящее сейчас там - это следствие негласного сопротивления между нынешним руководством ГУИНа по Питеру - командой генерала Заборовского В. А. и им самим, которую он перетащил с собою из Калининграда. И командой бывшего начальника ГУИН по Питеру - Спицнаделя. Спицнаделя сняли с должности начальника ГУИН по Питеру в 2001 году осенью, но его команда осталась, практически, во всех СИЗО и ИК Ленобласти. На его место пришел тогда еще полковник Заборовский. И так уж получилось что я сам родом из Калининграда, с Валерием Александровичем знаком с тех времен, как он был начальником СИЗО в Калининграде, а Ветлич Костя обычным опером в той самой тюрьме ИЗ-39/1.

    С детьми Заборовского я учился в одной школе № 16 г. Калининграда, в параллельных классах. В общем я напишу отчет, но это очень большой объем, где-то 80-120 форматных листов А 4, плюс обращения осужденных и подследственных с ИЗ-47/4 Питера. И тогда уже при первой же возможности тебе все отправлю бандеролью………… С чиновником Шелестовым я потерял связь т. к. меня перевели в карцер на общих основаниях в ИЗ-47/4, а Андрея Ивановича перевели в “кресты” ……..

    С уважением Андрей Кольцов 10. 06. 2006 г.

    В “Комитет за гражданские права”

    Б. Е. Пантелееву

    от Берестовской Татьяны Васильевны

    адрес для ответа:

    117292, Москва, до востребования

    тел: 8-916-679-83-80

    ЗАЯВЛЕНИЕ

    Прошу Вас помочь моему сыну - Берестовскому Виктору Викторовичу 1978 г. р., отбывающего наказание в учр. УШ - 382/4 (г. Пугачев, Саратовской области) с 23 января 2006 года.

    Он был отправлен в эту колонию в нарушении закона. Я неоднократно просила руководство тюремное Москвы, чтобы сына не отправляли слишком далеко. Обращения были в письменном виде, с приложением к ним справки об инвалидности 2 группы - копии прилагаю, о том, что я пенсионерка, но мне не дали никакого ответа. Также никто не сообщил мне о том куда именно он был отправлен, в какую колонию до тех пор пока я сама не стала на этом настаивать.

    В апреле этого года я приехала на свидание к сыну. На мое заявление о предоставлении свидания мне отказали вначале, объяснив, что Виктор водворен в ШИЗО и на этом основании свидание мне не положено. Потом свидание мне все же дали, в ограниченном объеме - на 15 минут - и при условии, что я уговорю сына “подняться” в зону.

    На свидании я сразу обратила внимание на то, что Виктор неестественно взволнован чем-то, да и вообще явно не в своей тарелке. Он даже не спросил меня о моем самочувствии, что на него совершенно непохоже. В течении всех пятнадцати минут сын упорно твердил о том, что в ШИЗО его водворили ни за что, наказание явно не соответствует нарушению - “за неправильную форму доклада” - также говорил о том, что по приказанию начальника этой колонии Девяткина его избили дубинками, приковав наручниками к потолку. Избиение сопровождалось различными издевательствами. Дело в том, что Виктор, еще со школьных лет, обладает обостренным чувством несправедливости. И если он считает, что его оскорбили то скорее всего какие-то нарушения все-таки были. Он на свидании, чуть ли не плача рассказывал о том, что его заставляют вступать в какие-то секты, в которых он будет должен стучать и доносить на своих соседей. А он презирал ябедничество даже в детстве.

    На почве этих разногласий с начальством он отказывается выходить в зону и умоляет меня помочь ему в отправке в другую колонию.

    Когда после свидания я спросила заместителя начальника - фамилию не помню - за что избили моего сына - он ответил, что на эти избиения они имеют право.

    _____________________________ 08. 07. 2006 г.

    Борис Еремеевич, здравствуйте!С пожеланиями добра и здоровья к Вам Виталик Князев………………. Все подводные течения начались тогда когда из главка ФСИН РФ в г. Льгов приехал по оперативной части В. И. Лещев, который вместе с заместителем начальника УФСИН по Курской области И. Н. Пылевым был занят тем, чтобы заблокировать все возможные и существующие источники информации через которые общественность могла узнавать всю правду о событиях в ИК-3 г. Льгов.

    Между обоими вышеуказанными лицами царила всегда атмосфера личных отношений в которой легче было отыскать общие интересы, чем трудовую дисциплину. Они нескрывали того, что начальнику УФСИН по Курской области пора на пенсию, и его место должен будет занять И. Н. Пылев, тот самый который говорил: - “…если Ю. И. Калинину не удастся отчитаться - вас не найдут” Уверенные в своей безнаказанности, они в моем присутствии отдавали распоряжения кому отправлять документы с подписью В. И. Лещева и на которых эта подпись не должна фигурировать, и какие документы по этой причине надо исправить, депутату г. Курска Федулову например. После того как жалобы были поданы в Европейский суд по правам человека из главка приехал коллега Лещева, некий Александрович, который вместе с оперативником УФСИН Курской области и другими коллегами из Москвы занимались тем, чтобы любыми способами заставить Шатунова и меня отозвать жалобы из Европейского суда, а осужденных Облаухова, Гришина, Марченко заставили отказаться от какого-либо участия в уголовном деле № 1519.

    По уголовному делу писать нужно отказ на имя прокурора Курской области Бабичева, а отказ от жалоб в ЕС на имя Уполномоченного по правам человека РФ при Европейском суде Павла Лаптева.

    Все вышеуказанные действия я своевременно обжаловал в прокуратуру Курской и Брянской области, но там как всегда ничего не подтвердилось.

    Оперативник Курской области С. А. Рябченко с коллегами из главка во главе с упоминавшимся Александровичем добились от всех вышеуказанных ос-ых желаемого результата, и привезли мне в СИЗО г. Брянска ксерокопии “отказов” всех ос-ых. Сказали, что я их задерживаю так как остался один. Почерк их я знаю… сомнений в подлинности у меня не было. …………………. Все это время со мной пытались “договориться” оперативники Курской и Брянской области под предводительством подполковника УФСИН Брянской области Половнева В. С., которые и морально и физически “договаривались” со мной исчерпав словарный запас, перешли к избиениям и пыткам. Это они больше всех рассказывали о судимостях правозащитников, и, избивая, говорили - “…будет тебе скоро и Пантелеев и Пономарев…”, убеждали в маниакальных наклонностях, ссылаясь на их судимости за изнасилование. Я сказал: - “Пусть это будет хоть Андрей Павлович Чикатило, в хороших делах никому ограничений нет”.

    Александрович и Рябченко (последний под руководством первого) достал из барсетки малявки (примечание: нелегальные записки) адресованные вышеуказанным ос-ым - каждому лично и отдельно (как квитанции на сапоги) написанные “Лукой” - смотрящим за г. Курском. Цитировать текст дословно не буду, начиналось нагло: - “С адвокатами СТОП!” и дальнейшая, чистой воды, инструкция как отказываться от уголовного дела, чтобы не пострадали сотрудники УФСИН Курской области, которые ежедневно избивали меня и травили на меня собак, которые ежегодно ломали жизни сотням и тысячам осужденным которых привозили в колонию ОХ - 30/3 г. Льгов. Я сказал, что неуверен в почерке Луки и напомнил свое первоначальное требование (примечание: о привлечении к уголовной ответственности издевавшихся над ним). Тогда мне сразу набрали номер на мобильном телефоне, как будто дожидались моего предложения. Из телефонного разговора я понял, что общаюсь с Марченко и Шатуновым, которые находятся в СИЗО г. Орел и по всей видимости находятся так же как и я в каком-нибудь кабинете, с кем существует договоренность у Александровича и Рябченко (который, как утверждают материалы проверки прокуратуры, не мог находиться в то время со мной в СИЗО г. Брянск).

    Рябченко в принципе сразу сказал о том, что в случае чего, мол УФСИН Курской области подтвердит, что он сейчас находится у себя на работе.

    От Марченко и Шатунова я узнал, что им таким же образом (кабинетным) звонил “Лука”, сообщил, что надо отказаться от каких-либо претензий к своим мучителям, закончив словами: - “Так надо!” при этом забыв упомянуть - КОМУ надо?

    Но мне уже не один день было известно кому было “так надо”, судя по всему тем кто руководил пытками и избиениями с целью заставить отказаться от всех претензий.

    После телефонного разговора мне сказали: - “Ну ты что, Князь, до сих пор не понял того - кто не с нами, тот у нас!” Решив уточнить число тех кто “не с ними” и тех “кто у них” Я сказал, что мне безразлично то, что им удалось запугать, либо повлиять с чьей-то помощью на некоторых несостоявшихся простофиль. Тут же, опять под руководством Александровича, Рябченко дал мне включенный телефон. На этот раз говорил Лука из СИЗО г. Курска (из кабинета) пытаясь убедить меня в том, что Рябченко и Александрович и еще пол УИНа действуют в его интересах, и нужно от всего отказаться. На что я скромно поинтересовался - “А кипятильником меня жгли и били тоже в твоих интересах?” и сообщил, что не уверен в том, что разговариваю с ним, так же как и в том, что они действуют в его интересах, и отключил телефон.

    После чего, видимо опять в интересах того кому “так надо” меня опять стали избивать и мучить различными способами с целью принудить отказаться от участия в уголовном деле № 1519 и жалобы в Европейский суд.

    Считаю необходимым дополнить, что параллельно делу № 1519 велось дело № 1533. Первое на сотрудников, второе на деревенских дурачков, которых УИН сделали крайними за дезорганизацию, которой в природе не было, видимо так тоже “надо”!

    Дня три мне еще стучались в голову, пытались проникнуть в сознание, поняв что это не принесет никаких результатов, пустили в ход тех кто “у нас”.

    Руки у меня были в наручниках, с меня сняли очки, положили на стол и огромным англо-русским словарем несколько раз ударили по голове, затем сказали встать и посмотреть в окно, там на свободе стояли двое молодых людей. Действия происходили в кабинете начальника СИЗО г. Брянска, который был в отпуске.

    Александрович распорядился чтобы их (примечание: блатных авторитетов) завели. Дальнейшее руководство над событиями взял на себя Рябченко. По всему видно было, что это заранее было оговорено.

    В кабинет вошли Вадик “Емеля” Курский и “Петруха” Брянский, и начали говорить все то, что я уже неоднократно слышал от своих мучителей, что необходимо отказаться от всего.

    До этого мне об этом говорили по телефону различные лица по установке Рябченко и Александровича. Кем они мне только не представлялись. По всему стало ясно, что были задействованы все в пределах Курской области и прилегающей Брянской, но уровень был слабоват, недооценивают. Но дабы не лишать ребят награды “за заслуги перед родиной” и с целью добиться паузы в мучениях (ежедневно с утра до вечера я подвергался мучениям) я написал Сергею Александровичу из главка и Рябченко, что по делу никаких претензий не имею так как не нахожу виновных по данному обвинению и прошу исключить какое-либо мое участие в уголовном деле № 1533. Написал, что заявление исправлений и помарок не имеет. Они на радостях схватили бумагу не глянув на номер уголовного дела и Сергей Александрович радостно сообщил по телефону в Москву, что возвращается, что все замечательно.

    Один день я хоть отдохнул нормально, а затем все мытарства опять начались. Оперативнику УФСИН Брянской области В. С. Половневу прислали ксерокопию моего заявления, и тот сказал, что я ошибочно написал не тот номер уголовного дела, № 1533 - это дезорганизация, а нам надо отказ по делу № 1519 которое возбуждено на сотрудников, а не на осужденных. Я уточнил, что вовсе не ошибся, что действительно не вижу виновных по делу № 1533, а от участия в деле № 1519 (на сотрудников) не отказуюсь и настаиваю на своих прежних показаниях. Меня сразу “наградили” за мою несговорчивость несколькими ударами по лицу, и В. С. Половнев сказал, что я должен исправить в заявлении номер уголовного дела, и внизу написать “исправленному верить” и расписаться. Я напомнил, что в заявлении четко и ясно написано, что исправлений и помарок не имеется.

    - “Тогда пиши новое!”

    - “Даже и не мечтай об этом” - был мой ответ на такое предложение. После чего опять начались пытки и заявления о том, что ко мне заведут других лиц, которые мне скажут написать и я не раздумывая напишу………………..

    С целью прекратить пытки и избиения, вечером, когда мне представилось возможным вернуться в камеру я вытащил из доски пола гвоздь и вбил его себе в правый бок в области живота. Медицинская помощь мне не оказывалась. Врач от меня требовал, под предлогом осмотра, принимать позы, которые бы мне доставляли резкую боль в области ранения.

    Так издевавшись надо мной пару дней меня отправили в больницу ИК-2 г. Брянска, потому, что на днях должна была приехать адвокат Е. Л. Липцер. В больнице мне помощь не оказывалась. На меня опять попытались оказать давление. Сперва оперативники, затем завели какую-то шарашкину контору в наколках с комсомольским уклоном. Видя, что все начинается сначала, я достал лезвие, разрезал живот в области где находится гвоздь, вытащил его, отдал “ребятам”, пусть оставят себе на память о днях когда служили родине.

    В итоге меня опять привезли в СИЗО г. Курск, под предлогом снять следы пыток-ожоги от кипятильника. Вместо этого меня посадили в камеру куда стали, под руководством Рябченко С. А., и И. Н. Пылева, заводить со свободы различный контингент, который должен был, по их мнению, заставить отозвать все документы по уголовному делу уже знакомые лица - “Емеля”, “Лука”, “Гнутый” Рома, Влас. Они пытались изначально поставить мне в вину то, что им покоя не дают в городе. Я сказал, что “…я не являюсь Гарантом покоя в городе Курске и хотел бы конкретно услышать, что вам нужно? Отказ писать я не буду.”

    Поняв, что мы не сможем договориться начался малограмотный шантаж - “…мы можем написать.”

    - “Смотрите, чтобы я сам за вас не написал арестантам и тем чьими именами вы прикрываетесь, защищая свои шкурные интересы. Когда в лагере столько лет ломали людей вас и духа никого близко не было, когда там сексуально унижали людей, били битами, подвешивали на кольцах и натравливали собак, а сейчас как грибы из под земли повырастали и кроме “так надо” и сказать больше нечего. Видимо не только сознание, но и совесть потеряли.”

    Хоть книгу, Борис Еремеевич, пиши с названием “кто не с нами, тот у нас”

    Так что Вы напрасно грешите на воров - главк это делает с помощью фраеров. Давно известно то, что “тяжко фраеру в тюряжке” - стоит только прихватить и начинают петь как надо…………… Все что я написал по этому поводу адвокатам они читали. С. А. Рябченко всем давал почитать когда копия пришла видимо в форме жалобы или еще как-то. И это возможно почитают только совести от этого не прибавится, единственно только что проблем. У хана Герея на могиле написано: “сегодня ты, а завтра я”. Так вот “сегодня” вам известно, а “завтра” когда кто-нибудь из них станет не нужен его посадят ко мне в камеру, зная о том, что я “расхода (примечание: спуску) не дам”. И так было и будет до бесконечности, а вы на этой почве может быть создадите что-нибудь хорошее, а может быть получится как всегда.

    У меня к вам просьба пришлите мне то, что вы читали мне про “отморозков набравшихся наглости подать жалобу в ЕС и о тех которые слушают на весь барак “Тату” и “Мальчик-гей”, почитаю за братву корабельную. И как хотели подборку журналов о Льгове. И книги “Международная защита” у меня есть первая и четвертая …. И журналы “Неволя” и “За права человека”

    С уважением к Вам Виталик 12. 05. 06. Комсомольск-на-Амуре

     

    Президенту

    Российской Федерации

    В.В. Путину

     

    Уважаемый Владимир Владимирович!

    Безусловно, принятие инициированного Вами Федерального закона “Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации”, подписанного Вами 31 мая 2002 года, это важнейшая веха в развитии адвокатуры.

    Принятие современного российского закона об адвокатуре создавало объективные предпосылки и надежды на то, что статус адвоката, его независимость и защищенность будут укрепляться, а новое организационное структурирование адвокатского сообщества будет способствовать корпоративному объединению и развитию института адвокатуры, что в конечном итоге позволит обеспечить равноправное участие адвоката в отправлении правосудия и следовательно более надежную защиту прав и законных интересов граждан России.

    Конечно закон нуждается в коррекции и доработке. Но вместо этого постоянно инициируются попытки размыть концепцию закона через разного рода подзаконные акты и эксперименты. Более того, события последних лет, связанные с функционированием адвокатских палат, принятием непродуманных поправок в закон об адвокатуре, показали, что в самой адвокатуре наметились тенденции обюрокрачивания адвокатских палат, отступления от демократических начал формирования органов адвокатского самоуправления и скатывания к авторитаризму.

    Последние изменения и дополнения в закон об адвокатуре фактически уничтожили принцип выборности при формировании органов самоуправления и направлены на то, чтобы сделать власть президентов палат безотчетной, абсолютной и пожизненной.

    Принимаются решения о вмешательстве палат в деятельность адвокатских образований и, следовательно, в адвокатскую деятельность, что является серьезным нарушением концептуального положения. Причем эти поправки в закон готовились в секрете от Министерства юстиции и адвокатской общественности.

    Реальность и опасность этих тенденций наглядно продемонстрирована на Втором всероссийском съезде адвокатов, показавшем, что амбициозные, деструктивные силы в органах самоуправления адвокатуры нередко инициируют конфликты с органами государственной власти, что препятствует созданию нормальной обстановки для позитивного решения проблем отношений адвокатуры и государства, укрепления института адвокатуры, защиты законных интересов адвоката и в целом для повышения эффективности квалифицированной юридической помощи гражданам и юридическим лицам.

    Остаются до конца не реализованными требования закона об адвокатуре в части организации работы по обеспечению бесплатной юридической помощью малоимущих.

    Неуклюжие попытки Министерства юстиции через Правительство РФ решать эту проблему к каким-либо позитивным изменениям в этом деле не привели.

    Как известно, в настоящее время в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации № 534 от 22.08.2005 г. в десяти субъектах Российской Федерации осуществляется эксперимент по созданию государственной системы оказания бесплатной юридической помощи малоимущим гражданам.

    Однако, само нововведение Правительства РФ вызывает недоумение несостоятельностью эксперимента с точки зрения рациональности и эффективности использования выделенных на это денежных средств и сомнительности правовой основы самой идеи.

    Учитывая, что действующий закон об адвокатуре четко определяет понятие и статус адвоката, как “независимого профессионального советника по правовым вопросам, не имеющим права вступать в трудовые отношения в качестве работника, занимать должности государственной службы и муниципальные должности”, и не предусматривает института государственного адвоката, очевидно, что документы Правительства РФ по данному вопросу противоречат Конституции Российской Федерации и действующему законодательству.

    Конституция Российской Федерации гражданам гарантирует не просто юридическую помощь, а “квалифицированную юридическую помощь”, что обеспечивается специальными требованиями к профессиональному и этическому уровню адвоката, а также процессуальными правомочиями адвоката, которых лишены работники государственных юридических бюро.

    При таких обстоятельствах целевое финансирование из выделенных правительством средств юридической помощи малоимущим гражданам через действующие адвокатские структуры позволило бы решить задачу с большей эффективностью и качеством, и с меньшими организационными и материальными затратами, так как очевидно, что на вновь создаваемую систему государственных юридических бюро будет затрачена значительная часть выделенных средств. Фактически финансируется новая “система”, а не сама “юридическая помощь малоимущим”.

    Еще более разрушительной является попытка Правительства РФ “поправить” федеральный закон своим Постановлением № 82 от 16.02.2005 г., которым в нарушение требований закона о соблюдении адвокатской тайны обязывает адвокатов информировать Федеральную службу по финансовому мониторингу о сделках своих доверителей.

    Через Министерство юстиции продвигаются и другие решения об усилении государственного руководства адвокатурой путем наделения государственных органов правом истребовать от адвокатов, адвокатских палат любые материалы и сведения, в том числе досье, связанные с оказанием юридической помощи конкретным доверителям, давать им рекомендации, требовать прекращения статуса адвоката и ставить вопрос о привлечении его к дисциплинарной ответственности.

    Такие попытки и эксперименты предпринимаются постоянно и имеют серьезные социально-значимые негативные последствия, так как они размывают публично-правовой институт адвокатуры и фактически затушевывают проблемы реального обеспечения государством квалифицированной юридической помощью и надлежащей защитой прав своих граждан, в том числе и малоимущих.

    А когда такие эксперименты, направлены на ограничение правомочий адвоката, его дискредитацию, запугивание, лишение минимальных гарантий, без которых невозможно осуществить реальную защиту прав и законных интересов граждан, то все конституционные декларации о демократическом правовом государстве, равноправии перед законом, обязательстве государства защищать права и свободы человека и гражданина на деле превращаются в фикцию, что ведет к глубокому нигилизму и пессимизму в общественном сознании.

    Уважаемый Владимир Владимирович, наше обращение к Вам вызвано не столько желанием защитить корпоративные интересы адвокатов, сколько обеспокоенностью тем, что такой важный и эффективный конституционно-правовой инструмент, как адвокатура, позволяющий государству выполнить свои конституционные обязательства по обеспечению квалифицированной юридической помощью, защитой прав и законных интересов граждан, из-за непродуманных решений по существу разрушается.

    Уважаемый Владимир Владимирович, обращаемся к Вам как гаранту Конституции Российской Федерации, профессиональному юристу высокой квалификации, инициировавшему принятие современного российского закона об адвокатуре, за содействием в работе по развитию института адвокатуры, которая настоятельно требует сохранить концепцию закона и укрепить статус адвокатуры, оптимизировать отношения адвокатуры с государством, демократизировать внутрикорпоративные отношения, устранить противоречие некоторых положений закона, а вместо этого подготовлен и принят в первом чтении законопроект №33/ГВ-016 “О внесении изменений в Федеральный закон “Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации””, который полностью изменяет концепцию закона “Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации” инициированного и подписанного Вами 31 мая 2002 г.

    Убедительно просим Вашего вмешательства в интересах сохранения концептуальных основ вышеназванного федерального закона и развития адвокатуры, как обязательного элемента демократического правового государства и института гражданского общества.

    С глубоким уважением

    Президент Гильдии российских адвокатов,

    Заслуженный юрист РФ,

    доктор юридических наук, профессор

    Член Общественной палаты РФ

     

    Г. Б. Мирзоев

    Президент Федерального союза адвокатов России,

    Заслуженный юрист РФ,

    кандидат юридических наук

     

     

    А.П. Галоганов

     

     

    Комитет за гражданские права

    По настоящему цивилизованным может быть лишь то общество в

    котором полностью защищены права

    самого омерзительного преступника

    Санкт-Петербургское отделение

    190068, г.Санкт-Петербург, Вознесенский проспект, д. 47, помешение 2-н тел812) 571-21-20; (095)202-22-24

    Рекомендации к написанию надзорных жалоб

    Главное правило полезное всем потенциальным заявителям - любое заявление или жалоба должны быть предельно лаконичны и содержательны. Если кто-то “растекается мыслью по древу” листов, эдак, на 10-12, да к тому же, в качестве аргументов, использует выражения вроде “я не убивал Иванова потому, что попросту не способен на убийство” - то шансы такого заявителя на восстановление справедливости равны нулю. Оптимальный размер любого послания - три, максимум - четыре страницы. Или два листа с оборотом (в том случае, если вы вынуждены экономить бумагу, но лучше этого не делать) на которых коротко, но достаточно подробно - не упуская важных деталей - излагается следующее.

    Без предисловий и вступлений. Когда, каким судом (и судьей), по какой статье вы осуждены. Далее излагаете официальную формулу обвинения, на основании каких фактов или улик вам оно предъявлено. О допущенных во время следствия или суда процессуальных нарушениях (какие именно, кем или чем это подтверждается). Какие следственные действия - экспертиза , очная ставка, уличный эксперимент и т. д.- не были проведены или осуществлены с нарушением УПК РФ, какие доказательства не исследованы или исследованы ненадлежащим образом, в чем вы не согласны с выводом суда.. Кто из свидетелей защиты или обвинения (бывает , что и они свидетельствуют в пользу подсудимого) не был допрошен и т. д.

    Взвешенность, умеренная эмоциональность. Мы часто получаем письма изобилующие выражениями “вопиющая несправедливость”, “чудовищное беззаконие”, “попрание всех мыслимых и немыслимых конституционных норм”.Подобная словесная эквилибристика очень мешает нормальному восприятию текста, тем более для чиновника работающего с такой почтой ежедневно. Поэтому постарайтесь при изложении избегать лирических отступлений, длинных, сложных предложений, неубедительных фактов. Делая какие-либо выводы или обобщения старайтесь также избегать категоричных суждений. То, что является очевидным для Вас, для суда или надзирающей инстанции может и не быть столь же однозначным и непреложным. Поэтому, например, вместо слов “так как свидетели снимали у потерпевшей комнату, то находились от нее в полной зависимости и оболгали меняцелесообразней написатьучитывая то, что показания свидетелей Ж. и Б. противоречивы, а также то,что они снимали комнату у потерпевшей Г., можно предположить с достаточной уверенностью зависимость свидетелей от потерпевшей , и, соответственно, усомниться в правдивости их показаний

    Человеческий фактор. Помните - тот кому Вы адресуете жалобу, каким бы чиновником не был, тоже человек. Это не означает, что нужно “давить на жалость”. Попробуйте изложить Ваш вопрос максимально искренне. Неординарность стиля, изложение своих требований человеческим языком также может сыграть положительную роль при рассмотрении Вашего обращения.

    Хронология, пунктуальность. Старайтесь соблюдать очередность и последовательность. Желательно завести тетрадь и фиксировать следующее. Дату отправки и исходящий номер (его обязан сообщать работник спецчасти) каждого послания. Дату и номер ответа на него. Исходящий номер и дату обращения в следующую инстанцию и т. д. Этот путь может показаться трудоемким, но он наиболее эффективен! Во всяком случае , чиновник в аппарате Верховного суда или Генеральной прокуратуры увидев четкую аргументацию, то, что она опирается на знание Закона, и в ней расписано кому и когда Вы обращались из нижестоящих инстанций отнесется к этой жалобе с чуть большим вниманием. По любому факту нарушений можно делать ссылку на статью Закона имеющую отношение к каждому из этих нарушений.

    Корректность, правописание. Крайне не рекомендуется писать что-либо неразборчивым почерком , бледными чернилами, на желтой или оберточной бумаге. Понятно, что в условиях несвободы, зачастую, сложно достать нормальные принадлежности для письма. И тем не менее, если Вы хотите добиться хоть какого - то результата, а не просто поучаствовать в процессе постарайтесь эти пожелания соблюдать. С левой стороны листа (на обороте - с правой) следует оставлять поля в 2-3 см. Ваши обращения подшиваются в папки. Поэтому, если Вы не хотите, чтобы какая-то информация попала под дырокол постарайтесь эти поля соблюдать. Излагайте все небольшими абзацами из 5-6 предложений.

    К этим документам желательно приобщить характеристики на Вас с места отбытия наказания, а также с места Вашей работы и жительства, это увеличит Ваши шансы на положительный исход. Мы не можем гарантировать, что даже при соблюдении вышеперечисленных рекомендаций ваш вопрос будет решен положительно, но шансы на успех явно повысятся в случае, если вы прислушаетесь к этим пожеланиям.

    Памятка для пишущих жалобы.

    1. Заменяя существительные местоимениями, позаботьтесь о правильном его согласовании.
    2. Между нас говоря: падеж местоимения тоже важен.
    3. Автор должен железно просечь - использование жаргонизмов внатуре не способствует успешной оконцовке и фарту (жаргон “не канает”).
    4. Глагол, кроме того, всегда должны согласовываться в числе с существительными.
    5. Не надо нигде и никогда не использовать лишних отрицаний.
    6. Плохо зная грамматику, сложные конструкции должны употребляться с осторожностью.
    7. Которые являются придаточными предложениями, составлять надо правильно.
    8. Мы хотим отметить, что менять лицо от имени которого ведется изложение, автор этих строк не рекомендует.
    9. Не сокращ.
    10. Если Вы хочете использовать глагол, то спрягать его нужно правильно, а не как того захотит автор.
    11. Метафора - это гвоздь в ботинке и ее надо выполоть.
    12. Проверьте в тексте пропущенных слов.

    ВНИМАНИЕ! По объективным причинам мы не имеем возможности принимать участие в рассмотрении кассационных и надзорных жалоб.


     

    [ НАЗАД ]
  • Комментарии (2)
  •  
     
    События
    17-03-2016 Крымские узники Афанасьев и Кольченко в пыточных условиях колоний ИК-31, Коми, и ИК-6, Копейск
    13-03-2016 Избиение и фабрикация нового уголовного дела в отношении Сергея Мохнаткина
    13-03-2016 Борис Стомахин находится в состоянии сухой голодовки
    13-02-2016 Анонс пикета в защиту политзаключенных «Хватит фабриковать дела!»
    13-02-2016 Избит гражданский активист Евгений Куракин, преследуемый властями за защиту жилищных прав граждан
    26-12-2015 О ситуации политзаключенного Богдана Голонкова, дело АБТО по письму от 08.12.2015
    26-12-2015 Дайджест политрепрессинга декабря 2015 года
    18-12-2015 По политической 282-й начато преследование алтайского музыканта Александра Подорожного
    17-12-2015 Новый фигурант Болотного дела Дмитрий Бученков: политическая биография
    12-12-2015 Ильдар Дадин – первый осужденный «по уголовке» за несанкционированные мирные протесты

    Публикации
    01-02-2015 Жалоба о нарушении права осужденного Ивана Асташина на переписку
    24-01-2015 Владимир Акименков – об оказании помощи политзаключенным и преследуемым
    03-11-2014 Норильская ИК-15 препятствует Ивану Асташину в обращении в международные судебные инстанции
    02-11-2014 О деле и об оказании помощи политзаключенной Дарье Полюдовой
    02-11-2014 «Вечный штрафник» (о политзаключенном Борисе Стомахине)
    05-07-2014 Владимир Акименков: После Майдана Путин бешено закручивает гайки
    23-06-2014 Алексей Макаров: "Сердце моё - в Украине..."
    19-06-2014 Политзаключенный Иван Асташин (АБТО) о российской тюрьме
    24-05-2014 Дело Краснова и других: националисты, антифашисты и теракт на бумаге
    11-01-2014 Кто здесь самый главный политзек?

    Мнение читателей:
    21-11-2017  t9218718396  Гостевая книга
    21-11-2017  t9214071367  Гостевая книга
    18-11-2017  t9214071367  Гостевая книга
    17-11-2017  t9214071367  Гостевая книга
    14-11-2017  t9214071367  Гостевая книга


    © «За волю!»
    Андрей Бабушкин Дружественные ЖЖ Юрий Шутов - приговорён пожизненно
    Rambler's Top100 Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования